Сайт Анимешников:3

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сайт Анимешников:3 » Фанфики по наруто » Фанфики на пейринг Саске/Сакура


Фанфики на пейринг Саске/Сакура

Сообщений 41 страница 60 из 255

41

Их чувства. Глава 5

Не дойдя до центра палаточного городка, куноичи резко остановилась, шиноби тоже.
- Меня не нужно провожать! Я не беспомощная, – Саске не отвечал. Ему было все равно.
Сакура заскрежетала зубами от обиды. Ну, как можно так относиться к окружающим людям, плевать на чужое мнение и просто идти, не разбирая дороги вперед? Что же нужно сделать, чтобы заставить этого упрямца принять помощь?
- Сакура-чан! – навстречу несся радостный Наруто, размахивая руками. Парень остановился рядом с парой. Он недоумевающе смотрел на пылающую от ярости девушку и абсолютно равнодушному к окружающей обстановке парню. Куноичи в очередной раз гневно зыркнула на черноволосого шиноби и отвернулась. Тот не подал и вида, что заметил этот взгляд. – Что произошло?
- Ничего.
- Сакура-чан, но я же вижу! Он тебя обидел? Саске! Зачем ты обижаешь Сакуру-чан? Я тебе за это го… Ой! Сакура-чан?! – девушка со всего размаха впечатала свой кулак в голову Наруто, вымещая накопившееся недовольство.
- Заткнись! Я сама могу за себя постоять! Я не беспомощная!
- Черт, вот и помогай после этого… - Узумаки тер ушибленное место, недовольно бурча себе под нос. - Разбирайтесь сами со своими проблемами.
Саске понял, что бывшая напарница не собирается выдавать тайну. Его присутствие здесь больше не требовалось, и он медленно пошел в сторону своей палатки, оставляя этих двоих разбираться между собой.
- Саске-кун! Запомни! Слабый тот, кто не просит помощи у товарищей, надеясь только на себя! Даже Какаши-сенсей нас так учил! Я буду ждать! – Сакура предприняла последнюю попытку образумить этого человека. Она надеялась, что слова попадут в цель, достучаться до его разума. «Ты ведь придешь, Саске-кун?»
- Сакура-чан, о чем ты сейчас говорила? – Наруто вопросительно посмотрел на удаляющегося друга и тут же перевел взгляд на девушку. – Где вы были?
- А это уже не твое дело! – и снова удар по голове.
- Ну, а это-то за что? Я же ничего не сделал?
- На будущее. Будешь думать, что говорить.
Темно. Тьма вокруг. Такая черная, тягучая, она со всех сторон. Это пропасть, из которой не выбраться. Выхода нет. Она затянет, проглотит, задушит черными руками, и никто не спасет, никто не поможет.
- Слабый тот, кто не просит помощи у товарищей, надеясь только на себя! – Зеленые глаза – в них застыла тревога, в них плещется сочувствие и страстное желание помочь, протянуть руку и вытащить из этого удушающего ада.
Нет. Это все бесполезно. Никто и никогда не сможет спасти. Как помочь тому, кто уже сдался, зная, что от этой тьмы нет лекарства? Как заставить поверить в то, что путь есть? Ответ: никак.
И снова вокруг темно, черный бархат вокруг не дает видеть свет. Он окружает, он завораживает и утаскивает с собой все дальше и дальше в темноту.
- Неправда! Я не слабая! Не слабая, слышишь! – И снова, откуда ни возьмись, эти большие зеленые глаза. Теперь они уже полны гнева, цвет густой насыщенный и вязкий, в нем можно утонуть, но тьма снова сгущается. Куда пропали эти глаза? Справа? Слева? Снизу? Нет. Их нигде нет. Все снова черно.
Тьма опять поглощает, затягивает в черный омут, не дает вздохнуть, крикнуть. От нее не убежать. Она давно здесь, за спиной, со всех сторон, обнимает своими шелковыми ладонями и тянет за собой.
- Я буду ждать! – И снова эти глаза останавливают, не дают поддаться. Гнев ушел. Зеленые искорки пляшут, отражая невидимый свет. В них мольба и приказ: Поверь, и я смогу!
Но тьма заслоняет их, не дает возможности прикоснуться. Снова черная петля на шее, затягивается все туже, дыхание слабеет. Из последних сил тянешь руку, пытаешься вырваться, но все бесполезно: это уже не петля, а сеть. Из нее не выбраться просто так. Невозможно. Выхода нет. Конец.
- НЕТ! – опять они. В который раз эти зеленые лучики вытаскивают со дна. Теперь они не исчезнут. В них столько чувств, таких разных. Они сменяют друг друга и вместе застывают в немом молчании.
– Я не слабая! – Опять гневные.
– Я буду ждать! – Мольба.
– Разреши помочь! – Требование.
- Слабый тот, кто не просит помощи у товарищей, надеясь только на себя! – Все вместе. Все чувства смешались и теперь их не разделить. – Слабый тот, кто не просит помощи… Слабый… Ты слабый!
- Черт! – опять этот бред. Мало ему наставлений каждый день, так еще и ночью покоя нет. Раньше снилась гибель родителей, потом мучили кошмары после ухода из Конохи, затем о смерти брата, а теперь еще и это. Новый виток жизни, новые кошмары. – Черт!
Саске, поднялся со спальника, проклиная все на свете и отдельно зеленые глаза одной розоволосой куноичи, что так некстати завладела разумом; тряхнул головой, пытаясь привести в порядок спутанные мысли и оглядывая свое маленькое убежище.
Здесь было пусто, если не считать складной стул с аккуратно сложенной стопкой одежды, спальника у одной их темно-зеленых «стен» палатки, мешка в углу с немногочисленными пожитками и катаны. На центральном столбе висел фонарь со свечой. Глупо, но проводить электричество в палаточном лагере никто не собирался – половина жителей уже через несколько недель заселятся в первые отстроенные дома.
Покопавшись в сумке, Саске не нашел свежей рубашки и, как много раз до этого, с отвращением стал натягивать грязную, пропитавшуюся потом после вчерашних усиленных тренировок, одежду, прихватил мешок с бельем, не забыв заткнуть за пояс катану, вышел на улицу.
Солнечный свет уже привычно ударил по глазам, заставляя болезненно зажмуриться. «Слабый тот, кто не просит помощи у товарищей, надеясь только на себя!» - опять появились эти зеленые бестии, не дающие покоя ни днем не ночью. «Заткнись!» - как же это все надоело. Где бы найти столб и посильнее удариться головой, чтобы вытряхнуть оттуда эту назойливую девчонку?
Настроение с утра еще мрачнее, чем обычно. Эти сны каждую ночь врывались в сознание, в итоге, настроение с каждым утром становилось все хуже и хуже, а сохранять абсолютное равнодушие к окружающему миру - все труднее.
Стоило отвлечься, попытаться расслабиться, и зеленые глаза снова были тут как тут, будто ждали за углом подходящего момента. Снова эти мольбы, приказы, требования и неизменный выкрик в порыве отчаяния: «Слабый тот, кто не просит помощи у товарищей, надеясь только на себя!»
Саске тряхнул головой, отгоняя видение, не желая слушать уговоры, а навстречу ему бежала напарница, сверкая лукавой улыбкой.
- Саске-кун! – Она прижилась к нему всем телом, нисколько не смущаясь неодобрительных взглядов прохожих, оглядывающих бесстыжую девицу.
Парень мысленно вздохнул, приготовившись к очередной игре Карин, в которой не хотел участвовать. Его раздражали слова, прикосновения и прозрачные намеки, с помощью которых она пыталась заманить его в уединенное место. Оставалось загадкой, почему эта девушка не понимает слова «нет» и не оставляет в покое. Его ледяное спокойствие, годами доводимое до совершенства, и без того пошатнулось, и готово было разрушиться в любой момент.
- Мне некогда. – Как и ожидалось, эти слова, сказанные с таким холодом, что можно было засыпать всю страну Огня снегом, не дали желаемого результата.
- А куда ты идешь? Тренироваться? Можно с тобой? – Пока Карин шептала елейным голоском и томно заглядывала в глаза Саске, ее рука незаметно пробралась под рубашку, касаясь гладкой кожи.
- Ты совсем стыд потеряла, чокнутая дура? – Суйгетсу пришел на помощь командиру как раз вовремя: девушка сразу же забыла о своих приставаниях и, гневно сжимая кулаки, уставилась на надменно улыбающегося напарника.
- Что ты сказал, карась-переросток?!­­
Пока эти двое ссорились, Саске благополучно скрылся, в мыслях благодаря товарища: тот всегда появлялся в нужное время и отвлекал внимание Карин на себя, давая ему возможность убежать с «поля битвы». При этом Суйгетсу не отказывал себе в удовольствии довести напарницу до белого каления.
- Я иду на тренировку с Саске-куном, и ты мне не помешаешь!
- Уже помешал, - девушка огляделась по сторонам, но ее кумира уже не было видно – он, в очередной раз, бесследно пропал, пока она разбиралась с ехидным шиноби. Карин в ярости кинулась на напарника, поливая его последними словами и желая стереть с его лица наглую ухмылочку.
Тому ничего не оставалось, кроме как схватить разъяренную девушку за руки и, прижимая как можно ближе, угрожающе прошептать в самое ухо:
- Еще одно слово, и я оторву тебе голову, истеричка.
- Попытайся, ихтиандр недоделанный! И ласты свои от меня убери!
Люди на улице с неодобрением наблюдали эту сцену, мысленно приписывая еще один грех на счет молодого Учиха, посмевшего привести с собой этих сумасшедших.
Саске направился к реке неподалеку. Вчера он сам себя измотал до такой степени, что не мог ничего, кроме как доползти до постели и отрубиться, в надежде, что это принесет ему глубокий сон без надоедливых приставаний, но в очередной раз ошибся – уставший разум еще больше погрузился в изумрудную пучину.
Лагерь Конохи располагался довольно близко к реке, так как водоснабжения в палатках практически не было, как и электричества и таких простых удобств, как туалет. Саске это нисколько не смущало. Он побывал в местах, где крыша над головой – это редкость, а уж ванна – непозволительная роскошь.
Выбрав место, подальше от лагеря, затерянное в густой заросли, парень скинул с себя одежду и зашел в воду. Теплое течение приятно обволакивало тело, расслабляло затекшие мышцы после вчерашних испытаний. Вода была прозрачная, так что было видно, как мимо плавали маленькие стайки рыб, быстро разлетаясь в стороны от неаккуратного движения.
Берег здесь резко обрывался, покрытый мягкой травой. Место было довольно глубоким, дно покрыто мелкими камушками, то и дело впивающимися в ноги, но Саске это только радовало. Неприятные ощущения не давали назойливым зеленым глазам терроризировать его.
Досадуя на себя, он вымылся, и принялся за стирку, не желая выходить из теплой воды. «Кто бы видел меня сейчас: последний Учиха полощет вещи в реке, как прачка с двадцатилетним стажем. Если бы заметил Наруто, пришел бы конец моей репутации. Навечно», - Саске остервенело тер рубашку, как будто она была виновата во всех бедах, что свалились на него, а лицо кривилось в усмешке. Он давно забыл, что такое улыбка или смех – эти бесполезные атрибуты давно выброшены, а эмоции заперты под надежным замком, который, по его мнению, после возвращения в Коноху уже успел сломаться.
Отряхнувшись, как бродячий пес, парень развесил мокрые вещи на ветки кустарника, что скрывал его от любопытных взглядов. Теперь осталось только одеться, а натягивать одежду на мокрое тело было самым отвратительным занятием, хотя к нему он тоже давно привык. Сложить свои пожитки: щетка, паста, мыло, бритва и все. Дел больше нет.

42

Глава 6.
Саске тут же повалился на землю, прикрывая глаза от яркого солнца. Спать – ошибка, снова будет одно и то же, не спать – видеть то же самое. Нигде от нее не спрячешься. Бесконечные тренировки надоели. К тому же, они приводят к одному результату – потемнению в глазах и головокружению.
«А может и правда, пусть Сакура меня обследует? В конце концов, что я теряю?» - эта мысль приходила после странных сновидений, но он упорно ее отталкивал. В мыслях он же начал спорить сам с собой, сомневаясь в правильности своего решения, но всегда приходил к одному ответу: никто не поможет, и тешить себя глупой надеждой бесполезно.
Веки опускаются, и снова возникает настойчивый зеленый взгляд:
- Я буду ждать! Я смогу! Я не слабая! Я помогу тебе!
Саске не смог сдержать стон. Сколько можно? Он никак не ожидал, что все эти слова его так зацепят. Но что мог поделать, когда Сакура говорила так убедительно, будто была уверена в себе на все сто процентов и даже больше?
Зеленые глаза снова молчаливо требовали ответа, повторяя все те слова, что так глубоко засели в сознании, вынуждая принять поражение и сдаться, уступив настойчивости двух надоедливых созданий: «Ладно, я пойду, только бы избавиться от вас!»
В который раз она уже смотрит в окно? Неизвестно. Прошло уже пять дней, а он все не идет. Сакура нервно сжимала кулаки и как молитву тихо шептала: «приди, приди, приди». Возможно, он услышит и перестанет сопротивляться.
Столько работы было не выполнено, а в голову ничего не идет, кроме этого упрямца. Сакура видела немного, но этого хватило, чтобы понять: у Саске серьезные проблемы. Нужно срочно что-то делать.
Она уже готова была наступить на свою гордость и снова идти к нему. Просить, умолять, еще раз потребовать, но сомневалась, что это возымеет результат. «Что же нужно сделать, чтобы ты понял? Может быть, тебя скрутить, а там сопротивление будет уже бесполезно?» - Сакура покачала головой, тихо смеясь, представляя, как будет скакать, словно обезьяна по веткам, с веревкой в руке за убегающим Саске.
Абсурд. Пока он сам не поймет, и добровольно не придет лечиться, ничего не поможет.
-Ах… Эти парни хуже детей. Этим хотя бы можно конфетку пообещать, и они на все согласны, а тут… - девушка никак не хотела мириться с тем, что самый дорогой для нее человек собственноручно губит себя. Она знала, что так нельзя поступать с собственным здоровьем, но разве ему это втолкуешь? Как же они с Наруто в этом похожи: тот точно также не хочет понимать, что здоровье не купишь, и что даже самые сильные в мире могут уступить неизвестному недугу.
Сакура от досады хлопнула кулаком по столу, когда в дверь постучали.
Заново отстроенный госпиталь отличался от предыдущего. Это было трехэтажное здание, выстроенное буквой «Г» и окрашенное в белый цвет. Большая вывеска гласила, что это госпиталь Конохи, а две большие стеклянные двери обозначали вход.
Саске уже бывал здесь и не раз. Кабинет Сакуры находился на втором этаже, в конце коридора. Чтобы туда добраться, нужно было пройти просторный вестибюль, с множеством лавок, больших цветов в кадках по углам и широкой белой стойкой посередине, где сидели дежурные медсестры, предоставляющие справочную информацию посетителям. Шиноби проходил по широкому коридору, залитому светом ламп, мимо просторных палат. Кое-где двери были открыты, и можно было увидеть, как врачи беседуют с пациентами, не переставая глядеть в свои карточки с записями, или как родственники навещают больных, засыпая их едой, цветами и пожеланиями скорейшего выздоровления.
Он вспомнил, как когда-то давно сам лежал на подобной больничной койке, после того, как встретился с Итачи. Глупый. Тогда он действительно мог ранить разве что котенка, но никак не гениального шиноби, каким был его брат.
Поднявшись по лестнице, он снова стал идти по коридору, точно такому же, что и на первом этаже. Мимо проходили две молоденьких медсестры, сжимающие какие-то документы и увлеченно болтая о чем-то своем. Когда Саске поравнялся с ними, девушки пристально на него посмотрели и быстро отвернулись, скрывая румянец. Послышался тихий шепот и нервные смешки. С тех пор, как он вернулся в Коноху, внимание к нему особ женского пола несколько поубавилось из-за того, что все вокруг считали его предателем. Конечно, не каждому в деревне было известно, что он имел дело с Акацки, но сам факт того, что он обучался у Орочимару, уже много говорил против. Матери предупреждали своих дочерей о беспринципном и надменном Учиха, запрещая близко к нему подходить. Сам Саске относился к этому абсолютно равнодушно. Внимание этих клушек нисколько не занимало – он его просто не замечал. В каждом городе, селе, деревне, что он и его команда побывали за это время, все было одинаково: женщины обращали внимание на его внешность, красивую и мрачную, но от этого еще более привлекательную для них. Для Саске это было так же обыденно, как восход солнца, а секс не был чем-то необычным – просто удовлетворение потребностей тела. Все женщины, с которыми он был, придерживались того же мнения, а до этих девиц со всеми этими романтическими бреднями в голове ему не было никакого дела.
Наконец, дверь в кабинет, на которой красовалась табличка: «Харуно Сакура». Только сейчас парень понял, что не знает о чем говорить и как? Он никогда не просил помощи. Всегда требовал или приказывал, уверенный в том, что все будет выполнено по его малейшему зову. Единственный раз, когда он пробовал обратиться к сторонней помощи – это, когда пытался выведать у Наруто, что такого ему сказала Сакура, раз у него так ловко стало получаться забираться на дерево, при этом, испытывая не самые лучшие в мире чувства – неловкость и смущение, а еще этот мелкий неудачник посмел над ним смеяться.
Тяжело вздохнув про себя, Саске постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, вошел. «И все-таки здесь слишком много цветов для медицинского кабинета», - было первой мыслью. Напротив двери, за своим большим столом, заваленном бумагами, сидела хозяйка кабинета, застыв с рукой, зажатой в кулак.
Сакура медленно приходила в себя. Та радость, что она испытала, увидев посетителя, грозила вылиться через край. Так хотелось подбежать к нему и закричать: «Ты пришел!» Но усилием воли девушка заставила себя сидеть на стуле, и только улыбка расплылась на ее лице, правда довольно ехидная.
«Хоть раз в жизни он, наконец-то, попросит помощи у меня, а не наоборот! - крамольная мысль приносила столько злобного счастья, что она даже испугалась. – Я же врач. Я не должна злорадствовать от того, что человек пришел ко мне за лечением. Это мой долг, как медика, помочь страдающему!» Но вторая Сакура упорно не хотела слушать доводы разума, настаивая на своем: «Да черт с ним, с долгом! Давай сотрем эту холодную физиономию с его лица! Я хочу насладиться, возможно, единственным моментом в своей жизни!»
Девушка резко оборвала спор с самой собой. Если она попытается смеяться над таким гордым человеком, то он просто развернется и уйдет, и тогда уже вся вина будет на ней.
- Привет, Саске-кун. Как дела? Зачем пришел? – пропела Сакура ехидным голосом, не в состоянии отказать себе хотя бы в такой маленькой радости.
Вот они эти зеленые глаза, которые не давали ему покоя последние пять дней, преследовали его и днем и ночью. Сейчас они светились, как два больших изумруда, переливаясь золотыми искорками счастья и радости. Но тон, которым Сакура поприветствовала его, давал понять, что обладательница этих драгоценных камней еще не простила обиды. Он ожидал такого приема, ведь девушка, сидящая напротив, не просто врач – она та, кто знала его натуру. Кивнув в ответ, Саске молча уставился на бывшую напарницу, не зная, как вести себя и что говорить.
Так они и смотрели друг на друга не мигая, пока Сакура, наконец, не сдалась, тяжело вздыхая.
- Ладно, не буду тебя мучить. Проходи, садись… А теперь, Саске-кун, я бы хотела по подробней услышать о твоей проблеме? Что, как, когда начали проявляться симптомы, и что ты при этом испытываешь. – Ответом ей было все то же тягостное молчание, но девушка была готова к такому повороту. Все-таки этот гордый человек не из тех, кто, спокойно попивая чаек, пускаются в пространственные разговоры о своих слабостях. А в том, что он считает проблемы со зрением слабостью, Сакура уже успела убедиться. – Саске-кун, я понимаю, что тебе трудно говорить об этом, но если я ничего не узнаю, то и помочь не смогу, понимаешь?
Конечно, он понимал. Но сказать вот так просто: «Мне плохо, помоги, спаси, Сакура!» - тоже не мог. Никогда и не перед кем он не пресмыкался, прося помощи, и сейчас не собирался. «Тогда зачем я сюда вообще пришел?» - Саске знал ответ на этот вопрос: зеленые глаза этой девушки, вконец, его достали. Даже самому себе он не хотел признаваться, что устал от нескончаемых приступов, и во всем винил только ту, что сидела напротив с сжатыми кулаками, готовая в любой момент двинуть по голове этого упрямца.
Сакура пыталась успокоиться и не сотворить глупость: уж очень хотелось взять этого надменного гордеца за шкирку и как следует потрясти, чтобы вытряхнуть всю эту дурь о слабости и тому подобной ерунде. «Он не Наруто и не будет спокойно терпеть, пока я его избиваю. Скорее прибьет или еще чего похуже придумает. В конце концов, он считает себя мстителем, и не простит даже малейшего оскорбления», - Сакура не была ни шпионом, ни следователем, поэтому никак не могла придумать эффективных способов пытки, чтобы разговорить упорно молчащего парня.
- Ладно, попробуем по-другому. Я задаю вопрос, ты отвечаешь. – Девушка думала, что если и это не поможет, то она точно ему вмажет, и плевать на все. Как будто это ей нужна помощь, в конце-то концов. – Как я успела заметить тогда в лесу, у тебя бывает резкая потеря зрения?
- Да. – Сказать это маленькое слово было очень трудно, словно признаться в собственной слабости, но, все же, намного лучше, чем попытаться о ней рассказать самому.
Сакура готова была скакать от радости. У нее получилось вытянуть из него ответ, ее метод работает! Предстояло выяснить очень многое и, желательно поскорее, но придется по крупицам собирать эту мазаику, иначе она так никогда и не узнает, что за картину Саске прячет ото всех.
- Когда-нибудь темнело в глазах?
- Да.
- Когда смотришь на лампу или солнце, вокруг есть радужная оболочка?
Саске посмотрел в окно, за спиной девушки и устремил взгляд на яркий, словно сгусток чистого счастья, желтый диск. Он никогда не замечал, но действительно вокруг него был еле заметный радужный круг.
- Да.
Сакура тяжело вздохнула. Симптомы слишком знакомые, чтобы не знать, на что они указывают. Она не хотела делать поспешные выводы, но уже приготовилась к худшему.
- Мне нужно тебя осмотреть. Не моргай, пожалуйста. – Девушка проводила ладонью, светящейся мягким зеленым светом, убеждаясь в правильности собственной догадки. Эти симптомы и все, что она сейчас видела, говорили о том, что человек страдает уже довольно давно. «И почему он до сих пор не обратился к кому-нибудь? К любому медику? Так мучить собственный организм способны только полные идиоты!» – Саске-кун, когда чаще всего происходят эти приступы?
И снова она наткнулась на стену его нежелания говорить о своих проблемах. Ну что за человек? Она из кожи вон лезла, чтобы ему помочь, а он просто смотрел на нее холодно и отчужденно, явно не собираясь отвечать на вопрос. Девушка чувствовала, как медленно начинает вскипать в ней злость на него и в первую очередь - на его упрямство.
- Да пойми ты, наконец, это не шутка! У тебя серьезные проблемы! Все эти симптомы говорят о тяжелой болезни, которую не так-то просто вылечить! Но ты даже не хочешь мне помочь с ней справиться! – Саске снова был заворожен блеском этих зеленых глаз, в которых сейчас смешались так не похожие друг на друга чувства: тревога и гнев. Он размышлял - стоит ли открывать ей свою тайну, но ведь и так рассказано слишком много, так зачем останавливаться на полпути?
Мысли прервались, когда неожиданно возникла резкая боль в плече. Сакура, не обращала внимания на то, как сильно сжала руки, схватившись за Саске, в порыве праведного гнева. Она не замечала ничего вокруг, пристально глядя в черные глаза, в ожидании ответа.

43

Их чувства. Глава 7 и 8.

Глава 7. Никогда в себе не сомневайся!
Он был поражен – откуда у нее такая силища? После этой хватки останется синяк, в этом парень не сомневался: «Мне послышалось, или действительно хрустнула кость?»
- Ну почему ты такой упрямый? Почему? Я прошу ответить на простой вопрос! Пойми, если ты мне все не расскажешь, то я просто не смогу тебя вылечить. Просто скажи, когда чаще всего происходят эти приступы? – Она уже не имела сил биться о его безразличие. В этих угольно-черных глазах не было ни единого чувства, ни намека на то, что он услышал ее.
Саске не знал, как поступить: если расскажет, то раскроет тайну своего клана, если нет, то его приход сюда был напрасным. Но зачем хранить секрет семьи, из которой он единственный, кто выжил, как музейный экспонат, который должны показывать детям на экскурсии? Трудное решение, принять которое необходимо было здесь и сейчас.
-Через некоторое время после использования Шарингана.
- Спасибо. – На тело вдруг накатила такая легкость, улыбка осветила лицо, и даже то, что она еще не раскрыла тайны этого заболевания, не смогла омрачить счастья. Ведь пробить стену этого надменного упрямства было уже победой наполовину. – Спасибо.
Сакура вдруг осознала, что сжимала ладони на его плечах так сильно, как будто собиралась рушить железобетонную конструкцию. Какую же боль она ему причинила, сама того не понимая? «А еще врачом себя называешь! Сама же калечишь человека! А что будешь делать, если сломала ему что-нибудь, а Сакура-чан?» - мерзкий внутренний голос ехидно пищал над самым ухом, пока девушка рассыпалась в извинениях:
- Прости, Саске-кун, я… я просто отвлеклась и не заметила. Давай я посмотрю.
- Не нужно. Все в порядке. – Он просто не переставал дивиться, как она успевает так быстро менять свое настроение: только что гневно кричала на него, чуть ли не ломая кости, а уже через минуту снова превратилась в заботливую девчушку, что он знал так давно.
Сакура так обрадовалась, что уже и забыла о его привычке отказываться от помощи. Она не стала спорить и из-за этого. В конце концов, он шиноби, готовый к боли, а если она будет кудахтать над ним, как курица-наседка, то просто проявит неуважение.
- Хорошо. Тогда мне нужно еще раз осмотреть твои глаза. Активируй, пожалуйста, Шаринган. – Девушка снова стала проводить по его лицу ладонями с зеленой чакрой. Теперь она все поняла, но оставалось неясным, как он довел себя до такого состояния. – Да, наблюдаются небольшое повышение внутриглазного и артериального давления, но это не то, должен быть что-то более сильное… - Сакура шептала вслух, проговаривая каждое слово, как она делала во время чтения историй болезней и диагнозов других врачей, даже не замечая за собой этой привычки.
- Это из-за техник.
- А? – Сакура отвлеклась и непонимающе уставилась на парня.
- Ты только что спрашивала.
- Я? – Она вдруг вспомнила свои слова и ужаснулась, - Я что, сказала это вслух? Черт. А что ты говорил только что?
Саске про себя уже мысленно душил девушку. Только что она возмущалась, что он ничего не хочет говорить, а теперь уже и не слушает. И чего он тут распинается?
- Это из-за техник – мангекье Шаринган и Аматератсу. – Сакура прикусила нижнюю губу, погрузившись в раздумья. Она припоминала, что это очень опасные дзюцу и не только для врагов: Какаши-сенсей неизменно попадал в больницу, когда использовал более мощные возможности Шарингана. Насчет Аматератсу девушка ничего не могла сказать, она даже не знала, что это, не говоря уже о том, как оно действует на организм обладателя.
- Ты можешь сейчас использовать эти техники? – Только после того, как задала вопрос, Сакура поняла свою ошибку. Даже под безразличным взглядом она вдруг почувствовала себя идиоткой.
- Только если ты решила умереть.
- Прости, не подумала. – «Но мне все равно нужно знать, что происходит с его глазами, когда он использует эти дзюцу». – Но… я бы хотела обследовать тебя именно в момент использования техник. Это очень важно, Саске-кун.
«Нет, она издевается надо мной. Мне и так с трудом удается использовать аматератсу без последствий. Его очень трудно укротить и уходит слишком много чакры, а эта девчонка еще хочет опыты на мне ставить?» - Саске уже сомневался в правильности своего решения относительно прихода сюда. Сейчас он чувствовал себя лабораторной крысой, которую напичкают новыми, еще не испытанными препаратами лишь бы посмотреть, как он мучается в предсмертной агонии.
Сакура затаила дыхание в ожидании ответа. Она чувствовала, что эти самые техники и есть последний кусочек той мазаики, что складывалась у нее в голове. Конечно, риск был велик – сосуды и зрительные нервы были повреждены, и неизвестно смогут ли они выдержать ту нагрузку, которую, как предполагала девушка, вызывают эти дзюцу.
Саске упорно молчал, холодно глядя в ее зеленые глаза и решая для себя как поступить. Он никогда не использовал аматератсу и мангекье Шаринган забавы ради. Это было слишком опасно, глаза после этого болели нестерпимо, и он все еще помнил, как это пламя чуть не пожрало его напарницу Карин.
- Саске-кун, я понимаю, это, наверное, очень сложно.
- Это опасно.
- Да-да, но я уверена, что твои глаза это выдержат. Повреждения сильные, но одну нагрузку они осилят…
- Я говорю не про себя. – Сакура покраснела от удовольствия: «Он обо мне волнуется!» Губы растянулись в нежной улыбке, а глаза засверкали миллионами золотых и зеленых искорок.
«Чему она так радуется? Я тут говорю, что эти дзюцу убить могут за доли секунды, а она улыбается. Видимо, сказывается долгое общение с Наруто: глупость заразна», - Саске осмотрел девушку с ног до головы, желая убедиться, что это именно та куноичи, которая кричала на него в лесу и требовала здесь ответа. Эта розоволосая раскрасневшаяся девушка, с таким восхищением смотрящая на него, больше походила на ту, что всегда ловила каждое слово, робея в его присутствии.
Сакуре очень хотелось дотронуться до его лица еще раз, погладить гладкие черные волосы, только уже не в медицинских целях. Но так и не смогла ничего сделать, помня, как он реагировал в детстве на проявление ее заботы и ласки. Со вздохом сожаления она прошла на свое место за столом.
- Не волнуйся. Все пройдет хорошо. Завтра же с этим разберемся, ладно? – И, не давая возможности ему отказаться, пропела милым голоском, - Ну, до завтра, Саске-кун! Можешь идти! И не перенапрягай глаза!
Он чувствовал себя обманутым. Как будто кто-то тайком дергал за ниточки и заставлял его поступать так, как задумано, а не так как ему хочется. Это чувство не пропало даже после того, как Саске вышел из больницы и направился на тренировку, размышляя о произошедшем. Он недоумевал, как это Сакуре удалось обвести его вокруг пальца, заставив согласиться на такую авантюру? Ответа найти так и не удалось.
Солнце давно спряталось за горизонт, окрасив на прощание небо в алые краски, и во владение миром вступила луна. Она, словно бледноликая красавица, наблюдала за землей, освещая серебряным светом макушки деревьев.
Чуть слышно шуршала занавеска в распахнутом окне, посеребренная месяцем, она казалась эфирным одеянием волшебной принцессы из сказки, а на стенах плясали причудливые тени от картин и цветов – ее бессменные слуги. Сакура потянулась во мраке комнаты, отвлекаясь от тяжелых мыслей.
Рабочий день давно был закончен, в госпитале остались только дежурные врачи и медсестры. Можно было смело идти домой и отдыхать. Но что-то вот уже полчаса не давало сдвинуться с места, заставляя перебирать воспоминания минувшего дня.
«Сегодня он пришел, он поверил в меня!» - от этой мысли на душе становилось теплее и радостнее, и лицо озарялось счастливой улыбкой. А затем вспоминались результаты обследования и решение, что она сама для себя приняла, и вся радость вдруг убегала, словно трусливый кролик, в страхе прячась за темный шкаф. Руки, сжатые в кулаки, неуверенный взгляд и искусанная нижняя губа, припухшая за все время тяжких раздумий, без слов говорили о смятении в душе юной куноичи.
«Так нельзя! Ты сможешь! Ты умная, сильная! Тебе нечего бояться!» - но вернуть утраченную уверенность в себе так и не получалось. Голова от безысходности опустилась на так и не просмотренные за весь день бумаги.
Сколько бы еще она вот так просидела, терзаясь сомнениями, если бы дверь тихонько не приоткрылась, впуская узкую полоску яркого света из коридора?
- Ты чего тут в потемках сидишь? – Ино прошла в кабинет, вставая рядом со столом подруги. – Твоя мама сказала, что ты еще не возвращалась. Я сразу поняла, что ты еще тут.
Сакура ничего не ответила, все также лежа головой на столе и устремив взгляд в пустоту.
- Он сегодня пришел… - Ино уже знала, о ком говорит подруга: ей доподлинно были известны все подробности ее маленького приключения в лесу. Сакура тогда срывалась на каждом, и Ямонако не была исключением. Крупно повздорив с подругой, Харуно сболтнула лишнего, и уже не могла отвертеться от откровенного разговора.
- Ну и чего ты такая убитая? Радоваться надо.
- Я и рада, вот только… не уверена, что смогу помочь, – сказать, что Ино была поражена этим словам, значит, не сказать ничего. Она была в шоке. Ее подруга, уже несколько лет мастерски исполнявшая обязанности врача, владевшая самыми сложными медицинскими дзюцу, которым научила ее Пятая, как самую лучшую свою ученицу, никогда еще не сомневалась в своих способностях.
- Все настолько серьезно?
- Почти. Нужна операция.
- И в чем проблема?
- Я никогда раньше не практиковала замену тканей на клеточном уровне. Этим всегда занималась только Тсунаде-сама.
Теперь Ино поняла, что так волновало ее подругу. Такая сложная операция требовала слишком много чакры и идеальной концентрации. Одна маленькая ошибка - и пациенту уже ничем не поможешь. Только Пятая проводила столь сложные операции. Она научила свою лучшую ученицу этой технике, но до сих пор так и не позволила ее использовать.
- Ну, учитывая то, что ты наговорила Саске-куну, ты не можешь обратиться к Тсунаде-сама. Ты должна все сделать сама. В итоге, ты либо его спасешь, либо угробишь.
- Спасибо за поддержку. Мне помогло, – едко проговорила Сакура, поднимая голову с поверхности стола.
- Да не за что! Всегда, пожалуйста! – засмеялась Ино, перебирая свои длинные волосы. – Посмотри на это с другой стороны: если вылечишь Саске-куна, то он, наконец, обратит на тебя внимание как на девушку.
- Ты это о чем? – Сакура поняла, что зря задала этот вопрос, и не ошиблась.
- Ну, тебе никогда не заинтересовать его своей внешностью. Груди почти нет, фигура - так себе, ноги, как палки, а про лицо я вообще молчу – один лоб чего только стоит…
- Ино-свинья! Я тебе твою красоту-то сейчас подпорчу! – от такого хамства розоволосая куноичи забыла все свои невзгоды и вскочила с места, замахиваясь кулаком с твердым намерением стереть с лица подруги надменную ухмылку.
- Тихо-тихо! – девушка предостерегающе подняла руки и отступила к двери, зная, что слова Харуно - не пустой звук. – Вот видишь, ты снова такая, как раньше! - и правда, Сакура почувствовала, что сомнения постепенно отступают перед лицом более сильных эмоций. Ино хитро улыбнулась, подходя к подруге поближе и хватая ее за руку. - Никогда в себе не сомневайся! Или ты хочешь, чтобы Саске-кун оказался прав? Он же назвал тебя слабачкой и неумехой, – вспомнив эти обидные слова, в Сакуре снова поднялся тот гнев, что она испытала тогда в лесу. Никто не смеет ее так называть, никто не имеет права сомневаться в ее способностях. Она этого не позволит никому, даже себе! Неуверенность в зеленых глазах исчезла, на ее место снова вернулась твердость и решительность.
Ино улыбнулась своим мыслям: «Да. Этот способ на нее действует безотказно!» - А теперь идем, Хината, наверняка, нас уже заждалась.
Глава 8.
И точно, Сакура вспомнила, что сегодня обещала собраться с подругами и поболтать, ведь это так редко им удается. Но Тен-тен неожиданно получила задание и вместе со своей командой покинула деревню рано утром. Однако девушки решили, что откладывать встречу все равно не будут.
Огромная столовая, вечером превращавшаяся в бар, с изобилием закусок и горячительных напитков, была залита ярким светом разноцветных фонарей – это место, единственное во всем палаточном лагере, было оснащено электричеством. Полы красного шатра в некоторых местах были раздвинуты, прикрепленные прочными кожаными ремнями, давая возможность разглядеть внутреннюю обстановку. Повсюду стояли не похожие друг на друга столики, уцелевшие после катастрофы: круглые, квадратные, с резными ножками и очагами для барбекю. Такие же разнообразные стулья довершали картину. Полукругом у красной «стены» расположились повара, суетящиеся на маленьких импровизированных кухнях. Официанты юрко сновали по залу, лавируя между полупьяными посетителями. Вечер только начинался.
Подруги приблизились к сверкающему бару, где их уже ждала темноволосая куноичи, нервно сжимая руки.
- Привет, Хината! Прости, что опоздали! – Ино, сверкая счастливой улыбкой, помахала девушке. – Пойдемте скорее внутрь!
- Не терпится напиться? – съехидничала Сакура, все еще не забыв слова Ямонаки насчет своей внешности.
Та ничего не ответила, лишь кивнув на юную Хьюгу, которая явно нервничала, то покрываясь бледным румянцем, то бледнея, постоянно косясь взглядом на вход в бар. Любопытство, всегда владевшее Ино, снова подвигло ее на расспросы:
- Хината, что случилось?
- Нет… ничего… просто… там… - Хьюга снова посмотрела на шатер и покраснела.
- Понятно, там Наруто! – при упоминании этого имени, лицо девушки стало того же цвета, что и яркий шатер. – Знаете, а я только сейчас поняла, насколько вы с Сакурой похожи! - девушки удивленно посмотрели на Ино, хитро поглядывающую на них с широкой улыбкой. - Вас обоих отвергли, а вы до сих пор не отступились от своих кумиров!
Сакура сжала кулак, сожалея, что не врезала подруге в кабинете, а Хината покраснела еще больше, если это вообще было возможно.
После того, как она в самом разгаре схватки с Пэйном призналась парню в любви, у них с Наруто был длинный разговор. Для застенчивой девушки это было трудно, но она собрала остатки храбрости и выложила все, что накопилось в душе за столько лет. Хината лелеяла хрупкую надежду на его ответное признание, но все рухнуло в один единственный миг, когда заглянула в эти бездонные голубые глаза и услышала печальное: «Прости, Хината, но я уже люблю другого человека».
Это было больно, словно в сердце разом воткнули тысячу острых игл. Но последним ударом было предложение оставить все так, как есть, и остаться друзьями, как раньше. Для Хинаты ничего уже не могло быть, как раньше, и день ото дня она убегала каждый раз, когда видела вдалеке до боли знакомую фигуру.
«Какая же вы трусиха, Хината-сама! - говорило внутренне «Я», но девушка ничего не могла с собой поделать. Ее сердце хотело больше, нежели просто быть друзьями: - Лучше я совсем не буду с ним больше общаться, чем при каждой встрече смотреть на него и знать, что я не нужна».
- Ино! – Сакура все-таки осуществила свою мечту и схватила подругу за грудки, собираясь вытряхнуть из нее все желание язвить.
- Правда глаза колет, Сакура?! – не унималась девушка, заливаясь раскатистым смехом. – Ладно, пойдемте внутрь, а то Хината сейчас в обморок упадет.
Девушки вошли в шатер и огляделись: тут и там сидели полупьяные и веселые посетители, поглощая алкоголь и закуски. В дальнем углу они заметили предмет мечтаний своей подруги – Наруто, уплетающего рамен, и Сая, с интересом оглядывающимся по сторонам и делающим зарисовки в блокноте. Большим удивлением для Сакуры стало присутствие за другим столиком двух напарников Саске – Суйгетсу и Карин. Эти двое злобно косились друг на друга, протягивая руки к единственной рыбке, что осталась лежать на тарелке. После несложных манипуляций, в процессе которых парень отвлекал внимание свой напарницы, трофей оказался у него во рту.
- Каннибал! – только и смогла сказать Карин, обидевшись на свой постыдный проигрыш и делая знак официанту повторить заказ.
- Интересно, а где Саске-кун?
- Уже соскучилась? – съехидничала Ино, толкая подругу в бок локтем. Сакура ничего не ответила, зная, что спорить бесполезно – это только подтолкнет светловолосую куноичи к еще большим издевкам.
Девушки выбрали круглый столик практически по центру и сделали заказ. Они предвкушали приятный вечер: у каждой было, что рассказать о своей жизни. Но насладиться уединенностью женского кружка так и не удалось - не прошло и пяти минут их пребывания в баре, как на всех парах к ним подлетел Наруто, улыбаясь во весь рот.
- Привет! Можно к вам присоединиться?
«Вот и поболтали», - мрачно подумала Сакура, оглядываясь на Узумаки и Сая, налепившего на лицо фальшивую улыбку.
- Нет! Иди отсюда! – Ино, как всегда не подбирая выражений, очень быстро указала парням на то, что их присутствие не желательно, зажимая рукой рот, уже готовой согласиться Хинате.
- Почему? – недоумевал Наруто, не понимающе заглядывая в глаза недовольным девушкам. – Сакура-чан, мы хотим с вами посидеть, можно?
- Наруто, у нас тут женские разговоры, мы хотим побыть втроем… - начала девушка, пытаясь донести до разума напарника свою мысль.
- Мы не помешаем! Скажи ей, Сай!
- Мымрочка, можно мы посидим с вами? – все с той же фальшивой улыбкой пролепетал парень.
«Все! Они меня достали! Сколько раз за этот день я слушаю оскорбления в адрес своей внешности?! Я требую возмездия!» - Сакура стукнула кулаком по столу и проорала что было мочи:
- ВОН! ВАЛИТЕ ОТСЮДА!
Ино покатилась со смеху и обняла за плечи смущенную Хинату, провожающую печальным взглядом убегающего Наруто. Сакура метнула гневный взгляд в смеющуюся подругу, у которой уже слезы выступили на глазах от переполняющих эмоций.
- Ну… ты… даешь… мымрочка! – и очередной взрыв хохота. Наконец, Ино успокоилась и принялась утирать слезы. – Никак не могу привыкнуть к тому, что Сай тебя мымрочкой зовет. Смешной парень! Сакура злобно косилась на подругу, не зная куда выместить свой гнев. Подошедший официант быстро поставил поднос на стол и скрылся, что-то пискнув извиняющимся тоном, бросив один взгляд на разъяренную девушку. - Ладно, девочки! Давайте выпьем за нашу встречу! – Ямонако подняла вверх бокал с коктейлем, в ожидании, когда подруги сделают то же самое. – Кампай!
Еще один взмах, еще один смертельный выпад. Все размышления отодвинуты в сторону, в голове только одна мысль: как лучше провести удар. Одна ошибка - и ты труп. Здесь действует только один закон: если убьешь не ты, то – тебя.
Саске махал катаной, отрабатывая тайдзюцу весь день. Он пришел на эту поляну сразу после посещения кабинета Сакуры, полный противоречий, в поисках душевного равновесия, и так увлекся тренировкой, направленной не столько на оттачивание безупречных техник, сколько на то, чтобы привести в порядок спутанные мысли и найти решение этой сложной задачки, что не заметил, как наступила ночь.
Поражало собственное поведение, то, как быстро он начал доверять этой куноичи все свои тайны и даже согласился показать действие секретных техник. Неужели он настолько сошел с ума в этой деревушке, что решился на такое? Уже сейчас Саске готов был отказаться от своих слов, и послать эту девчонку куда подальше. Но проклятая гордость не позволяла совершить такой низкий поступок, тихо нашептывая на ухо, что парень перестанет уважать себя, поддавшись сомнениям. Нет. Он никогда не нарушал данного обещания. В конце концов, он - шиноби. Он - Учиха. И эти слова не пустой звук.
К тому же, заглянув один раз в эти зеленые глаза, Саске уже не мог не верить им. Он гордился своей интуицией, которая не раз спасала ему жизнь в самых опасных ситуациях, и она подсказывала, что этой девушке можно доверить любую тайну.
Это чувство было всегда, с того самого момента, когда их распределили по командам. Для него они с Наруто были друзьями, людьми, которым можно было смело вверить собственную жизнь. Узумаки – вечный соперник, верный товарищ, на которого можно было опереться. Они всегда состязались, даже на заданиях: кто кого спасет на этот раз, кто нанесет последний удар, кто получит больше ран. И этот спор не закончится никогда. Но Сакура была другой: сначала просто надоедливой девчонкой, одной из многих, что пытались вешаться на его шею, а потом - другом. Ее щенячья преданность часто бесила, выводила из себя, но давала убедиться, что в этих зеленых глазах, с таким восхищением смотрящих на него, никогда не будет желания обмануть его доверие. Саске уважал в ней эту черту и, как и в детстве – просто верил ей.
За своими раздумьями парень и не заметил, как солнце начало подниматься над лесом, окрашивая кроны деревьев в золотой цвет. Начинался новый день. Саске сделал последний выпад, поражая невидимого противника, и направился в сторону деревни, повесив на плечо рубашку. Он окончательно вымотался, всю ночь истязая себя этими тренировками, и теперь валился с ног, желая поскорее добраться до палатки.

44

Их чувства. Глава 9.



Лагерь постепенно просыпался ото сна. Шиноби выходили из своих ненадежных жилищ, изредка позевывая, отравлялись на задания, тренировки, помогали в строительстве. Мирные жители, как всегда, суетливо принимались за свои обыденные занятия. Медсестры бежали на работу в госпиталь, поглядывая на часы, из бара, снова превратившегося в тихую столовую, по всему городку разлетался аромат свежеприготовленной­­ пищи.
Сакура разлепила глаза, морщась от головной боли.
«Ино-свинья! Чтоб ей было еще хуже, чем мне! - девушка тяжело поднялась с кровати и ухватила голову двумя руками. Вчера подруга напоила ее тремя гремучими коктейлями, и теперь Сакура чувствовала себя совершенно разбитой, морально и физически. Большую чашка воды, выпитая залпом, и мир начал приобретать в ее глазах более радужные краски, осталось только вылечить головную боль: - Как хорошо, что я медик…»
Сакура снова уселась на любимую кровать – единственное, что осталось от ее дома, кроме фотографии, стоявшей в кабинете. Ложе было развалившееся, но девушка собственными руками собрала обломки и сколотила каркас заново. Эта кровать была ее гордостью, не у каждого в деревне осталось хоть что-то подобное, и многие ютились на спальниках, испытывая неудобства на твердой почве. Была здесь и еще пара вещей, которым бы позавидовала половина деревни – небольшой комод и столик с зеркалом. Все эти сокровища Сакура смастерила сама, желая создать хоть какой-то уют в тесной палатке, из обломков, найденных на развалинах Конохи. Рядом с кроватью стояли коробки с упакованными вещами: девушка скоро получит маленькую квартирку в одном из первых новых домов. Ее мама уже ушла на работу, аккуратно сложив свой спальник. Глядя на него, Сакура нахмурилась: она очень долго спорила с родительницей, но та наотрез отказывалась от кровати, предпочитая спать на земле.
Девушка бросила взгляд на маленькие настольные часы и ужаснулась:
- Черт! Я ничего не успею, если не потороплюсь, – она резко вскочила, наскоро нацепила свою привычную одежду, плеснула на лицо воды из кувшина и провела расческой по волосам. Завязывать бандану пришлось уже по пути к столовой. Там надо было быстро перекусить и бежать по делам, но еще и остановиться, когда окликнут и сунут коробочку с бутербродами. Тут же навело на мысль, что хорошо, когда мама – повар.
Сакура неслась по лагерю, отыскивая нужное жилище. Необходимо на работу, но сначала, надо закончить одно дело. Ино обещала прикрыть в больнице, если что-то случится.
Вот она, заветная палатка. Сакура немного поколебалась, боясь войти.
«А вдруг он еще спит?» - пронеслась мысль, но откладывать было нельзя. Глубоко вздохнув, девушка нацепила милую улыбку и отдернула полог:
- Саске-кун! Про… - слова так и не успели вырваться, когда она столкнулась с ледяным взглядом. Парень в этот момент развязывал пояс на штанах, предвкушая долгожданный сон.
Взгляд пробежался по обнаженной груди, сильным рукам, и застыл, встретившись с черными глазами. Румянец стыда выступил на щеках, когда девушка поняла, что Саске видел, как она нахально его разглядывала.
Парня же волновал совсем другой вопрос:
- Чего надо?
- Эээ… - Сакура отвела глаза, притворяясь, что оглядывает внутреннее убранство палатки, и отмечая про себя практически полное его отсутствие. – Ну… Нам нужно закончить обследование. Я бы хотела увидеть эти твои техники…
Внешне не шелохнувшийся, Саске бушевал внутри, проклиная все на свете. Как быстро такой долгожданный отдых убежал от него, махнув на прощанье рукой. И что теперь делать? Сказать ей, что устал? Да он никогда не сможет вслух таких слов произнести. Решение пришло само собой. Пальцы снова завязали пояс, схватили рубашку и катану. Не говоря ни слова, Саске направился из деревни в лес, все по той же до боли знакомой дороге. Девушка шла рядом.
- А куда мы идем? – поинтересовалась она скорее из-за того, чтобы разорвать это напряженное молчание.
- Туда, где нет людей.
- Понятно… - разговор, так толком и не начавшийся, сошел на нет.
Они шли рядом по зеленой сочной траве, покрытой капельками росы, шагая абсолютно бесшумно, скорее по привычке, въевшейся в сознание годами упорных тренировок, чем по собственному желанию. Тела как будто сами выбирали дорогу: ноги аккуратно перешагивали сухие прутья, руки отодвигали мохнатые ветки, бесшумно возвращая их в прежнее положение.
Ночные жители леса уступали место своим дневным собратьям: сова нахохлилась на толстой ветке и, смешно переваливаясь на когтистых лапах, залезла в дупло, чтобы отдохнуть после ночной охоты.
«Вот и я бы сейчас мог точно так же спать…» - Саске отгонял назойливую мысль, коря себя за слабость. В конце концов, у Орочимару он выдерживал и куда более суровые тренировки, а тут раскис, всего-то помахав немного катаной. Он никогда не роптал на судьбу, но сейчас грешил на спокойный уклад жизни в Конохе, который позволил ему так расслабиться.
Неожиданно тишину прервал странный урчащий звук. Во второй раз за это утро Саске проклял все на свете. Только сейчас он вспомнил, что не ел с позавчерашнего дня. Тренировки завершились, и тело требовало компенсации за свои труды. Парень готов был провалиться сквозь землю, когда услышал требовательный зов своего желудка, посмевшего его так опозорить.
Сакура, услышав утробный звук и поняв от кого он исходил, с усилием подавила улыбку. С абсолютно серьезным лицом она достала из сумки на плече коробочку с заветными бутербродами и, не говоря ни слова, протянула один Саске.
- Хочешь?
Он принял этот нежданный подарок, а девушка поразилась с какой быстротой бутерброд исчез из этого мира: «Мда… такой скорости даже Чоджи позавидовал бы». Она протянула еще, уверенная в том, что одним бутербродом явно сыт не будешь. На лице появилась лукавая улыбка, когда в голове всплыли слова Ино о том, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок - «Вот и прикормили!»
Когда они вышли на поляну, коробочка опустела, а Сакура восторженным взглядом смотрела на открывшийся вид. Это был лес, где она знала каждый уголок, но сейчас не могла наглядеться на окружающую красоту: солнце ярко заливало этот маленький островок бурных красок своим теплым светом. Ковер из цветов усеивал все пространство небольшой поляны, здесь царило буйство красок от белого до багрово-красного и синего. Разноцветные бабочки порхали с одного цветка на другой, пчелы жужжали, собирая пыльцу.
- Как будто море… - восхищенно выдохнула Сакура, когда по поляне прошла волна от подувшего ветерка.
Саске молча наблюдал за девушкой. Он немного завидовал ей, разучившись радоваться таким простым вещам. Из его жизни вырвали слишком много, чтобы он мог восхищаться окружающими пейзажами, его глаза уже никогда не будут так счастливо сверкать, как эти чистые изумруды. Взгляд навсегда останется пустым, лишенным красок, полный вечной мерзлоты, которую ничем не растопить. Он так думал.
Сакура выбежала в центр поляны и закружилась на месте, протягивая руки к солнцу и безмятежно смеясь. Сейчас она была счастлива: они вдвоем в этом маленьком раю, где никого нет, и пусть для этого угрюмого и молчаливого парня она ничего не значит, эти мысли будут терзать потом, а сейчас девушка наслаждалась жизнью.
Взгляд наткнулся на многострадальное дерево с поцарапанным стволом и отвалившейся корой, ютившееся рядом со своими собратьями. Сакура сразу вспомнила, зачем они сюда пришли, и пожалела о проявлении такого детского восторга: «Он, наверное, подумал, что я идиотка».
Саске понял, что она наигралась, и удивился собственному чувству огорчения – наблюдать за этими дикими танцами было интересно. Он отмахнулся от надоедливых мыслей и вышел в центр поляны, туда, где стояла Сакура.
- Ну… начнем… - предложила она, наблюдая за парнем. Ладони заискрились чакрой. Сакура была готова к работе. – Саске-кун, можешь сесть? Ты слишком высокий, чтобы я могла нормально тебя обследовать.
Он повиновался, молча опускаясь коленами на траву. Взгляд блуждал вокруг, отыскивая цель – ей оказалось все то же дерево, что уже столько пострадало от его тренировок. Один взмах ресниц - и глаза приобрели совсем другой окрас – Аматерасу начало действовать, черным языком стирая с лица земли, пожирая в своем ненасытном чреве ствол, ветки, каждый листочек.
Сакура ужаснулась, ее руки, плотно прижатые к вискам Саске, открывали все тайны: артерия практически лопалась от сильного давления, глазные нервы напряглись, испытывая нечеловеческие нагрузки.
- Хватит! – резко выкрикнула она, убирая руки. Теперь ее взгляд упал туда, где пиршествовало Аматерасу, закончившее играть с первой жертвой и перекидываясь на следующее дерево. Саске мысленно собрал оставшиеся силы в кулак, укрощая буйствующее пламя.
На месте растения остался только черный земляной круг с выжженной травой, часть веток у его соседа было съедено за доли секунды, и теперь они уродливыми обрубками торчали из ствола.
«Это ужасное дзюцу, - решила Сакура про себя, и вторая натура согласилась с ней. - С ним может соперничать только Рассенган-сюрикен Наруто…» - в голове вертелись страшные картины того, что было бы, если эти двое в пылу схватки друг с другом применили эти техники. Девушка не хотела знать ответа на этот вопрос, но не сомневалась, что конец был бы один для обоих – смерть.
От раздумий ее отвлекло странное поведение Саске – он тяжело дышал, прикрывая глаза рукой. Девушка села напротив, убирая его ладонь от лица. То, что она увидела, повергло в шок: из глаз текли тонкие струйки крови. Действуя молниеносно, она снова обследовала парня и облегченно вздохнула, убедившись, что артерия выдержала такое напряжение. Однако тонкие сосуды лопнули прямо на выходе на поверхность глазного яблока, что и привело к кровотечению.
Сакура применила медицинское дзюцу, залечивая раны и принося успокоение черным глазам. Его последние силы иссякли. Аматерасу требовало слишком много чакры и физических усилий. Саске знал, что будет потом: скоро мир опять пошатнется, поэтому вставать с земли не собирался.
Девушка отметила повышение внутриглазного давления и мысленно похвалила себя за предусмотрительност­­ь. Она достала из подсумка на поясе жгут и шприц с ампулой.
- Это лекарство. Быстро снижает внутриглазное давление. Тебе оно сейчас необходимо, – говоря все это, Сакура по профессиональному быстро перетянула парню руку повыше локтя.
Саске не шелохнулся, когда игла вошла в кожу, и лекарство болезненно стало рассасываться в крови. Он только мысленно отметил, что Сакура делает уколы намного лучше Кабуто, который никогда не волновался об ощущениях своих подопытных. Учиха же он в тайне люто ненавидел за то, что тот отнимает у него все внимание Орочимару своими бесконечными тренировками, поэтому от мстительного медика парню всегда доставалось сполна, и когда, хитрый очкарик не единожды промахивался мимо вены, якобы не специально, то злорадная усмешка выдавала его с головой.
Процедура была закончена. Сакура сложила инструменты обратно в сумку, не забыв упаковать шприц в вакуумный пакет, чтобы выбросить его потом. Она молча сидела на траве, поглаживая нежные лепестки ромашки, что росла у самых ног, не зная, что сейчас делать.
- Мне нужно возвращаться. В госпитале полно работы… ты идешь, Саске-кун?
- Нет, – не было ни желания, ни сил куда-то идти.
- Ну, тогда, зайди ко мне в больницу, когда сможешь… - вообще-то Сакура надеялась поговорить с парнем о его болезни по дороге в деревню, но так, наверное, даже лучше. В обстановке родного кабинета она будет чувствовать себя увереннее.
Больше ее здесь ничего не держало, поэтому Сакура неохотно поднялась с колен, отряхиваясь от травинок, и бодро улыбнувшись на прощанье, направилась на работу:
- До встречи! Жду тебя сегодня в госпитале!
Девушка скрылась из вида, и Саске тяжело плюхнулся на травяной ковер. Сил не было идти в палатку. Глаза закрылись сами собой, и сознание провалилось в черную бездну, где его уже ждали кошмары прошлого.

45

Глава 10. Вызов

Сакура нервно стучала пальцами по столу в ожидании своего упрямого пациента. Вчера она назначила операцию, в красках описав то, что произойдет в ближайшее время, если парень не согласится. Конечно, шансов было не так уж много – всего шестьдесят процентов, но это все же лучше, чем ничего. И теперь она сидела за столом, слушая шум в коридоре, в надежде разгадать звук его шагов.
Было раннее утро. Смена подходила к концу: медсестры и дежурные врачи, сдавали работу своим коллегам, мечтая поскорее оказаться дома. Именно в эти утренние часы они и решили провести операцию. Ночная смена еще не заканчивала работу, а дневная еще не приступала к своим обязанностям. Операционная была пуста.
Глаз слегка дергался от раздражения. Вчера у них получился довольно живой разговор – столько слов от Саске девушка не слышала уже давно. Он требовал абсолютной секретности или отказывался от лечения. «Ну что за настырный парень! Я тут не в игрушки играю, а людей лечу!» - Сакура сильнее стиснула зубы, вспоминая все эти глупые требования, что придумал шиноби. Ну, как, как она может провести такую сложную операцию, не прибегая к посторонней помощи хотя бы медсестер? Да никак. К тому же должно пройти три реабилитационных дня, прежде чем Саске сможет покинуть больницу, ведь за пациентом в этот период нужен уход и строгий контроль. «У меня столько работы, а я ношусь с ним, как курица с яйцом!» - возмущалась вторая Сакура, но ничего не могла поделать. Она сама предложила помощь, да и к тому же ни за что не могла оставить все так, как есть, не столько из-за того, что помогать страдающим ее профессия, сколько потому, что просто не смогла бы отвернуться от этого человека. Ни за что. Никогда.
Устало закрылись глаза, когда мысли снова вернулись к этим глупым условиям. Хорошо, хоть Ино знает и помогает. Без ее смекалки и языка без костей, способного состряпать историю, буквально, за считанные секунды, Сакура была бы раскрыта уже через несколько дней.
Размышления прервались, когда в дверь постучали, и на пороге возник тот, кто заполнил собой все мысли молодой куноичи.
- Привет. Ты готов, Саске-кун? – кивок в знак согласия, и они уже двигаются по белому коридору, наблюдая утреннюю суету в палатах, в сторону операционной.
Здесь все стерильно. Посередине блестящий стол, а рядом начищенные до блеска инструменты, аппарат искусственного дыхания и наркоз. Да, здесь было не совсем удобно, но Сакура подготовила все необходимое.
- Ну что ж. Начнем.

Прошло два часа, два утомительных часа. Руки трясло от такого тяжелого труда. Все это время она удаляла, заново выращивала и залечивала. Столько чакры было потрачено, но она довольна результатом. По крайней мере, была уверенность в том, что видеть он сможет. Обязательно.
Сейчас парень перед ней выглядел совсем беспомощным: еще не отошел от наркоза и бесчувственно лежал на плоской поверхности стола. На глазах белая повязка. Сейчас рано ее снимать, нужно следить за давлением и в течение каждых четырех часов за эти три дня капать специальные лекарства, разработанные Тсунаде-сама. Сакура знала, что все закончится очередным тупиком: Саске не согласится оставаться в больнице, а она не в состоянии его удержать, разве что к койке привязать. «Заманчивая идея… - Глядя на спокойное лицо и представляя картины, которые услужливо рисовало воображение, девушка слегка покраснела, - что-то я не о том подумала…» Но видения так и не хотели исчезать, рука поднялась и застыла на полпути. «Нет! Так нельзя. Он же пациент, он болен, нехорошо пользоваться своим положением», - но она уже не слушала доводов рассудка и ерошила мягкие волосы, пропуская их между пальцами, гладила бледную кожу лица, проводила по тонким губам, жалея, что не решится на мимолетный поцелуй, зная, что никто не узнает, даже он. Щека такая теплая, губы сухие, на шее бьется пульс, значит, сердце есть, пусть и ледяное, скованное, спрятанное за семью печатями. Обида захлестнула с головой. Почему, почему именно с ним должно было такое случиться? Почему перебили весь его клан? Почему оставили барахтаться в одиночестве, сделали его таким, не способным радоваться, любить: «Если бы ты только позволил, впустил меня в свое сердце, то я бы никогда…»
Саске медленно приходил в себя, ощущая ужасную жажду. Он не мог открыть глаза – что-то мешало, но яркий свет, что струился из прожектора, давал понять - зрение еще не утрачено: «Значит, ей все-таки удалось».
- Операция прошла успешно! – Голос бодрый, но все равно какой-то уставший. – Саске-кун, я бы все-таки попросила тебя побыть в госпитале это время.
Опять она за свое. Он не собирался тут торчать, чтобы за ним присматривали, как за младенцем. Даже ничего не видя, он прекрасно ориентировался в пространстве – это были основы, которым учил Орочимару – найти дорогу даже в кромешной тьме, всегда быть на шаг вперед, не давать врагу преимущества, быть готовым потерять способность видеть в самой критической ситуации и при этом не потерять уверенность в своих действиях.
- Нет. – Короткий ответ, и Сакура набрала побольше воздуха в легкие, готовясь спорить. – Я уже принял решение.
Сдулась, как воздушный шарик. Острый слух стал еще лучше оттого, что глаза в полной темноте. Вот зашуршали волосы, значит, снова ерошит, не зная, что делать, сжались кулаки – злится. Плевать. Он здесь не останется и точка.
- Ладно. Но до вечера ты все равно останешься в больнице. Повязку можно будет снять уже через три часа, а пока ты посидишь в палате. И это не обсуждается, Саске-кун. – Погрозила пальцем. Он был уверен на все сто процентов, что именно это она сейчас и сделала. Вчера Сакура только погремушку не вручила, повторяя, чтобы он не тренировался все время до операции, как будто заботливая мамаша объясняла бестолковому ребенку, что совать пальцы в розетку - нехорошо. И вот опять. Хотелось послать все к чертям и уйти - так к нему не относились со дня смерти родителей. Но такой поступок и будет означать, что он все еще ребенок.
Сакура хотела взять парня за руку, чтобы проводить, но он опередил ее, поднявшись самостоятельно и уверенно направившись к двери, обходя препятствия. Девушка в очередной раз поразилась его мастерству, с легким разочарованием понимая, что ей до такого еще далеко. С закрытыми глазами она, скорее всего, не сможет и метра пройти, не споткнувшись.
Палата была недалеко – совсем рядом с операционной. Ино уже давно все подготовила, она же и ассистировала подруге, когда Саске отключился под действием наркоза.
- Саске-кун, побудь здесь. Если хочешь, можешь поспать, но через три часа я приду с лекарством и сниму повязку. До этого момента не прикасайся к ней. Понял?
- Да. – Бесит. За кого его держат?
Снова одернула юбку. За эти недолгие секунды, пока она осматривала палату и снова пичкала своими наставлениями, это уже пятый раз. Значит, нервничает. По звуку мягких шагов можно определить расстояние от двери до окна, где девушка только что задернула занавески.
- Хорошо. Я пойду. Еще столько дел… Но вернусь через три часа. – Да хватит уже повторять это каждые пять секунд.
Ушла. По коридору гулко отдается звук удаляющихся шагов. Значит, три часа. Так долго - это слишком много для размышлений. На лице кривая усмешка от понимания иронии ситуации: его, такого могучего и сильного спасает маленькая девчонка и в половину не обладающая этой мощью. Да еще к тому же указывает, что делать. И после всего этого он должен сказать ей спасибо. Спасибо за то, что помогла, за то, что победила его упрямство и непомерную гордыню, за то, что не требовала ничего взамен.
Снова в коридоре гул: кого-то везут на операцию. Три человека везут каталку. Сакуры среди них нет, значит, оперировать будет другой врач. И опять тишина. Двери захлопнулись. Вот бегут родственники, тихо шепчутся в коридоре, наверняка, держат кулаки за своего сына, брата, отца…
Острое чувство одиночества овладело сознанием. Его никто не ждал, никто не переживал. Они все уже в могиле, его родственники, его семья. И он один, как бродячий пес, скитается по свету с такими же одинокими и никому не нужными. Он помнил их и скучал. Маленький мальчик внутри до сих пор не переставал рыдать над мертвыми телами, вспоминая материнскую улыбку и отцовскую похвалу от первой выученной техники. Он загонял эти чувства глубоко-глубоко, запирая в надежный ларец, не обращал на них внимание. Но сейчас, слушая, как за дверью родственники того несчастного, переживают, подбадривают друг друга, уверяя, что все будет хорошо, чувствовал, как эти чувства накатывают волной, сметая все барьеры, плещутся внутри, пытаются вырваться наружу через толстую корку льда.
С лица исчезла маска безразличия, зубы плотно сжались, как и кулаки. Все силы брошены на то, чтобы перебороть эту внезапную тоску и чувство собственной ненужности абсолютно никому в этом огромном мире.
- А вот и я! – Веселье в голосе, значит, за эти три часа не произошло ничего плохого. По крайней мере, для нее.
Саске резко отвернулся, возвращая привычное холодное выражение.
- Сейчас снимем повязку и закапаем капли. Ты готов, Саске-кун? – Снова эти поучительные нотки в голосе. Но сейчас он не злился - Сакура смогла отвлечь его от тяжелых размышлений, загнать их снова в тот ларец, из которого они успели выбраться. – Сядь, пожалуйста.
Он повиновался, опускаясь на стул у окна, о который все-таки споткнулся, когда метался по комнате, пытаясь избавиться от переживаний.
Сакура аккуратно разрезала повязку, разрешая открыть глаза.
- Ну как?
- Пока никаких изменений. Все нормально.
«Это хорошо. – Отметила про себя девушка, - из-за Шарингана болезнь протекала не так как у всех, и зрение не падало». Оглядела глаза, проводя по ним руками с зеленой чакрой, отмечая, что организм хорошо принял новые ткани, структуру которых она изменила, чтобы решить проблему с давлением во время использования мощных техник.
- В течение последующих трех дней я настоятельно прошу тебя не использовать Шаринган. Твой организм еще не полностью адаптировался к изменениям. Также не выходи на улицу, если солнце слишком яркое, или уже темно. Посиди в палате до вечера, когда будет не так светло…
- Нет. – Он представил: сколько времени еще придется тут торчать, слушая лепетание родственников каждого, кого повезут сегодня на операцию, и бороться с собственными кошмарами. Ни за что он не хочет тут оставаться.
- Саске-кун! Перестань каждый раз ставить мне свои условия! Я твой лечащий врач, и ты будешь делать то, что Я тебе СКАЖУ! И не спорь со мной! – Сакура пресекла в корне все возражения и с силой задрала его голову вверх. – Не моргай. Сейчас будет щипать.
Было ощущение, что в глаза попало мыло, так хотелось их потереть. Но он сдержался, а куноичи безжалостно делала свое дело, держа его веки одной рукой.
- Через три часа я снова вернусь. И не дай бог, я тебя здесь не обнаружу, Саске-кун! Запомни мои слова!
- И что же ты сделаешь? – Было действительно интересно, как она сможет его остановить, если попытается сбежать.
- Не забывай, я опытный медик. Одно неосторожное движение, и ты не сможешь ходить… - Это явно была угроза, правда, прикрытая милой улыбкой.
- Думаешь, я испугаюсь?
- Нет. Никогда не считала, что могу тебя напугать. Но вот крепко задуматься - получилось! – Сакура тихо засмеялась и вышла из палаты, плотно прикрыв за собой дверь. Все-таки парни – это большие дети. Ему просто стало интересно, выполнит ли она свою угрозу…
Девушка резко остановилась в центре коридора, чуть не столкнувшись с медсестрой. Что же она наделала? Сама же только что дала ему в руки отличный повод сбежать! «И черт меня дернул ляпнуть такое Саске-куну! Он же теперь убежит и скажет, что это я вынудила его своими нелепыми угрозами! - она резко развернулась и побежала обратно, боясь не успеть, а внутренняя Сакура уже кричала во все горло. – Дура! Для таких, как он, проигнорировать угрозу и показать, что не боится - это святое дело! Как ты его ловить будешь?» Ответа она не знала. Бегать за парнем по всей деревне она бы не стала, да и не могла – слишком много дел.
Резко открыла дверь в палату и замерла: Саске сидел на подоконнике, наблюдая за улицей через полупрозрачные занавески, и нагло ел яблоко, что предусмотрительно оставила Ино, когда готовила палату.
- Что? – Он даже не обернулся, прекрасно зная, кто это. И кто кого напугал? Он хмыкнул. Как же легко обмануть эту простофилю. Думала, что знает его, как облупленного, а просчиталась. Нет, он, конечно, не боится, что она подрежет ему ноги, пусть сначала попытается совладать. Просто и сам знал, что сейчас самое опасное время – реабилитация после операции. Если будет самовольничать, все старания пойдут насмарку, а, значит, зря он сюда пришел, просил помощи, терпел все эти издевки и нотации.
Эта маленькая месть понравилась парню: Сакура с ошалелыми глазами влетела в палату, надеясь увидеть распахнутое окно и пустое помещение, а он сидит и ест яблоко, как ни в чем не бывало.
- Да… так… - девушка чувствовала себя идиоткой и готова была провалиться на месте. Только что рассуждала о том, что парни – большие дети, а сейчас сама, как маленькая девчонка, купилась на обман. А он, явно собой доволен. Нет, конечно, его лицо все также безразлично и холодно. Однако, вид стал еще более надменен. – Никуда не выходи.
«Отвратительное чувство, когда сама себя загнала в угол. Не забыть напомнить себе, больше не играть с Саске-куном в игры разума. Это не Наруто, который все принимает за чистую монету…» - Сакура неслась по коридору. Все-таки ему удалось испортить ей настроение.

Наконец настал день проверки. Сегодня они узнают, как новые сосуды справляются с нагрузками. Сакура и Саске снова шли в лес на ту самую прекрасную поляну.
- Хочешь? – сегодня это были конфеты.
- Нет. – Девушка пожала плечами и развернула яркую обертку. Она сильно нервничала, сомневаясь в удачном исходе сегодняшних опытов. Даже великолепный вид не смог избавить от нервной тряски. Сейчас все и решится: либо Саске-кун будет ей благодарен, либо убьет на месте.
Короткий кивок, и активирован Шаринган, а светящиеся ладони плотно приложены к его вискам: «Холодные, значит, боится». Саске внутренне собрался и выпустил на свободу аматератсу. Несколько секунд и оно снова укрощено.
- Это невероятно! – Сакура была охвачена чувством такого восторга, превосходящего все разумные грани. У нее получилось! Получилось сделать все так, как надо и без чьей-либо помощи. Разработанная Тсунаде-сама методика лечения и собственные доработки привели к самому лучшему результату.
Девушка не могла унять радости. Она не отдавала себе отчет в том, что делала: сев рядом с Саске на колени, схватила его за плечи и радостно прокричала:
- Саске-кун! У нас получилось! – Не совладав с порывом чувств, Сакура обняла парня шею и звонко чмокнула в губы.
Секунда… две… на поляне вдруг повисла тишина, нарушаемая только пением птиц и шелестом травы. Девушка замерла, осознав, наконец, что только что натворила. Лицо медленно покрывалось румянцем, когда она пристально смотрела в эти черные глаза.
Саске сидел абсолютно неподвижно, обдумывая все, что случилось: больше не было той боли в глазах, когда аматератсу прекращало свое действие, мир не расплывался и не темнел. Он еще не полностью отошел от чувства удовлетворения, прислушиваясь к ощущениям, когда к нему прижались губы Сакуры: сухие и теплые. На поцелуй в том смысле, в котором он его понимал, это было похоже мало, но девушка явно смутилась, полагая, что парень подумал именно об этом.
- И…извини, Саске-кун.
- За что? – Вот оно – время расплаты за то, что пыталась приказывать и издевалась.
- Ну… За… поцелуй…
- Пфф… Ты называешь это поцелуем? - Глаза, смотревшие в землю, вдруг взметнулись вверх. В них плясали с трудом сдерживаемые искорки негодования: «Я подарила ему свой первый в жизни поцелуй! А он! Он говорит, что это ерунда?! Да как так можно?!»
- Да! Это был поцелуй!
- Пфф… глупости. – Саске стало интересно, до какого предела она может дойти в своем гневе. На что толкнет ее это чувство? Самому себе он не хотел признаваться, что было приятно. Это прикосновение было мимолетным, детским, но наполненным чистотой и невинностью. – Не умеешь, не берись.
- Что?! – Обида заполнила каждый уголок души. Никак она не ожидала такой реакции: безразличие - да, но вот издевки над ней, над ее порывом, над чувствами! Такого Сакура спустить не могла. – Сам-то, наверняка, целоваться не умеешь!
- Хочешь проверить?
- Да!
Саске не смог проигнорировать вызов. Слишком часто эта пигалица начала сомневаться в его способностях. Он этого никак не мог допустить. Девушка не отдавала отчета своим действиям: на опрометчивый поступок ее толкали собственные чувства и эмоции. Он же знал, что делает, когда приблизил ее лицо к себе. Для него это была битва, в которой нельзя было проиграть.
Сакура утонула в ощущениях, когда его теплые губы прижались к ней. Это было прекрасно, словно во сне: он провел кончиком языка по нижней губе и мягко прикусил, заставляя приоткрыться плотно сжатый рот, впустить его внутрь.
Она казалась совершенно неискушенной, не знала, что делать, но в то же время невообразимо сладкой, то ли от конфеты, что съела несколько минут назад, то ли от этой своей невинности. И Саске стал понимать, что еще немного, и не только она потеряет над собой контроль, прижимаясь к нему. Он же просто не мог оторваться, захваченный этими странными и новыми ощущениями: ее неумелость дарила совсем другие эмоции – чистые и искренние, нежели все те опытные красотки, с которыми Саске привык иметь дело.

- Вот нужно было Тсунаде-сама потребовать к себе Сакуру именно сейчас! – возмущалась Ино, пробираясь через чащу вместе с Хинатой. – Неужели еще пару часов не потерпела бы?!
- Наверное, у нее какой-то важный разговор… - вступилась за Хокаге темноволосая куноичи, отодвигая очередную ветку.
- Все. Мне надоело тут плутать. Хината, посмотри вокруг, может они где-то поблизости?
Хьюга выполнила просьбу, активировав Бьякуган и оглядывая окрестности. То, что увидела, заставило девушку замереть на месте и покрыться румянцем.
- Ну? Ты их нашла? – Ино притопывала ногой в нетерпении.
- Д…да… Но, Ино-сан… Они… там… ну.. это…
- Хината, хватит мямлить! Говори уже, что они там делают?
- Ну… это… целуются…
- ЧЕГО?! – Яманака была в шоке, не в состоянии поверить в такой поворот событий. – Я должна это видеть!
Она молниеносно исполнила печати и прежде, чем Хината успела, что-то понять, захватила сознание подруги; тело Ино неуклюже плюхнулось на траву, в ожидании своей хозяйки.
- Ну, ничего себе! А ведь и правда целуются! Никогда не думала, что Сакуре может так повезти! – увидевшие Хинату, поразились бы изменениям в девушке: вмиг исчезла скованность и робкий взгляд, а на лице сияла ехидная улыбка.
Удовлетворившая свое любопытство Яманака, вернулась в собственное тело, хватая за руку все еще смущенную Хинату, и повела ее прочь из леса.
- И… Ино-сан, а как же Пятая?..
- Ничего. Я отвлеку ее, пока наши голубки не вернутся!

Сакура все еще находилась в плену сладких ощущений, когда Саске вдруг резко отстранился, хватаясь за рукоять катаны. Он чувствовал опасность каждой клеточкой своего тела: кто-то наблюдал за ними.
Парень поднялся с земли, оглядывая окрестности, пытаясь определить местонахождение неожиданного гостя. Один лишний звук, не вписывающийся в окружающую обстановку, и он его найдет…
Внезапно, чувство беспокойства, владевшее им всего лишь минуту назад, так же неожиданно отступило. «Ушел, - мелькнуло в голове, - черт». Если это кто-то из Конохи, в чем он сильно сомневался, то о маленьком поединке скоро всем будет известно. Однако, чутье подсказывало, что за ним наблюдал враг.
- Саске-кун? – Сакура в нерешительности подняла глаза на парня, напряженно оглядывающегося по сторонам.
Он обратил взгляд на девушку, размышляя, что делать дальше: преследовать шпиона или нет? В итоге, понял, что нет смысла бегать по лесу, даже не зная, с какой стороны за ними наблюдали.
- Идем. – Она поняла, что все закончилось. Этот поцелуй был всего лишь еще одним способом доказать ей свое превосходство. И Саске победил. «Проигравший был известен с самого начала, дурочка, - надменно говорила внутренняя Сакура, - ты же совсем не умеешь целоваться!»
Они не произнесли друг другу ни слова, погрузившись каждый в свои мысли, пока не дошли до лагеря, где уже ждали Ино с ехидной улыбкой и Хината, мило зардевшаяся, только взглянув на угрюмую парочку.
- Сакура, идем! Хокаге-сама хочет с тобой поговорить. – И когда девушки уже ушли на приличное расстояние от Саске, Ино заговорщицки прошептала подруге, - А теперь расскажи-ка мне, как все было?
Сакура сразу поняла, что от этого разговора уйти не удастся, впрочем, как всегда.

46

Глава 11.
За окном сияет солнце, не обращая внимания на разруху вокруг. Перед глазами до сих пор стояли горы искореженных тел товарищей, еще живых, но испытывающих адские муки. Не всем они смогли помочь, не всех спасти. Многие погибли, многие уже никогда не смогут жить, как прежде, и следовать по пути шиноби.
Сколько всего они пережили за это короткое время, а теперь и еще одна напасть. Тсунаде крутанулась в своем кресле, возвращаясь к проблемам настоящего. Перед ней стоял боец АНБУ. Утреннее происшествие грозило им новой бойней.
- Сколько свободных джоннинов сейчас в деревне?
- Ни одного. Половина на дежурстве, а остальные на заданиях. В селении почти не осталось свободных рук не только среди джоннинов, но и среди других шиноби.
Женщина сложила руки перед собой, внимательно разглядывая каждую складочку и морщинку на коже. Сейчас необходимо было мобилизировать умелых бойцов, для решения непростой задачи. Но эта война с Акацки истощила их силы на две трети.
- Тогда оповести всех, кто свободен. Пусть немедленно соберутся у меня в кабинете.
- Даже Их? – Не нужно было объяснять, о ком были эти слова. Да, не хотела она прибегать к помощи этой команды, но, видимо, обстоятельства работают против нее.
- Да. Сейчас каждая минута на счету. Отправляйся.
- Есть!
В кабинете повисла тишина. Тяжелые размышления захватили сознание главы деревни. Сейчас они так ослаблены, что готовы использовать все средства, чтобы избежать новой войны. Еще один такой удар просто не пережить, и Коноха будет стерта с лица земли, вместе со всем, что им дорого. Тсунаде не могла позволить этому случиться. Ни за что! Не будь она хокаге! Никому не удастся навредить им!

Комната начала наполняться людьми: Первым прибежал Наруто, с горящими глазами, предвкушая новые приключения; Шикамару, позевывая, шагал следом, только что вернувшись со своего задания; Ино, Сакура и Хината дружной стайкой впорхнули в дверь о чем-то шепчась, причем Харуно все время краснела, выслушав очередное замечание своих подруг; самой последней появилась команда Саске, встав в самом дальнем углу, обособившись от остальных.
- Итак, все в сборе. – Тсунаде скептически оглядела шиноби, собравшихся в кабинете. – У меня для вас есть задание. Два часа назад было совершено нападение на архив с секретными документами. Трое шиноби охраны, увы, погибли. Вынесено несколько важных документов, в том числе личные дела членов АНБУ. Но самую большую важность имеет отчет о состоянии наших сил на данный момент. Там записано все, вплоть до точного количества дееспособных шиноби. Если эти документы попадут в руки нашим врагам, то вы и сами понимаете, чем это грозит.
- Еще одним нападением… - прошептала Хината, представив насколько чудовищными могут быть последствия.
- Да. Ваша задача вернуть эти самые документы.
- Тогда зачем так много народа на одного шпиона? – Наруто уже рвался в бой, не имея особого желания выслушивать объяснений и планов.
- Вот именно, что он не один. Группа из четырех шиноби неизвестного происхождения выкрала эти сведения. Мы не знаем, насколько они сильны, поэтому вызвали всех. Сейчас в деревне нет свободных рук, поэтому я прибегла к вашей помощи. – Тсунаде красноречиво посмотрела на Саске, давая понять, что, если бы не обстоятельства, она не за что не доверила им такую миссию. Женщина действовала на свой страх и риск, все еще неуверенная в мотивах черноглазого Учиха. – Сейчас они направляются в сторону границы. Вы должны догнать их и вернуть все документы. Командиром назначаю Шикамару. Все свободны, приступайте немедленно.

Группа шиноби толпилась у новых ворот Конохи, возведенных совсем недавно. Стена в некоторых местах была еще не совсем закончена, но уже могла выстоять первый натиск противника.
- Вот отстой. – Как обычно начал свою пламенную речь Шикамару. – Только вернулся с задания, а теперь снова. К тому же компания подобралась, прямо скажу, не из лучших.
Парень прямо посмотрел на команду Саске.
- Нет у меня желания доверять прикрывать свою спину такому, как ты. Но раз Пятая приказала, я подчинюсь. – После этих слов Ино и Хината потупили взгляды, не решаясь возразить, Сакура лишь поджала губы, а Суйгетсу хмыкнул, явно не обидевшись на такое явное оскорбление их командира.
- Шикамару, ты чего?! – Наруто не собирался молча выслушивать, как его лучшего друга поливают помоями.
- Я думаю, Саске и сам понимает, что я не считаю его ни товарищем, ни другом, Наруто. Не хочу иметь с ним вообще никаких дел, но раз уж так вышло, то мне ничего не остается. – Все это Нара сказал, пристально глядя на Учиху, который хранил ледяное спокойствие.
- Пфф… мне плевать на то, что ты думаешь.
- Может, уже перестанем ссориться? И начнем выполнять задание? – Хината робко переводила свои серые глаза с одного шиноби на другого, не желая быть участницей этого спора.
- Хината права! Хватит собачиться! Тсунаде-баа-чан на нас рассчитывает!
- Ладно, - Шикамару еще раз неодобрительно глянул на Саске, и приступил к объяснению плана, который уже успел разработать. – Так как нас слишком много, чтобы действовать незаметно, мы разобьемся на группы. Первая, я и Ино, вторая – Наруто, Сакура и Хината, ну а третья… все остальные. Движемся на расстоянии и как только обнаруживаем врага, сразу связываемся с остальными по рации. В бой без приказа не вступать. Это понятно? – На этот раз взгляд был устремлен на Наруто, внимательно слушающего командира группы.
- А что я-то сразу?
- В этой компании, только ты способен опрометчиво броситься в атаку не выяснив обстановку до конца.
- Ну, и что! Я вообще не люблю раздумывать над всякими там планами. Я достаточно силен, чтобы победить и без них! – Ино и Карин тихо засмеялись, услышав такие напыщенные слова, Сакура же врезала своему напарнику по голове, заставляя заткнуться.
- Саске, а вы с ним похожи! – Суйгетсу в порыве веселья облокотился о плечо командира, в очередной раз услышав фырканье на такое замечание. – Он тоже мнит о себе больше, чем есть на самом деле!
- Хватит препираться! – Ино, как уже давно привыкла, по-хозяйски облокотилась на своего напарника. – Командуй, шеф!
- Выступаем.
Споры и недомолвки остались позади. Сейчас главным было задание, от успеха которого зависела не только их дальнейшая жизнь, но и само существование Конохи.
Саске был рад. Как и его напарники, он не привык так долго сидеть без дела. Сейчас они идут в бой, на риск, так хорошо знакомый, заставляющий отбросить все мысли и чувства на задний план. Сейчас важен только враг, только битва. Рядом бесшумно следовали Карин и Суйгетсу. Они бы никому не признались, но азарт, что горел в их глазах, выдавал истинные чувства.
В лесу все стихло, как будто природа чувствовала: скоро здесь будет опасно.
- Саске-кун. Я чувствую чакру. Здесь кто-то есть. – Группа остановилась, спускаясь с деревьев на мягкую траву.
Он тоже чувствовал постороннее присутствие. Этот незнакомец будто намеренно давал обнаружить свое присутствие, но при этом не раскрывал местоположение. Рука мягко, почти незаметно легла на рукоять катаны. Все чувства обострились. Краем глаза Саске видел, что его напарники тоже ждут нападения, встав спинами друг к другу.
- Выходи.
Послышался тихий смех, кусты раздвинулись, и к ним вышел человек, закутанный в черный плащ, с капюшоном, скрывающим лицо.
- Как и ожидалось, Саске-сама… хотя теперь можно не притворяться. Никогда не считал тебя достойным уважения.
- И долго ты будешь преследовать меня… Кабуто? – Он был не удивлен. За эти годы очкарик, уже несколько раз пытался его убить, и каждый раз безрезультатно. Как только в их битве становилось ясно, что против Учихи медику не выстоять, он убегал, а след его терялся. – На этот раз я не собираюсь оставлять тебя в живых.
Снова истеричный смех, капюшон сброшен, и перед ними предстал Кабуто. Сейчас его лицо уже больше, чем наполовину выглядело, как у Орочимару. Саске внутренне содрогнулся, понимая, что такое могло случиться с ним самим, только в этом случае он потерял бы и свой разум. Глядя на самого верного последователя легендарного саннина, он в очередной раз убедился в правильности своего решения убить Орочимару.
- К сожалению, я не собираюсь сегодня вступать с тобой в схватку, Саске. – В дневном свете блеснули стекла очков, и хитрая улыбка расплылась по лицу, делая его еще более отвратительным, чем раньше. – У меня появилась еще одна важная цель…
Суйгетсу насторожился, начиная доставать свой меч. Он, как и Саске понял, зачем пришел этот мутант: секретные сведения о Конохе. Орочимару же хотел стереть эту деревню в порошок, а как его последователь, Кабуто, вероятно замыслил то же самое.
- Документы.
Кабуто попытался приблизиться к своем врагу, но был остановлен лезвием кусанаги, направленным прямо в сердце.
– Реакция у тебя все такая же, Саске, да и чутье не подводит… Ну что ж, оставим наши споры на потом. Мне пора на встречу.
Он снова ушел. Исчез, растворился в пространстве.
- И зачем надо было выдавать все свои планы?
- Он безумец, Карин. Слабак, надеющийся, что, вживив в себя часть Орочимару, станет сильнее.
- Саске–кун.
- Я знаю. – Сейчас они чувствовали присутствие еще кого-то. На этот раз, он хорошо спрятался, хотел скрыть сам факт своего существования в этом лесу. Слежка. Кто это был друг или враг, им не дано было узнать – таинственный наблюдатель исчез также неожиданно, как и Кабуто.
Повисла тишина, всего на несколько секунд, пока рацию не разорвало громким криком:
- Мы нашли их! Они здесь! – затем шуршание и глухой звук удара.
- Не ори, идиот! Они же нас заметят! – Сакура шипела на напарника, совсем забыв, о включенной рации.
- Наруто, укажи свое местоположение. – Шикамару выслушал сбивчивое бормотание товарища, оглашая новый приказ. - Всем собраться в обозначенном квадрате.

Хината была рада этой миссии. Пусть она и решила поменьше общаться со своим кумиром, но сейчас они вместе, в одной команде. Сегодня девушка, как никогда раньше, радовалась тому, что обладает Бьякуганом – она первая заметила воров, при этом им даже не пришлось близко подходить к месту их стоянки. Но не это послужило причиной ее сияющей улыбки – Наруто похвалил куноичи, оценив ее способности. И теперь она готова была свернуть горы, лишь бы он обратил на нее внимание, заметил и понял, что она достойна его. Благодаря способностям куноичи, им удалось обезвредить и обойти все хитроумные ловушки, а девушке заполучить еще один комплимент, как драгоценный кристалл, согревающий душу.
Шикамару уже объяснял новую стратегию, состоящую в том, чтобы обойти противника и напасть с трех сторон одновременно. Пока одна группа отвлекает, он успеет использовать театр теней.
Саске со своими напарниками затаился на дереве, ожидая сигнала.
- Если все так просто, зачем они нас послали на эту плевую миссию? – шептала Карин, наблюдая, как, казалось бы, ничего не замечающие шпионы, беспечно расселись на свободном пространстве посреди леса.
- У этих идиотов никогда ничего не идет по плану, - спокойно ответил Учиха, точно так же пристально следя за действиями врага, - сейчас сама убедишься, как все пойдет наперекосяк.
Суйгетсу усмехнулся такому объяснению, не веря в слова Саске. Он думал, что его напарник просто предвзято относится к шиноби Конохи.
Операция началась. Первыми на место битвы выскочил Наруто, теневыми клонами отвлекая на себя все внимание, когда с тыла появился Шикамару, незаметно применяя театр теней. Трое врагов были захвачены в плен этой техникой, в то время как четвертый шиноби смог увернуться в последний момент.
Миг и вся поляна окрасилась вспышками света. Клоны один за другим начали исчезать, издавая хлопающиеся звуки и покрывая местность сизым туманом. Шикамару откатился к ближайшему дереву, потеряв контроль над тенями. Напарница уже оказывала экстренную помощь командиру, парализованному разрядом электричества.
- Саске-кун, это же… прямо, как у тебя… - Карин не могла поверить глазам, наблюдая за четвертым шиноби, применившим технику, так похожую на чидори, быстрыми молниями покрывшую всю поляну.
- Не совсем.
Саске вышел из укрытия, приказав Карин и Суйгетсу оставаться на месте как резерв, для неожиданной атаки.
Катана сверкала в лучах солнца, переливаясь голубыми вспышками. Земля под ногами неожиданно задрожала, покрываясь буграми, трескаясь, доходя до вражеского шиноби, пытаясь сбить его с ног. Прыжок, и он снова ушел от атаки. Сакура стиснула кулаки от досады, сознавая, что не получилось его достать.
Хината присоединилась к Наруто, сражающимся с одним из шпионов. Враг быстро двигался, уходя от атак Узумаки, не давая перейти в ближний бой. Хината, активировала Бьякуган, сожалея, что не настолько гениальна, как ее брат Неджи. Сейчас шиноби были поглощены друг другом и не замечали присутствия куноичи, стоящей в сторонке. Это раздражало. Неужели все считают ее настолько слабой, что даже не удостаивают внимания?! Она сейчас покажет им свою силу!
Подкравшись со спины к шпиону, все свое внимание отдавшему схватке с Узумаки, Хината молниеносно наносила один удар за другим, подбрасывая шокированного врага, перекрывая потоки чакры, повреждая внутренние органы.
- Наруто-кун! Давай! – Когда шиноби потерял ориентацию в пространстве, испытав на себе шестьдесят четыре удара небес от разъяренной Хинаты, шар рассенгана окончательно добил его, отбросив в ближайшее дерево. Хрустнули кости, позвоночник был сломан, но он этого уже не почувствовал – сгусток чакры разорвал артерию, уже поврежденную дзюцу наследницы Хьюга.
Сакура, окруженная сразу двумя шиноби, готовилась к нападению, скапливая чакру в кулаках, ожидая, когда враги откроются для сокрушительного удара. Они кружили вокруг куноичи в поисках слабых мест. Один миг и оба ринулись в атаку, одновременно нападая и спереди и сзади. Девушка поняла, что избежать сразу две атаки и при том нанести удар самой, не получится, поэтому сконцентрировала все внимание на том, что атаковал в лоб, целясь кунаем в ее шею. Один удар кулаком, и враг отлетел в ближайшее дерево, сломав ствол и пролетев еще несколько метров, пока не упал, остановленный большим камнем. Он уже потерял сознание от боли в солнечном сплетении, куда била Сакура, и вряд ли смог теперь выжить с такими травмами.
В это время Ино ударом ноги сбила второго шиноби, прикрывая спину подруги.
- Ну ты и растяпа, широколобая! Ничего, как следует, сделать не можешь! – Девушки уже стояли бок о бок, в ожидании, когда их враг предпримет очередную атаку, уже оправившись от удара Яманаки.
- На себя посмотри, Ино-свинина! Не смогла с этим слабаком справиться сама!
Видя, что его напарников уже вывели из строя, четвертый шпион достал из подсумка три маленьких сферы и кинул на место битвы. Едкий сиреневый дым окутал поляну, не давая возможности увидеть хоть что-то, заставляя закашляться от вдоха едких паров.
Когда туман все же рассеялся, на месте остались только шиноби Конохи, и один шпион, которого Шикамару успел захватить театром теней в самый последний момент. Четвертого врага и Саске здесь не было.

Его преследовали, не отставая ни на шаг. Он оглядывался всякий раз, но пацан не отставал, холодно сверкая кранными глазами. Он бежал быстрее, чем кто бы то ни было, но преследователь все равно неуклонно нагонял его.
Лес уже закончился, открывая вид на город, раскинувшийся у подножия скалы. Отличное место, чтобы затеряться в толпе от этого щенка.
Он плутал между улочками, отталкивая в сторону мирно прогуливающихся жителей, маневрируя между лотками и торговцами, сворачивая с одной улицы и тут же выбегая на другую.
«Это тебе не поможет», - Саске отлично видел свою жертву, в отличие от шпиона, люди шарахались от молодого шиноби, лишь завидев обнаженный клинок и сверкающие глаза. Еще один поворот. Наконец-то этот неудачник загнал себя в тупик – со всех сторон его окружали высотные дома.
Враг был озлоблен, не знал, что делать. Чакры осталось немного, этот мальчишка смог истощить его на поляне, уклоняясь от вспышек молний, пытаясь достать его своей техникой. У него был всего один удар в запасе, чтобы поразить этого демона, всего один шанс, иначе - смерть.
Рядом, на улице, были слышны крики и разговоры горожан, смех детей и завывания торговцев, предлагающих свои самые лучшие товары. Позади Саске была оживленная улица с множеством людей, спешащих по своим делам. Маленький мальчик бежал с ярким шариком в руке, задорно смеясь, не слушая маму, пытающуюся унять беспокойного ребенка.
Шпион хищно осклабился, наконец, увидев этот самый последний шанс, быстро складывая печати и выпуская разряд молний прямо в Саске. Выбора не было: мальчишка за спиной, не подозревающий об опасности и все также смеющийся не переживет такого удара. Уклониться, и ребенок погибнет, принять удар на себя - возможно, погибнуть самому. Решение принято, и глаза снова замерцали красным пламенем.
Он не понял, что случилось. Только что был в городе, а сейчас уже стоит на узком выступе, а там внизу острые колья скал. Одно неверное движение - он потерял равновесие и сорвался вниз. Камни проткнули плоть, принося нечеловеческие муки. Смерть. И он снова на выступе, снова один взмах руки и падение, боль и смерть. Опять на вершине, падение, страдание и смерть. Все вертеться в бесконечном цикле, не давая избавление израненному телу и душе.
Враг сполз по стенке, падая на мостовую, как мешок картошки - гендзюцу подействовало. Саске оперся о каменную стену, прижимаю руку к груди, обожженной ударом молнии. Легкие сдавило, но он смог подойти к лежащему без чувств шиноби, шатаясь из стороны в сторону. Несколько сломанных ребер, сдавливали диафрагму, не давая вздохнуть. Из-под рубашки безымянного шпиона торчал конверт, тот самый, за которым охотился Кабуто, который они должны были добыть любой ценой.
- Неудачник, - хмыкнул парень, заметив фигуру в черном плаще, отделяющуюся от толпы и направляющуюся к нему.
- Саске-кун! Где ты?! – взволнованный голос Сакуры, разрывал наушник, заставляя поморщиться от болезненных ощущений.
- В городе. Пакет у меня.
- Саске! Ты чего там делаешь?! – Еще один крик. Только голос вездесущего Наруто был еще хуже, чем звуковая атака розоволосой куноичи.
Ответа не последовало. Кабуто уже подходил к парню, приподнимая черный капюшон, готовясь закончить начатое шпионом.
Неожиданно из толпы выскочила Сакура, не замечая темную фигуру последователя Орочимару. Следом за ней, бежали и все остальные шиноби Конохи. Карин и Суйгетсу плелись в хвосте, уверенные в том, что с их командиром ничего не могло случиться.
Кабуто, увидев подкрепление, растворился в толпе, сверкнув на прощанье, стеклами очков.
Харуно сразу же начала залечивать раны Саске. Она так сильно волновалась, боясь взглянуть ему в глаза, не зная, как вести себя после того странного поцелуя в лесу, что руки мелко подрагивали. Учиха протянул пакет Шикамару, не замечая волнения девушки, обратив все внимание к скептически настроенному парню. Они долго смотрели друг на друга, не произнеся ни слова, пока командир отряда все-таки не принял секретные документы из рук шиноби. Между ними установилось некоторое понимание и молчаливое согласие о перемирии.
- Отправляемся обратно. – Короткий приказ заставил надуть губы Ино.
- Шикамару, подожди! Мы же выполнили задание? Давайте останемся здесь, всего на одну ночь!
- Нет. Мы должны как можно раньше прибыть в Коноху. Мне еще отчет составлять.
- Да ладно тебе, - махнула рукой куноичи. – Днем раньше, днем позже. Ничего же не произойдет. Задание мы выполнили. Дай нам расслабиться, поспать на нормальных постелях, сходить в душ. Господи, я даже слово такое забыла! Неужели ты не хочешь, наконец, помыться в горячей воде, а Шикамару?
Предложение было слишком заманчивым, чтобы такой лентяй мог от него отказаться. Вся женская половина радостно завизжала, выслушивая новый приказ, а парни только картинно закатывали глаза, удивляясь их детскому восторгу.
- Я, наконец, нормально вымою волосы! Мы даже можем сходить в баню, девочки! – Ино схватила подруг под руки, готовая покинуть товарищей.
Карин молча наблюдала за девичьим энтузиазмом, завидуя их непосредственности. Она давно не была в женском обществе, а эти девчонки даже не замечали ее, направляясь прочь.
- Постой, Ино-сан, - Хината отделилась от компании, обращаясь к красноволосой куноичи, угрюмо стоящей рядом со своими напарниками. – Карин-сан, пойдем с нами…
- Вот еще! Не пойду я никуда с такими соплячками!
- Никто и не хочет тебя с собой звать! Просто Хината у нас слишком добрая. Пойдемте девочки! – Ино уже отвернулась, уверенная, что юная Хьюга отказалась от своей идеи позвать нахалку с собой.
- Это неправильно, Ино-сан. Девушки должны держаться вместе! Карин-сан, пойдем с нами, будет весело, вот увидишь!
- Иди давай и не выпендривайся, - хохотнул Суйгетсу, толкая напарницу в плечо.
- Заткнись, селедка! – Карин обратила свои глаза к Саске, стоящему в стороне. Он лишь еле заметно кивнул, давая разрешение, и девушка, все-таки присоединилась к компании куноичи, надменно задирая нос, но в тайне наслаждаясь женским обществом.

Глава 12. Знак шиноби

Она лежала на кровати, наслаждаясь мягкостью постели и свежестью простыней. Как давно тело не испытывало такого комфорта… Мокрые волосы блестели в свете лампы, разнося по комнате аромат луговых цветов. Сакура зажмурилась от удовольствия, обнимая белую подушку. Взгляд восхищенно обводил простенький номер в отеле, радуясь даже таким признакам цивилизации. Сегодня куноичи устроили себе маленький праздник: сходили в баню и ресторан, а потом лежали в одной комнате, сплетничая обо всем на свете, пока напряженность прошедшего дня не взяла свое, сморив девушек.
Рядом, на узких кроватях, сопели уставшие, но довольные подруги. Глаза слипались, но сон, как назло, так и не приходил. Мысли снова и снова вертелись вокруг того злосчастного поцелуя. Сакура устало вздохнула и перевернулась на другой бок, пытаясь отогнать воспоминания, вернуться в реальность. Для Саске эта была просто ничего не значащая игра, девушка была в этом уверена. Но сердце упорно твердило, что раз так вышло, то у нее есть шанс превратить эту игру во что-то большее. Снова вздох. Ну, что за глупости! За столько лет никто не смог возродить в этом шиноби какие бы то ни было сильные чувства, кроме всепоглощающей ненависти, так почему вдруг взбрело в голову, что у нее получиться?
«- Все это бред полнейший! Он только снова втопчет меня в грязь своим ледяным презрением!
- Да с чего ты взяла?! – твердила внутренняя Сакура, не переставая удивляться пессимизму своей второй половины. – Нет ничего невозможного в этом мире! Неделю назад мы были уверены, что он даже внимание на нас никогда не обратит, а тут поцеловал! Разве мы смели на такое надеяться?
- Нет, конечно, но…
- Вот видишь! Ты просто трусишь, Харуно Сакура, вот и все!
- Ничего я не трушу!»
Разозленная спором с собственным «Я», девушка поднялась с постели, натягивая одежду. Она решила подышать свежим воздухом в саду, рядом с отелем. Просто необходимо привести спутанные мысли в порядок.
Ночь выдалась теплая, напоенная сладкими ароматами цветов. Звезды ярко сияли на черном небосводе, охраняя покой горожан. Здесь было тихо: птицы уже давно спали, чтобы утром разбудить постояльцев своим веселым чириканьем, и только сверчки изредка стрекотали в мягкой траве.
Ствол дерева, вид которого Сакура не могла определить из-за темноты, окутавшей сад, был шершавым, слегка царапая кожу голого плеча. Мимо пролетел светлячок, мерцая во мраке ярким брюшком. Вспомнилось, как они с Ино в детстве ловили этих насекомых, убегая по ночам из дома. Тогда им было лет пять – маленькие девчонки, не думающие ни о чем, просто счастливые в своих детских грезах. Но все дети вырастают, вот и они тоже… Сакура все еще помнила того мальчика, который поступал вместе с ней в академию шиноби. В тот день он улыбался так счастливо и искренне, сверкал черными глазами, как и все они в восхищении рассматривал школу, в которой предстояло учиться. Тогда, она впервые влюбилась… А потом… счастливая улыбка исчезла, а в глазах поселился холод. Но девушка до сих пор любила его, проклиная себя за глупую надежду. После таких трагедий, какая случилась с ним, мало кто снова может доверять людям и открыть свое сердце.
Странный звук заставил вздрогнуть и посмотреть наверх. Там, на толстой ветке сидел пленитель ее дум, точно так же, как она мгновение назад, всматривался в звездное небо, ломая тонкую веточку. Наверное, именно этот хруст и привлек ее внимание. «И долго он тут?» - Сакура размышляла, как поступить: уйти, притворяясь, что не заметила, или все-таки начать разговор?
- Тоже не спится? – победило любопытство. Что же заставило его сидеть на дереве посреди ночи, а не спать, как все остальные?
Саске ничего не ответил, мельком взглянув на девушку, смотрящую на него снизу вверх. Он с самого начала знал о ее присутствии, но сидел тихо, ожидая, когда она уйдет и оставит его наедине со своими мыслями. Размышления настолько поглотили сознание, что парень и сам не заметил, как оторвал маленькую веточку и неосторожно начал ломать в руке, поняв, что обнаружен, только после того, как девушка окликнула его.
- Нет.
Сакура посчитала это приглашением к беседе, и уже хотела задать следующий вопрос, как неожиданно вспомнила.
- Саске-кун, спустись, пожалуйста. У меня для тебя сюрприз! – Он все также сидел на ветке, даже не шелохнувшись, - Ну же! Тебе понравится!
Видимо от него не отстанут, пока не выполнит просьбы и не получит этот «сюрприз». Пришлось спуститься, холодно глядя на улыбающуюся Сакуру. И чего ей надо?
- Закрой глаза. – Ну, что за детский сад? Ладно, чем быстрее все это закончится, тем скорее она уйдет и оставит его, наконец, в покое.
Он смежил веки, слыша копошение, чувствуя запах чистых волос, когда девушка плотнее приблизилась к нему и… что-то холодное коснулось лба. Саске открыл глаза, столкнувшись с озадаченным лицом куноичи, которая старательно повязывала бандану на его голове, закусив губу, в попытке дотянуться до затылка.
Сакура не ожидала, что это будет так сложно. Парень был высок, на целую голову выше Наруто и на полторы ее. Чтобы надеть повязку, пришлось прижаться к нему всем телом. Он открыл глаза, до того, как девушка справилась со своей задачей, вызвав у нее яркий румянец на щеках. Было очень приятно стоять вот так близко к нему, почти обнимать. Так хотелось замереть, как статуя, и никогда не выходить из этого положения. Льдинки в глазах Саске заставляли краснеть еще сильнее: «Даже самый жгучий взгляд никогда не смущал меня так, как эти бесчувственные стекляшки».
Узел завязан и, с легким вздохом разочарования Сакура отступила на шаг. Осталось изобразить улыбку:
- Это от Тсунаде-сама! Она просила передать всей команде протекторы. Теперь ты официально снова шиноби Конохи! Правда, здорово?
По реакции нельзя было определить, что парень был счастлив, потому что ее просто не было. Он также молча стоял у дерева, буравя девушку холодным взглядом.
Первым порывом было снять бандану с головы и отшвырнуть подальше. Саске до сих пор не простил им того, что случилось с его кланом. И то, что старейшины уже погибли, их совсем не извиняло. Этот знак на протекторе был символом их вероломства. Они просто не захотели марать свои руки в крови и послали Итачи. Они были виноваты во всем, а теперь делают ему «честь», возвращая ненавистную бандану, полагая, что он лицемерно примет этот знак и, как эти ничего не знающие простаки, будет гордо носить.
Сакура в шоке наблюдала, как рука парня поднялась вверх, пытаясь сорвать повязку.
- Нет, подожди, Саске-кун! – девушка остановила его, хватая за ладонь. – Зачем ты ее снимаешь?
- Мне не нужны никакие знаки отличия. И титул принадлежности к слабакам тоже не нужен.
- Ты не прав! Банданы носят все шиноби! От геннинов до хокаге! Ты же помнишь, как нас учили в академии! Это не просто повязка! Это знак того, что ты ниндзя, способный защитить себя и своих друзей! Она олицетворяет твою силу!
- Все это детские сказки. Только неудачники цепляются за эту ерунду. Если ты слаб, даже эта железка не поможет.
- Эта бандана – символ того, что ты достоин называться шиноби!
- Мне без разницы, как меня будут называть. Главное, что я знаю, кем являюсь.
- Да! Ты надменный, гордый и упрямый осел, Саске-кун!
- И это мне говорит мелкая неудачница.
- Я… я не неудачница! Я, между прочим, такой же шиноби!
- Не сравнивай меня с собой. Я не такой, как ты. - Он злился на самого себя, не понимая, что вообще тут делает, выслушивая оскорбления от этой занозы.
- Да, я не такая, как ты! У меня нет секретных боевых техник и тому подобного! И я не способна бросить друзей и уйти черти знает куда! И я не могу называть их слабаками при каждой встрече! – Никто из них уже не помнил, как от общего разговор перешел на личности. Сакура просто пылала праведным гневом, высказывая все то, что накопилось в душе за столько лет, чувствовала, как сейчас разрыдается и будет себя за это ненавидеть всю оставшуюся жизнь. Не хотела она показывать, насколько этот человек ее до сих пор волнует.
Он видел, как блеснули ее глаза в лунном свете. Саске не был намерен видеть очередную истерику, прекрасно зная, что рыдания куноичи могут переполошить весь отель и тогда ему точно уже не получится провести несколько часов с самим собой. Они просто всей толпой накинутся на него, обвиняя во всех смертных грехах. Срочно нужно было что-то сделать, лишь бы она забыла эту глупую идею. Он сказал то, что точно должно было отвлечь девушку от ненужных мыслей, приправив слова большой порцией презрения:
- Да и целоваться ты тоже не умеешь, - нужный эффект был достигнут: слезы, уже готовые пролиться, мгновенно высохли. Однако Саске никак не ожидал, что это высказывание вызовет такую бурю эмоций.
Ярость достигла предела, выплескиваясь через край чаши терпения. Сакура прожигала глазами надменного шиноби, так бестактно высмеивающего ее. Гнев помог отбросить все сомнения, заставляя вплотную приблизиться к парню и схватить его за ворот рубашки.
- Думаю, я смогу доказать обратное! – Теперь была ее очередь, отстаивать свою оскорбленную честь, впиваясь в его губы, сложенные в презрительную усмешку. Воспоминания были еще слишком свежи, чтобы можно было забыть такое, и Сакура просто повторяла все, что делал парень на поляне.
Саске отмечал про себя, что она быстро учится. Его забавлял этот странный поцелуй: обычно женщины томно вешались ему на шею, желая получить удовольствие, а не кидались в гневе, чтобы доказать свою состоятельность. Именно это, такое непривычное чувство непохожести и странности заставило поддаться девичьему призыву, чтобы узнать, что будет дальше.
Все негодование быстро таяло, под палящим солнцем ярких эмоций и ощущений, когда Саске ответил на поцелуй, слегка приобняв ее. Руки Сакуры будто сами разжали воротник рубашки и обвились вокруг его шеи, теснее прижимаясь к крепкому телу.
«Слишком быстро все закончилось!» - пронеслось у нее в голове, когда Саске оторвался от нежных губ.
- Еще… - Слова вырвались сами собой, а все еще бурлящие эмоции не давали Сакуре прийти в себя, толкая прильнуть к парню и требовать нового поцелуя.
Саске снова поразился быстроте ее изменчивости: только что девушка чуть ли не плакала от обиды, потом резко сменила настроение, метая гром и молнии, разыгрывая оскорбленную невинность, а теперь уже прижимается к нему. И сейчас Сакура была ласковой, страстной, любой, только не грозной фурией, что явилась минуту назад.
Он неохотно признался самому себе, что не так уж и неприятно чувствовать в руках ее мягкое тело, ощущать округлую грудь, прижимающуюся к нему, и сладкие губы с привкусом очередной конфеты, что девушка слопала, пока стояла в задумчивости под деревом. Саске не любил сладкое, но этот приторный вкус вкупе с нежным ртом, нравился куда больше самого изысканного блюда.
Сакура уже потеряла контроль над своими мыслями, выпихнув доводы рассудка за дверь. Сейчас ей владели только эти потрясающие чувства, которые хотелось пить, как сладостный нектар, не останавливаясь.
- Еще, - снова ее тихий шепот, после прервавшегося поцелуя, и он опять не отказал, прислушиваясь к собственным ощущениям, сознавая, что рад настойчивости девушки.
- Не понимаю я, чего Саске нашел в вашей команде.?! Рыбомен и грубая истеричка, помешанная на нем. Мы с Сакурой-чан куда лучше! – Из окна номера на первом этаже, который занимала мужская половина шиноби, высунулся Наруто, пристально вглядываясь в темноту сада. – И где его носит? Эй! Саске!
Не дождавшись ответа, Узумаки ловко перепрыгнул подоконник с намерением отыскать друга, задерживающегося с прогулкой.
- Саске! Ты где?! Эй! Саске! Урод! Отвечай! Ты чего там, оглох что ли?!
- Не ори, идиот. Весь отель перебудишь своими воплями. – Суйгетсу прислонился к откосу, наблюдая за беготней паренька с фонарем в руках, обследующего каждый уголок сада.
Голос неугомонного Наруто, раздавшийся в темноте, словно тревожный звон колоколов, заставил Сакуру стремительно вернуться с небес на грешную землю, больно ударяясь о камни стыда и страха. Она распахнула свои зеленые глаза, в темноте казавшиеся такими же черными, как и у парня, что прижимал ее к себе. Девушка резко отстранилась, вспыхнув от смущения, радуясь, что в ночной мгле этого не заметно. Голос напарника раздался еще ближе, когда он звал Саске, и она запаниковала, боясь быть застигнутой на месте преступления. Кинув, на своего сообщника затравленный взгляд, Сакура молниеносно скрылась, обходя отель с той стороны, где, как ей казалось, не могло быть вездесущего Наруто.
Вопли продолжались, и несколько окон на всех трех этажах открывались: людям было интересно, что за придурок орет посреди ночи, не давая им спать. Потирая заспанные глаза, из своего номера выглянула старушка, вздрагивая от ночной прохлады и кутаясь в шерстяную накидку, рядом, пытаясь подпрыгнуть и увидеть, что случилось, стояла ее маленькая внучка, недостающая до подоконника.
Суйгетсу с интересом наблюдал из окна, как этот безумец носится по саду в поисках Саске. Шикамару только устало потирал глаза, лежа на неразобранной кровати и, представляя сколько придется завтра извиняться за опрометчивые поступки своего товарища.
Учиха вышел из темноты и прошел мимо Наруто, будто того и вовсе не было, и он не орал тут секунду назад. И точно также, как несколькими часами ранее запрыгнул в окно номера, все также не обращая внимание на взбешенного Узумаки, идущего следом.
Когда парень повернулся лицом к своим товарищам, в комнате воцарилась мертвенная тишина. Секунда, и взрыв хохота со стороны Суйгетсу, разнесся по гостинице, заставляя и так уже потревоженных постояльцев, в очередной раз подпрыгнуть на своих кроватях от неожиданной звуковой атаки.
- С этим… ха-ха… ты выглядишь еще напыщеннее! – парень, наконец, отошел от приступа смеха, указывая пальцем на лоб командира. – Где ты ее взял, Саске?
«Черт, с этой девчонкой и ее приставаниями, я совсем забыл об этой дурацкой бандане». - Рука инстинктивно поднялась, касаясь холодной металлической пластины с выгравированным гербом Конохи.
Наруто глупо улыбался, не в состоянии поверить в случившееся. Для него, все детство прожившего в одиночестве, под злыми и неодобрительными взглядами односельчан, этот протектор значил очень многое. В нем было и признание его как человека, достойного называться шиноби, символом дружбы, началом новой жизни, где его окружали любящие люди, ради которых он горы мог свернуть. Когда-то Саске отказался от всего, что олицетворяла эта повязка, бросив ее Наруто на прощанье. И сейчас, видя, на лбу друга этот знак он чувствовал, что теперь все будет по-другому, намного лучше, чем то, что было прежде.
- Вот теперь мы равны!
- Пфф… даже эта бесполезная железяка не сделает тебя равным мне.
- Неправда! Я не слабее тебя, Саске! И вообще, я имел в виду, что теперь ты достоин моей дружбы! – Суйгетсу в очередной раз покатился со смеху, хватаясь за живот.
- У меня нет друзей. – Глядя на своего напарника, загибающегося в припадке истерического хохота, Саске кинул рядом с ним на кровать такой же протектор – Сакура успела на прощанье всучить ему вторую бандану. Видимо, Карин она такую уже отдала.
- И где ты их достал? – вытирая слезы, спросил Суйгетсу, скептически вертя в руках знак деревни. – Давно я такого не носил… И зачем только нужна эта ерунда?
- Просто надевай и не препирайся, - Шикамару уже достали эти споры. Так хотелось закрыть, наконец, глаза и поспать. Два задания подряд и всего два часа сна в перерыве его вконец измотали, а тут еще эти идиоты устроили разборки из-за какой-то чепухи.
- Ну так, где ты их взял? – уже в третий раз задал свой вопрос Суйгетсу.
- Да! Действительно? У тебя же их не было, когда ты выходил в сад!
Шикамару надел на голову подушку, пытаясь скрыться от громкого товарища, но и тут его требовательный голос достиг слуха, не давая погрузиться в сладкий сон.
- От Сакуры, - Саске решил, что лучше сразу ответить, иначе эти двое всю ночь будут его пытать своими воплями, пока не сознается. Да и что, собственно, скрывать? Девчонка, наверняка, сама завтра всем расскажет.
- Молодец, Сакура-чан! – Наруто улыбнулся во весь рот, поражаясь догадливости девушки, когда подозрения заставили выражение лица измениться: брови насупились, и глаза недоверчиво покосились на друга. – Постой… а что она делала в саду посреди ночи? Они же сказали, что пойдут спать!
- Да заткнетесь вы или нет, наконец?! Завтра будете разбираться, кто, куда и зачем ходил! – Шикамару в гневе, треснул кулаком по стене, вызвав ответную реакцию в соседнем номере, откуда стала доноситься ругань и удары по бетонной перегородке, призывающие заткнуться неугомонную молодежь и дать нормально поспать людям. – Вот отстой! Из-за вас, придурки, нас больше никогда в эту гостиницу не пустят! Ложитесь уже спать!
Наруто, по обыкновению, покидал свою одежду кучей на пол, рядом с кроватью и залез под одеяло с твердым намерением завтра же выяснить у напарницы все обстоятельства ее ночной встречи с Саске. Он ревновал, хотя прекрасно понимал, что не имеет на это никакого права: они всегда были только друзьями и даже пара свиданий, больше похожих на прогулки брата и сестры, не могла изменить этот факт. Признание уже несколько раз готово было сорваться с его губ, но каждый раз, словно бетонная стена вырастала в горле, и слова просто бились об нее, не находя выхода. Сакура всегда была добра, заботилась, иногда могла надавать тумаков, но он сам был виноват… И все же, в ее зеленых глазах при взгляде на парня никогда не зажигалась искра, в них не было даже тени того чувства, которое она когда-то испытывала к Саске, хотя сама призналась, что это была только детская влюбленность, давно испарившаяся. Наруто надеялся, что когда-нибудь девушка и на него посмотрит непросто как на друга, но тут вернулся Он. Взгляд неосознанно обратился к молчаливому другу, аккуратно складывающему оружие и одежду на стул. Бандана была снята последней, точно также аккуратно положена поверх всей стопки.
Радость от возвращения друга нельзя было описать словами, но одновременно с ней возвращались и все остальные чувства: желание соперничества и так давно забытая ревность. Сколько раз Наруто просто мечтал оказаться на его месте, чтобы Сакура ему признавалась в любви, смотрела на него, как на кумира… Она говорила, что чувства прошли, но тогда почему за все это время, девушка так и не решилась встречаться с кем-то другим? Хотя бы с ним? «Я не урод и не слабак. Я готов на все, чтобы Сакура-чан была счастлива, но для нее я всего лишь друг. Почему? Неужели все дело в Саске? Сакура-чан, он ведь холодный ублюдок, каких еще поискать надо! Зачем он тебе?!» - с этой мыслью Наруто и уснул, погрузившись в тягучую пучину счастливых грез, где он и Сакура были вместе.

47

Глава 13.
Утро предупредило о своем наступлении не солнечными лучами, как обычно, а черными тучами, тяжелым свинцом нависающими над миром. Они закрыли своими пышными телами солнце, не давая свету пробиться сквозь гущу. В воздухе пахло озоном. Скоро гроза. И хотя все об этом знали, первая вспышка была неожиданной. Жители в страхе прятались по домам, кутаясь в стеганные одеяла, желая отгородиться от гнева природы. Белые молнии в окружении красного ореола врезались в землю, раскалывая пополам небо, издающее стоны боли раскатами грома. Мелкие капли дождя, начинающие крапать на мостовую, вмиг превратились в стену ливня, закрывая обзор потоками воды, стекающими по пыльным крышам, разбиваясь о мощеную дорогу, барабаня по окнам.
Сакура всю ночь не смыкала глаз, и вовсе не разбушевавшаяся стихия была тому причиной. Столько всего произошло за эти короткие сутки, что даже не верилось. Ну как, как она могла наброситься на Саске-куна с поцелуями?
«- Стыд-то какой! – девушка накрывалась одеялом с головой, лишь только вспомнив смущающую сцену, когда под грузом эмоций шептала это проклятое «еще». – И как теперь я ему в глаза посмотрю?
- Ты молодец! Доказала, что тоже не лыком шита! Так держать! – Вторая Сакура, как всегда находила в любой ситуации положительные моменты, желая подбодрить сестру.
- Что же мне теперь делать?! Это ужасно! Саске-кун теперь будет считать, что я опять ему надоедаю!»
Куноичи просыпались, сладко потягиваясь на мягких постелях, вспоминая события минувшего дня: Хината сверкала счастливой улыбкой, захваленная Наруто, признавшего в девушке мастерство шиноби; Ино просто радовалась признакам цивилизации, довольная посещением бани и рестораном; Карин же тайком ото всех наслаждалась истинно женскими разговорами, секретами, сплетнями, хоть сама задирала нос, говоря, что не опустится до уровня этих глупых девиц. И лишь одна Сакура чувствовала себя разбитой после всего случившегося, не зная, как теперь вести себя рядом с Саске.

Завтрак, как ни странно, проходил в очень тихой обстановке. В зале, примыкающей к гостинице, располагался ресторан, с множеством перегородок, отделяющих столы друг от друга, чтобы гости чувствовали себя комфортно в уединении. Стулья заменяли широкие лавки, на столах сверкали белизной скатерти, и издавали чудные ароматы вазы со свежесрезанными цветами. Стены радовали глаз бледно-желтыми обоями с крупными оранжевыми цветами. Большие окна от пола до потолка, всегда пропускавшие свет, сейчас казались обратной стороной водопада, со стекающей по стеклам водой от дождя.
Сакура сидела, опустив лицо к тарелке, молча поглощая пищу, ни на кого не глядя. Лицо пылало румянцем, и она боялась поднять глаза, потому что рядом сидел Саске. И как только они оказали на соседних местах? Хотя, один быстрый взгляд на хитро улыбающуюся Ино все сразу прояснял.
Утро предупредило о своем наступлении не солнечными лучами, как обычно, а черными тучами, тяжелым свинцом нависающими над миром. Они закрыли своими пышными телами солнце, не давая свету пробиться сквозь гущу. В воздухе пахло озоном. Скоро гроза. И хотя все об этом знали, первая вспышка была неожиданной. Жители в страхе прятались по домам, кутаясь в стеганные одеяла, желая отгородиться от гнева природы. Белые молнии в окружении красного ореола врезались в землю, раскалывая пополам небо, издающее стоны боли раскатами грома. Мелкие капли дождя, начинающие крапать на мостовую, вмиг превратились в стену ливня, закрывая обзор потоками воды, стекающими по пыльным крышам, разбиваясь о мощеную дорогу, барабаня по окнам.
Сакура всю ночь не смыкала глаз, и вовсе не разбушевавшаяся стихия была тому причиной. Столько всего произошло за эти короткие сутки, что даже не верилось. Ну как, как она могла наброситься на Саске-куна с поцелуями?
«- Стыд-то какой! – девушка накрывалась одеялом с головой, лишь только вспомнив смущающую сцену, когда под грузом эмоций шептала это проклятое «еще». – И как теперь я ему в глаза посмотрю?
- Ты молодец! Доказала, что тоже не лыком шита! Так держать! – Вторая Сакура, как всегда находила в любой ситуации положительные моменты, желая подбодрить сестру.
- Что же мне теперь делать?! Это ужасно! Саске-кун теперь будет считать, что я опять ему надоедаю!»
Куноичи просыпались, сладко потягиваясь на мягких постелях, вспоминая события минувшего дня: Хината сверкала счастливой улыбкой, захваленная Наруто, признавшего в девушке мастерство шиноби; Ино просто радовалась признакам цивилизации, довольная посещением бани и рестораном; Карин же тайком ото всех наслаждалась истинно женскими разговорами, секретами, сплетнями, хоть сама задирала нос, говоря, что не опустится до уровня этих глупых девиц. И лишь одна Сакура чувствовала себя разбитой после всего случившегося, не зная, как теперь вести себя рядом с Саске.

Завтрак, как ни странно, проходил в очень тихой обстановке. В зале, примыкающей к гостинице, располагался ресторан, с множеством перегородок, отделяющих столы друг от друга, чтобы гости чувствовали себя комфортно в уединении. Стулья заменяли широкие лавки, на столах сверкали белизной скатерти, и издавали чудные ароматы вазы со свежесрезанными цветами. Стены радовали глаз бледно-желтыми обоями с крупными оранжевыми цветами. Большие окна от пола до потолка, всегда пропускавшие свет, сейчас казались обратной стороной водопада, со стекающей по стеклам водой от дождя.
Сакура сидела, опустив лицо к тарелке, молча поглощая пищу, ни на кого не глядя. Лицо пылало румянцем, и она боялась поднять глаза, потому что рядом сидел Саске. И как только они оказали на соседних местах? Хотя, один быстрый взгляд на хитро улыбающуюся Ино все сразу прояснял.
Он, по обыкновению, не обращал внимания на окружающих, занятый собственными раздумьями. Голова упиралась в сцепленные руки, стоящие локтями на столе – правила приличия его сейчас мало волновали. Серая сталь протектора холодила ладони. И как только уговорили ее надеть? Неизвестно. Саске просто отмахнулся от товарищей, завязав на затылке узел, лишь бы отстали и не мешали думать. Нужно было срочно расставить все по своим местам, разложить все мысли по полочкам, не оставив ни одного черного пятна неизвестности. Сегодняшняя ночь выбила его из привычной колеи, по которой он шел не сворачивая, и вовсе не поцелуй маленькой, вредной куноичи был тому причиной, хотя ее вина в этом была, бесспорно. Кошмары мучили парня каждый раз, как только закрывал глаза. Он уже привык к ним, стало обыденным просыпаться среди ночи в холодном поту от страшных картин прошлого. Но сегодня произошло нечто пострашнее. Кошмар совсем иного рода захватил разум. Перед глазами на простынях металась розоволосая бестия, изгибаясь под его ласками и поцелуями, стонала от удовольствия, билась в конвульсиях экстаза.
Он одернул себя, злясь, что вообще думает об этом. Когда в последний раз ему снились сны эротического содержания? Да никогда. Все ночи были заполнены кошмарами, а тут такое… Взгляд бессознательно обратился к фигуре девушки, съежившейся рядом, на лавке, сжимающей руки на коленях: «Да быть того не может. Реальность и сон - совсем разные вещи».
Наруто недоумевал: как так получилось, что он сидит рядом с Хинатой, а не Сакурой-чан? Эти двое, напротив, источали почти осязаемую черную ауру смущения и раздражения. Что же такого произошло в этом проклятом саду, раз они так себя ведут с утра пораньше? Рамен оставался нетронутым, что было удивительно и показывало, насколько парень озадачен этим вопросом.
- Сакура-чан, - девушка встрепенулась, обрадованная тем, что сейчас ее напарник разрядит обстановку всеобщего напряженного молчания какой-нибудь глупостью, – а что ты вчера ночью делала в саду?
Ино удивленно вскинула брови. Она и не знала, что подруга вчера выходила из комнаты и утром ничего не сказала. Яркая краска на лице Сакуры, когда та бросила мимолетный взгляд на своего соседа и то, как она быстро опустила лицо обратно к своей тарелке, пискнув что-то нечленораздельное, свидетельствовали, что произошло что-то интересное.
- Это тебя не касается. – Она нагрубила Наруто, но никак не могла ответить по-другому. Сакура не собиралась выдавать всем здесь присутствующим все пикантные подробности занимательного разговора.
- Саске? – голубой взгляд вопрошающе обратился к мрачному парню. – Так что случилось?
- Не твое дело.
Такой ответ заставил Наруто насторожиться еще больше. Что они такого там делали, что не могут рассказать? Что скрывают? Брови сошлись на переносице. Незаметно, по чуть-чуть, но все менялось. Сакура уже не соглашалась ходить даже на такие невинные свидания. В душе клокотало негодование. Хотелось взять за грудки Саске и вытрясти из него всю правду о том, что же произошло в саду, но не было уверенности, что даже избитый, если, конечно, удастся это сделать, Саске скажет хоть слово. А про Сакуру и думать нечего, если она решила молчать, то так оно и будет, пока девушка сама не решит иначе. Кулаки сжимались от бессилия. Наруто чувствовал неладное. Между этими двумя, безусловно, что-то есть - это ощущалось даже на расстоянии.
Завтрак окончен, и шиноби, поглощенные своими нелегкими думами, морщась от холодных капель, посылая проклятья на разразившуюся бурю, двинулись в сторону родной деревни.

Глава 14. "Новый капитан"
Временный полигон был похож на предыдущий только одним – тремя столбами, к которым привязывали выпускников академии, не сдавших пробное испытание. Все остальное пространство было завалено песком, торчащими пеньками и грудой камней, на которой сейчас сидела команда шиноби. По их прибытии в деревню сегодня днем, Тсунаде сообщила, что, наконец, назначила им капитана.
И теперь они сидели на полигоне в ожидании. Вся эта ситуация напоминала историю с Какаши. Где черти носят этого командира? Не может выбрать, что надеть: зеленый жилет или зеленый жилет?
Дождь давно кончился, оставив после себя серые лужи, в которых отражались мрачные тучи, не спешащие покидать небосвод и выпускать солнце из своей клетки. Сильный ветер рвал листву с ближайших деревьев, унося ее с собой, заставляя кружиться и падать на землю, в темные озерца, мгновенно теряя к ней интерес.
Настроение было под стать погоде: такое же мрачное. Саске из подлобья наблюдал за игрой ветра с листьями, пытаясь отбросить ненужные мысли и раздражаясь оттого, что этот таинственный капитан до сих пор не появился, заставляя их ждать на ледяном ветру. Так хотелось побыть в одиночестве, но сейчас он должен торчать тут со своей командой. Карин скакала вокруг, размахивая банданой, не зная, куда ее прицепить.
- Саске-кун, как ты думаешь, где она будут лучше всего смотреться? Я уже везде ее надевала, но никак не могу выбрать…
- Так уж и везде? И на задницу прикладывала? Там бы она была как раз к месту, - съязвил Суйгетсу, нагло ухмыляясь, когда получил очередной убийственный взгляд и красочный эпитет.
- Заткнись, {censored}. Саске-кун, может быть здесь? – Она встала прямо перед парнем, с банданой на бедре.
- Без разницы.
Губы капризно надулись, когда он не обратил на нее ни малейшего внимания. Девушка обошла груду камней и кинулась на шею своему кумиру, прижимаясь грудью к спине.
- Ну, Саске-кун, чего ты такой мрачный?..
- Я смотрю, детки развлекаются, - незнакомый голос, прозвучавший раздавшийся вблизи команды, заставил шиноби мгновенно насторожиться.
Следом, с дерева спрыгнул ниндзя, встав прямо перед ними. Карин восхищенно смотрела на этого таинственного мужчину прямо перед собой, а Суйгетсу лишь хмыкнул, отмечая напыщенность незнакомца.
Саске не был удивлен, предполагая такой поворот, но не думал, что Тсунаде будет играть в открытую. Перед ними стоял не обычный шиноби в зеленом жилете, как они предполагали с самого начала, а боец АНБУ в своей стандартной форме, состоящей из черного костюма, серого легкого жилета и причудливой белой маски в виде зверушки.
- Ладно, опустим приветствия и перейдем сразу к делу. Я ваш новый капитан. – Маска снята, и глаза цвета грозового неба уставились на Саске. Намек был понят – все полномочия он забирал.
Карин поежилась, поразившись, насколько взгляд этого шиноби походил на Саске – такой же ледяной и бесчувственный. И сейчас они смотрели только друг на друга, как в бесподвижной схватке – кто окажется более холодным, тот и победил.
- Все АНБУ опаздывают? Эта деревня пала еще ниже, чем я предполагал. – Саске не собирался молча смотреть на ущемление собственных прав.
- Думаю, бессмысленно скрывать свою должность. – Им не доверяли, и хорошо давали это понять.
Карин решила, что ошиблась в первый раз. Она уже не восхищалась этим человеком – теперь весь его облик вызывал в ней совсем иное чувство – недоверие и раздражение. Все в нем было ей противно: пшеничного цвета волосы, прямые пряди которых были собраны в низкий хвост и высокие скулы, и прямой острый нос, и тонкие губы, вытянутые в прямую линию без какого-либо намека на улыбку. Суйгетсу лишь напрягся, вставая рядом с Саске: «Никогда не думал, что встречу на этом свете человека еще поганей, чем Учиха. Но из этого самонадеянность так и прет».
- И как нам называть командира? – язвительно заметил парень, выделяя последнее слово, которое сейчас звучало как оскорбление.
- Тай. Вам этого хватит. Думаю, обойдемся без суффиксов и приставок. Главное, что вам нужно уяснить в своей голове – Я командир, и только МОИ приказы имеют вес. – Произнося все это, он неотрывно смотрел на Саске, обращаясь в первую очередь именно к нему. – Это понятно?
Суйгетсу и Карин заскрежетали зубами от обиды, еще плотнее обступая своего напарника, несознательно принимая боевую стойку. Этот человек напротив, внушал некоторое беспокойство, заставляя обостриться все чувства, как перед боем. Тай заметил то напряжение, будто перед схваткой, которое натянулось, как струна, между ним и командой шиноби. Только Саске был абсолютно спокоен, не реагируя на провокации. В принципе, он этого и ожидал.
- Думаю, поняли. А теперь к делу. Мы получили задание, собственно, из-за него я и задержался. Выходим немедленно.
- Но… - Карин в замешательстве развела руками, не ожидая такого поворота событий. – Мне еще собраться надо…
- Твои побрякушки тебе не понадобятся. Никаких сборов. Берите только то, что есть сейчас с собой. Мы и так безнадежно отстали от графика. И еще, Учиха, где твой протектор?
Он давно снял его, не зная, на чем выместить свое негодование по поводу ненужных мыслей и снов. Сейчас бандана лежала в кармане.
- Мне он не нужен.
- Придется надеть. Нам предстоит выйти за пределы страны Огня.
Такое сообщение еще больше повергло в шок, и так уже изрядно удивленную Карин. Это задание явно продлиться не один день, а этот напыщенный мужик даже не дает возможности собрать вещи в дорогу.
- Я слишком сложно объясняю, Учиха? Надевай бандану. – В его черных глазах не отразилось ни одного чувства, но Тай знал, что сейчас чувствует этот парень – он злится. Его притесняют, как командира, заставляют подчиняться, совершенно не считаясь с его мнением. Никто уже несколько лет не отдавал ему таких конкретных приказов, не пытался контролировать его действия, естественно, что парень уже ненавидит своего начальника, но никто и не собирался с ним церемониться. Этому мальчишке придется усмирить свою гордость. – Считай это первым приказом своего командира.
Внутри он скрежетал зубами, но ни за что не показал бы этого при всех. Пришлось снова завязать ненавистный узел на затылке. С этим жестом Саске и Тай объявили друг другу молчаливую войну. Кто останется победителем, они не знали, но аура неприязни, что витала вокруг этих людей, заставила Карин и Суйгетсу переглянуться и неслышно согласиться, что это задание будет для них самым настоящим испытанием воли – двоих отморозков им вряд ли удастся выдержать.
В руках очередной диагноз, в голове – каша от обилия информации. Весь стол завален документами, которые нужно разобрать, причем все срочно, безотлагательно. Она уже погрязла в этих проклятых бумажках, а времени оставалось все меньше и меньше. И кто в этом был виноват? Только сама. Сакура отдавала себе отчет в том, что халтурила все эти три недели, которые заполнялись только мыслями о Саске и о том, как ему помочь. Но опасность миновала, а работы прибавлялось с каждым часом все больше и больше.
Саске был на задании, вот уже десять дней. Она знала это точно, потому что каждое утро, как заводная смотрела на календарь, отмеряя дни, когда не видела его. В душе жил страх: а вдруг все повторится снова, и он уйдет, оставит их, следуя своим, только ему известным планам. Нет! Не будет этого! Саске-кун всего лишь на задании со своей командой. Все будет хорошо, он вернется, обязательно вернется! А пока…
- Чертовы бумажки! Да когда ж они кончатся?!
Ино тихо посмеивалась, сидя на стуле. Она сейчас была свободна и решила помочь подруге разгребать документы, заполнившие весь стол.
- Кстати, сегодня ведь праздник намечается. Ты пойдешь?
- Не знаю. Если успею разгрести эти завалы… Черт, ну кто ж пишет так? Как курица лапой! Ничего не понятно! - Сакура не особо жаждала пойти на это празднество, что было сегодня. Она очень устала. Хотя не это было истинной причиной. Больше всего заботил вопрос: вернется ли Саске сегодня?
- Никаких «не знаю». Ты идешь и точка! И не надо делать такое лицо. Тебе просто нужно развеяться. Совсем свихнулась со своим Саске. Только о нем и думаешь.
- Я не виновата! Просто так получилось!
- Да-да, и когда целоваться к нему полезла, то тоже не была виновата…
- Он меня спровоцировал! – Сакура все эти дни думала о своем поступке. Покрываясь румянцем стыда, но все-таки приняла решение, что виной всему были его обидные слова.
- Вот что все мужчины называют женской логикой! В любой ситуации найти причину своей невинности в происходящем! Молодец, подруга! Я за тебя! А на праздник все равно придется прийти, а то так и закиснешь тут у окна в ожидании своего Саске.
- Да не мой он, сколько раз повторять?! – Сакура бы и рада была сказать, что этот парень принадлежит ей и только ей, но ведь он вряд ли согласится с этим.
- Ну, это только дело времени! Сначала поцелуй, потом постель и так по нарастающей! – Ино уже откровенно смеялась, видя пунцовое лицо подруги.
- Я… Я не собираюсь спать с ним!
- Да что ты? А чем вы тогда заниматься будете? Цветочки собирать?
- Ино-свинья! Ты мне сейчас Сая напоминаешь, все мысли только об одном! И вообще, два поцелуя ничего не значат, с чего ты вдруг взяла, что Саске-кун чего-то там захочет?!
- Дурочка ты. Это в тринадцать лет они может быть, ничего бы и не значили.
- А ты откуда знаешь? Настолько искушенная в этих делах? – Сакура не смогла удержаться от язвительного замечания, не зная, как ответить на слова подруги.
- Нет. Просто, в отличие от тебя, я разбираюсь в мужчинах. – Ино говорила это с таким видом, будто была на другой ступени эволюции, снисходительно махая рукой более низшим существам.
- Все! ничего не хочу больше слушать! Иди отсюда и не мешай мне работать!
Ино мило улыбнулась и выпорхнула из кабинета, снова оставляя свою подругу в сомнениях, которые мешали работать.
- Черт! Да когда же это кончится!?

48

Их чувства. Глава 15-16



В вечернем зареве четыре фигуры пересекли ворота Конохи. Они вернулись с этого ужасного задания, которое всем показалось кошмаром по разным причинам. Суйгетсу и Карин просто разрывались между двумя упрямцами. С одной стороны они должны были слушать приказы командира Тая, а с другой был Саске – тот, кому они подчинялись слишком долго, чтобы игнорировать его мнение. Эти двое тянули одеяло каждый на себя, как мальчишки соревнуясь по любому поводу. Только их соревнования отличались исключительно играми разума и ледяными взглядами, перебрасываемыми друг другу.
И, наконец, все это закончилось.
- Блин, эти идиоты только и могут, что нос кверху задирать, а всю работу нам приходилось делать, - ворчал Суйгетсу, потирая шею, когда они с Карин остались одни, а их командиры разошлись по своим делам, – еще одно такое задание я не переживу.
Впервые Карин была согласна с напарником и не желала прибить его хоть за одно плохое слово о «милом Саске-куне». Этот тур поход, как они с Суйгетсу окрестили задание, дался для девушки труднее, чем для всех остальных. Никакой одежды, средств личной гигиены и вообще хотя бы минутки в одиночестве, чтобы элементарно поплескаться в речке и смыть с себя дорожную пыль. Все эти десять дней на них была одна и та же форма, и теперь не удивительно, что люди на улице с отвращением отводят глаза от этой парочки.
- Мои волосы превратились в сосульки. Столько грязи на них никогда не было… Срочно нужно помыться, иначе я просто умру.
- Могу составить компанию, - хохотнул Суйгетсу, увертываясь от кулака, целившего прямо в его челюсть, - могу спинку потереть.
- Отвали, суши недоделанная, ты меня не интересуешь.
- А ты не интересуешь Саске. – Девушка на это только фыркнула, гордо вскинув голову и направляясь к своей палатке с твердой решимостью убить надоедливого напарника в следующий раз.
Этот кошмар наяву завершился. Саске стоял на берегу, с отвращением сбрасывая грязную пропитанную потом, землей и травой одежду. Теперь ее оставалось только выкинуть, вряд ли все это можно отчистить.
Видимо, целью этого задания было уничтожить их волю, иначе, с чего бы этот Тай так над ними издевался? Любое слово воспринималось в штыки, любое предложение отвергалось. Он желал железной дисциплины, но не учел того факта, что они команда, которую собрал он – Саске и в первую очередь учитывается его мнение, а не непонятно что из себя представляющего мужика.
Они спорили. Много спорили, хотя со стороны это было больше похоже на обычный разговор – ни одного крика, никто не повышал голоса, но от каждого слова веяло таким холодом, что мороз шел по коже.
Он не собирался заводить здесь врагов, но отчетливо понимал, что если не прийти к какому-то решению, Тай будет первым, кого он возненавидит, после старейшин. И без слов было понятно, что этот человек специально выматывал их все эти десять дней, не дал возможности собрать все самое необходимое в дорогу, давал на отдых слишком мало времени. В итоге они ели переставляли ноги, но ни за что бы в этом не признались. Не на тех напал. Во всем этом радовало только одно – самому Таю тоже пришлось нелегко.
Искупавшись в холодной воде, он снова почувствовал себя человеком. Путь до палатки не занял много времени. Улица была странно оживленной. Люди сновали туда-сюда, смеялись больше обычного, ему даже кто-то улыбнулся по дороге, а не злобно посмотрел в след.
- Что тут происходит? – Все-таки покоя и одиночества ему явно сегодня не светило.
На стуле сидела Карин, сверкая белозубой улыбкой с его чистой рубашкой в обнимку. Суйгетсу примостился на спальнике.
- Как меняет людей принятая ванна, - удовлетворенно вздохнула девушка, все также прижимая к груди одежду Саске, крутя головой с только что вымытыми волосами - Саске-кун, ты со мной согласен?
- Сегодня какой-то праздник, и мы решили присоединиться к всеобщему веселью. Идешь?
Так вот, что за оживление на улице. Парень демонстративно прошел внутрь палатки, кидая кусанаги на подушку, рядом с Суйгетсу.
- Нет.
- Ой, ну, Саске-кун, идем! Надо отпраздновать то, что этот мужик от нас отстал! – Карин схватила парня за руку и потащила к выходу, уверенная, что он не откажется. – Тебе не помешает развеяться.
- Ладно.
Развеяться действительно не мешало бы, хотя эта толпа на улице не слишком радовала. Саске молча шел позади напарников, не перестающих обменивающихся оскорблениями. Он расслабился. Впервые за эти десять дней не нужно было искать подвоха в словах и поступках другого человека. Напряженность медленно спадала, оставляя после себя чувство удовлетворения, что не уступил.
Все вокруг было похоже на фестиваль, как в большом городе. Множество палаток с едой и напитками, с различными безделушками. Всюду мерцали разноцветные фанарики, освещая улицу, наполняя душу всеобщим весельем. Люди прогуливались между рядами, в поисках развлечений и сладостей. Дети подбегали к родителям, хвастая трофеями, выигранными в тире, масками зверушек, подражая бойцам АНБУ.
Торговцы зазывали прохожих, предлагая отведать их блюда, купить красивую заколку ручной работы или попробовать свои силы в различных состязаниях.
Маленький бар с тремя стульями привлек внимание команды своей пустотой и уединенностью. Продавец напитков хитро улыбался шиноби, ставя на стойку стаканы. Что-то в этом мужчине сильно не понравилось Саске, то ли наглая улыбка, которой он одарил его, то ли странный внешний вид, но пить здесь расхотелось. Однако Суйгетсу и Карин во всю уговаривали его попробовать напиток. Почему разум начисто отвергает эту идею, и слегка зеленоватая жидкость кажется такой отвратительной и опасной на вид, почему интуиция кричит во все горло: «Не пей!»? Ладно, всего один глоток. Только один: «Гадость какая». Горькая жидкость разлилась в желудке, моментально вызвав болезненный спазм: «Что это такое?» Перед глазами все поплыло, словно он снова теряет зрение. Но причина явно была не в этом, а в том самом горьком пойле, что предложил ему ехидный торговец. И почему только он чувствует себя отвратительно, а Суйгетсу и Карин все также пьют и едят?
- Я… пойду… - ноги плохо слушаются его, но нужно срочно добраться до палатки.
Она успела. Почти вся работа была закончена, и можно было смело расслабиться и насладиться праздником. Сакура уже видела фигуры Ино, Хинаты и Тен-тен у палатки с украшениями, когда из какого-то бара вышел Саске: «Он вернулся!» - но радостная мысль быстро испарилась уступив место тревоге. Движения парня были странными - он как будто шатался из стороны в сторону, хватаясь за голову.
Она подбежала к нему, не веря глазам:
- Саске-кун, ты что, пьян?
- Нет. – Речь была четкой и внятной, да и взгляд незамутнен. Что же тогда с ним произошло? Он просто еле стоял на ногах, того и гляди – упадет.
- Обопрись на меня, я помогу добраться.
- Не нужно.
- Нужно! Ты посмотри на себя! Сейчас свалишься посередине улицы! – Она его больше не слушала, лучше уж игнорировать упрямство этого парня и все делать без спроса.
Рука, переброшенная на шею, показалась очень тяжелой еще по тому, что Саске всем телом навалился на девушку, теряя равновесие. Ему было плохо. Так он себя еще никогда не чувствовал: ноги, как деревянные, не хотели подчиняться, руки онемели, а в голову как будто вату вместо мозгов положили. Парень кое-как разбирал все, что говорила Сакура, ведя его в палатку. Желудок бунтовал, грозя выпихнуть наружу все скудное содержимое их ужина.
- Черт, - он не смог сдержаться, не дойдя буквально несколько шагов до дома. Его вывернуло наизнанку прямо перед входом: «Хорошо, что хотя бы темно, и никто этого не видит». Только Сакура была свидетелем его позора. Но ничего кроме сострадания и желания помочь она в этот момент не испытывала.
Девушка помогла ему подняться и зайти в палатку, укладывая на спальник. Стакан воды не принес облегчения, только вновь заставил желудок гневаться. Но в этот раз парню удалось сдержать его натиск, сцепив зубы и кулаки.
Он уже не чувствовал ног, и руки постепенно немели.
- Что случилось, Саске-кун, расскажи мне! – Сакура с ошалелыми глазами сидела рядом, лихорадочно соображая, как ему помочь.
- Не… знаю… яд… наверное… - этот торговец стоял перед глазами. Наверняка, этот гад и подсыпал что-то в его стакан. Только зачем ему это, да и откуда он мог знать, что именно сюда его команда придет пить?
При слове «яд» девушка напряглась. Кто мог отравить его? Конечно, недругов было полно – почти вся деревня, но никто из них ни за что не пошел бы на такой низкий шаг. Отравление – это серьезное преступление, к тому же, Саске официально приняли в шиноби Конохи.
- Что ты сейчас чувствуешь? – Она видела, что ему трудно говорить – лоб покрылся мелкими каплями пота, когда он пытался бороться с собой и своим организмом, но по-другому было нельзя, иначе помощь ему может уже не понадобиться.
- Тошнит… Ноги онемели… и руки, голова кружится…
Что же это за яд-то такой? Сакура не помнила ни одного с такими симптомами. Были те, что нарушали моторику организма, медленно разрушали клетки, но чтобы такое? Многие яды действовали мгновенно, убивая жертву, но этот был с таким расчетом, чтобы человек помучился перед смертью.
«Хорошо, что аптечку я всегда с собой ношу», - Сакура похвалила себя, что никогда не снимает с пояса подсумок с самыми необходимыми материалами. Между бинтами и таблетками, лежали маленькие бутылочки с противоядием, но все они были к самым известным разновидностям ядов. Немного поколебавшись, она все-таки достала маленькую пробирку с лекарством, которое изобрела сама.
- Похоже, Саске-кун, тебе на роду написано первому пробовать мои разработки, - шутка вышла скомканной и вялой. Он не слышал девушку, зажмуривая глаза, не в состоянии справляться с тошнотой. – Тебе нужно это выпить.
Сыворотка выводила все сторонние вещества из организма, из тканей и из крови. Испытания на крысах прошли успешно, но вот на людях Сакура ее еще не пробовала применять. Времени прошло довольно много, и она поняла, что яд успел распространиться по телу, использовать дзюцу нет смысла, да и времени – вся надежда на эту коричневую жидкость. «Только бы получилось!» - Она придерживала голову Саске, вливая в его рот маслянистое лекарство.
Сакура моментально начала действовать. Нужно срочно раздеть его, вещества выходят через пот и рвоту. «Господи помоги, я краснею! И это в такой момент во мне просыпается смущение! Я столько раз видела голых мужчин! Но… но ведь это Саске-кун!» - и все-таки она продолжала свое занятие, все больше и больше покрываясь краской стыда, с каждой снятой деталью одежды. Нужно было обтирать парня холодной водой, смывая весь «вредный пот» - как называла девушка испарения после принятия этой сыворотки.
- Неужели получилось? Я гений. – Через десять минут Сакура накрыла Саске простыней, сев рядом и прислушиваясь к его неровному дыханию.
Сыворотка подействовала как надо, вот только она еще не знала, какие у нее пост эффекты. У крыс она вызывала слуховые и зрительные галлюцинации, заставляя животных трястись от страха при малейшем шорохе и нападать друг на друга.
Она надеялась, что Саске-кун не захочет ее убить, когда очнется.
«Где я? И почему голова, как ватная? Почему все, как в тумане? Я сплю? Кто здесь? Кто касается моего лба? Она. Значит, я действительно сплю. Зачем ты приходишь ко мне по ночам? Почему не оставляешь в покое? Сколько раз все это должно повториться?»
- Саске-кун, ты меня слышишь? – Сакура тихо коснулась его лба губами, проверяя температуру. Все нормально. Он уже очнулся.
«Что она говорит? Опять предлагает себя, как каждый раз, когда является ко мне? Я всегда пытаюсь проснуться, я не желаю видеть этот сон. Но не сегодня. Раз ты этого так хочешь, я исполню твое желание, и тогда ты оставишь меня в покое».
Она не успела среагировать, когда Саске схватил ее за запястье и, не удержав равновесие, как мешок с зерном, плюхнулась поперек парня.
- Саске-кун? – она испугалась. Запястье болело, когда он сжал его и дернул Сакуру на себя, так что девушка оказалась, лежащей на нем. Один взгляд в его черные, затуманенные глаза дал понять, что он под властью галлюцинаций, которых она так боялась. – Саске-кун. Все в порядке. Успокойся. Я не враг.
Она ошибочно приняла его действия за желание убить и просчиталась. Еще мгновение, и они поменялись местами – теперь уже он нависал над девушкой, прижимая ее руки к спальнику.
«Я знаю. Тебе нравится все, что я делаю. Только поэтому ты приходишь почти каждую ночь. И сейчас ты отвечаешь на мой поцелуй, снова, как всегда. Но мне не скучно с тобой. Почему? Ты ничего не умеешь, ты только требуешь, но мне это нравится. Сегодня ты получишь все сполна».
Сакура не ожидала, что парень ее поцелует. И все было совсем не так, как в прошлые два раза – целовал ее яростно, почти до боли сминая мягкие губы, не принимая никакого сопротивления.
- Сас.. ке-кун… что…что ты делаешь? – Он не слышал ее, припадая к шее, проводя языком по бьющейся жилке, слегка покусывая кожу.
«Ты хочешь этого. Я вижу. Ты опять выгибаешься всем телом мне навстречу. Но почему я тоже хочу тебя? Что в тебе такого? Ты просто девчонка из прошлого. Я не хочу воспринимать тебя иначе, не хочу, чтобы все, что здесь происходит, стало настоящим. Но тогда почему я сам так тянусь к тебе? Почему так манит твоя невинность?»
Зеленые глаза испуганно расширились, когда затрещала молния, и ее рубашка распахнулась, открывая черное кружево.
- Нет! Саске-кун, перестань, пожалуйста! – она попыталась вырваться, но не смогла. Застежка щелкнула, освобождая грудь девушки. Слезы наворачивались на глаза от бессилия – не хотела она такого. Сейчас он в плену иллюзий, представляет себе какую-нибудь красотку. И пусть ей нравится, то, что он делает, но она хочет, чтобы он видел ее, а не какую-то мифическую женщину. Слезы еще сильнее полились из глаз, рыдания сдавили горло. – Не надо!
Сакура, почему ты? – «Почему ты приходишь ко мне во сне? Почему я хочу касаться твоей груди и видеть, как ты выгибаешься навстречу моей ладони? Почему мне нужно слышать, как прерывается твое дыхание? Почему необходимо чувствовать, как ты сжимаешь мою голову, пытаясь прижать ближе? Почему?»
Слезы моментально высохли, когда она услышала свое имя, еле уловимо слетевшее с его губ. Так значит, ее он представляет в своей грезе! Не красотку с пышными формами, а ее, большелобую Сакуру. Такое облегчение накатило на тело, вмиг расслабились руки, обвившиеся вокруг его шеи. Она сдалась его натиску, зная, что не смогла бы возжелать большего. И плевать на то, что утром говорила подруге, раз Саске действительно хочет ее.
Губы обхватили сосок, нежно сдавив и потянув. Сакура вздохнула, не веря в то, что чувствует. Она столько книг прочитала об этом. Медицинские справочники, конечно, нельзя было назвать отличным руководителем по сексу, но Тсунаде-сама настаивала на их изучении. Девушка считала себя подкованной в этом вопросе лучше многих, ведь досконально знала, что происходит, что чувствуют при этом мужчины и женщины. Она отмахивалась от любовных романов, которые ей пыталась подсунуть Ино – все, что там описывалось, было неправдой, потому что шло вразрез с наукой. Но ведь сейчас она чувствует именно то, что эти девицы из романов! Как такое могло получиться? Так не бывает!
Но Сакура таяла от одного прикосновения, когда грубая ладонь, с задубевшей от тяжелых тренировок кожей, обхватила нежную грудь, шершавыми пальцами поглаживая соски. Рука прошлась по ноге, с намерением развязать юбку и скинуть шорты.
Девушка не знала, что нужно делать и лишь обнимала его, гладила спину, ощущая игру мышц под пальцами.
Рука потянулась к животу, поглаживая бархат кожи, спускаясь все ниже.
- Нет, - она снова испугалась, хватая его за локоть, пытаясь остановить движения, но он не слышал ее, продолжая путь, касаясь самого нежного места.
Она всхлипнула, прижимаясь теснее к ладони, что дарила такие сладкие до боли ощущения.
«Ты снова льстишься ко мне, требуешь ласки, как кошка. Но я тоже не каменный, я тоже хочу получить удовольствие, которое ты получаешь каждый раз, когда приходишь. Я хочу этого сейчас, немедленно. Я же вижу, ты тоже ждешь, когда я решусь. Ты уже раздвинула ноги, готовая на все. Я не собираюсь откладывать все это на потом. Сейчас».
Сакура до крови прикусила губу, когда боль в один миг разбила все эти восхитительные эмоции, которые окружали ее всего секунду назад. Она была к этому готова, знала, что именно так и будет, но ведь испытать эту боль наяву не то же самое, что прочитать о ней в книге.
«Что это? Откуда? Ты никогда не была невинной, когда приходила ко мне. Почему сейчас все переменилось? Ты снова удивила. Я смогу исправить свою ошибку, и ты снова будешь метаться от удовольствия, как всегда».
Снова поцелуй, и Сакура тонет в забвении, ласкает ее шею, и боль постепенно забывается, гладит упругую грудь, и неприятные ощущения исчезают совсем. Он медленно начинает двигаться, не переставая целовать ее, вынуждая повторять его движения, ловить ускоряющийся ритм, чтобы достичь того мучительного наслаждения, что растекается по всему телу с огромной скоростью.
- Сас..ке… - «Почему, мое имя, сорвавшееся с твоих губ в этот момент, приносит такое удовлетворение? Почему осознание того, что только меня ты жаждешь с такой силой, что приходишь снова и снова, так радует меня? Я убил все сторонние чувства уже давно, но ты… ты доказала, что я обманывал сам себя… и ты знаешь, о чем я думаю, ты ведь моя фантазия, только плод моего воображения. Это несправедливо! Ты уже бьешься в экстазе, и я не заставлю тебя долго ждать».
В палатке было жарко, она вся покрылась потом, смешавшимся с его. Саске уже спал. И не мудрено, он ведь и был в отключке все это время, считая, что она ненастоящая. Сакура игриво водила пальчиками по его мерно вздымающейся груди. Идти никуда не хотелось, и она положила голову ему на плечо, потирая заспанные глаза: «Что же будет, когда ты проснешься и поймешь, что все это случилось на самом деле?»
Утро было немилосердно к нему. Еле продрав глаза, Саске, шатаясь, побрел к стулу, на котором стоял кувшин с водой. Во рту как будто кошки нагадили. Вчера Сакура снова его спасла. Кажется, это уже стало входить в привычку. Да еще опять этот глупый сон… Пора бы с этим заканчивать.
Обратная дорога к спальнику принесла довольно много интересных фактов: глаза постоянно натыкались на разбросанную одежду, комом валяющуюся по всей палатке. Не мог он так беспечно отнестись к собственным вещам. А это что? Шорты? Откуда? Детали женского белья точно так же вызвали много вопросов и подозрений, но последним ударом стала красная рубашка с белым кругом на спине. Интуиция забила тревогу, ноги как будто приросли к полу, а шея задеревенела, не желая поворачиваться и открывать вид на спальник, откуда уже отчетливо слышалось шуршание и тихий вздох. Но он должен был убедиться в правоте своих домыслов.
«Нет. Нет. Нет и нет», - в происходящее просто не верилось. Это был обман. Кто-то применил на нем гендзюцу, а он даже не заметил. Не могло этого случиться на самом деле – это же был всего на всего сон – такой же, как и всегда, который он, кстати, помнил только отрывками.
Саске не успел совладать с эмоциями, когда удивление и шок пробились через толстую корку самообладания, преображая лицо: глаза расширились, и рот приоткрылся, принося с собой понимание всего произошедшего.
Сбив в сторону простыню, на животе, со сжатым кулаком на подушке, мирно посапывала Сакура, разметав волосы в разные стороны. Лицо с порозовевшими щеками и поднятые брови придавали ей смешной и детский вид. И только распластанная на матрасе фигура с плавными изгибами подтверждала, что она уже давно не ребенок.
Он не знал, сколько простоял вот так, пялясь на нее, не в состояние поверить в происходящее, но все-таки сумел, наконец, взять чувства под контроль. Первым делом одеться – не самая легкая задача, когда руки так трясет. Теперь медленно и бесшумно подойти к спальнику, по привычке присесть на корточки, как будто исследуя следы, оставленные здесь врагом. Собственно, так оно и было – вчера он сам себе стал врагом, поддавшись искушению. И теперь яркое доказательство этого его преступления маленьким пятном алело на простыне.
- Черт, - Вот куда завело его это безрассудство. Еще одно подтверждение того, что стоит только выпустить жизнь из-под контроля, и все пойдет не так. Он переспал с этой девчонкой и к тому же еще не помнит и половины того, что делал: «Черт!» Нет. Нельзя делать ту же ошибку снова и поддаваться эмоциям. Куда делась его хваленая холодность? Только разум, свободный от переживаний и чувств, способен трезво оценить ситуацию и принять правильное решение: «Черт!» Как здесь оценить ситуацию на холодный ум? Только вчера ты думал, что справишься с наваждением, а уже сегодня это самое наваждение превратилось в реальную проблему, от которой так просто не отмахнешься.
Сакура потянулась во сне, переворачиваясь на бок, предоставляя парню возможность рассмотреть ее нагое тело. Конечно, она не была идеалом красоты с длинными стройными ногами и точеной фигурой, но для Саске это никогда и не было важно. Он просто никогда особо не смотрел на женщин, в его жизни были куда более важные цели, чем праздное созерцание красоты и поиски развлечений.
Девушка снова пошевелилась, вздрогнули ресницы, сбрасывая сон. Затуманенный разум еще не соображал, оглядывая непривычную обстановку вокруг. Глаза блуждали по палатке, отмечая зеленые брезентовые стены, и разбросанные по полу вещи, пока не наткнулись на пару босых ног в непосредственной близости от спальника.
Вчерашние воспоминания, как лавина, неожиданно посыпались на голову, унося прочь спокойствие и умиротворение. Сердце бешено заколотилось в груди, испуганной птицей забилось о ребра. Сакура резко села, дрожащими руками прижимая к груди простыню. Лицо да и все тело покрылось красными пятнами смущения – она боялась, боялась взглянуть на человека напротив. Что он подумает, что скажет? «Крепись! Он, наверняка, в шоке от случившегося», - собраться с духом и поднять голову, встретившись с черным стеклом, таким же ледяным и завораживающим, как всегда.
- Д…доброе утро… ха-ха… С… Сас… ке-кун! – улыбка получилась жалкой и неестественной. Девушка не знала, куда ей деваться от этого холодного взгляда, казалось, что еще секунда, и он просто задушит ее. Она совсем не понимала, почему страх так сильно сковал ее, когда Саске был совершенно спокоен, как всегда, с безразличной маской на лице, расслабленным телом, просто молчаливо наблюдал за всеми ее метаниями и манипуляциями, подмечая нервозность и смущение.
- Что ты здесь делаешь? – это был глупый вопрос. Настолько глупый, что он сам себе поразился: неужели разум все еще отказывается признавать, что вчерашний сон на самом деле им не являлся?
- А ты не помнишь? – Сакуре было жутко обидно. Надеялась, что воспоминания о вчерашнем останутся в памяти парня, пусть он и будет думать, что это всего лишь разыгравшаяся фантазия. Но вот того, что Саске совершенно забудет обо всем, - никак не предполагала. Она-то помнила все до мелочей, каждый вздох, каждое прикосновение, каждое слово, его поцелуи до сих пор горели на нежной коже, не знавшей до этого мужской ласки, а он еще спрашивает, что она тут делает? – Того, что ты вчера сделал?
Вряд ли Сакура могла предположить, что такой ее ответ не просто не обрадует Саске, но и еще вселит в него отвращение к самому себе. «Того, что ты вчера сделал?» - к горлу подкатила тошнота. Он не предполагал, что способен на такое, даже находясь в невменяемом состоянии, переспать с девушкой – это еще кое-как мог понять, но чтобы такое?!
- Сделал… - как эхо, повторил Саске ее последнее слово, представляя душераздирающую картину собственного унижения: «Насколько низко я опустился вчера? Изнасилование – это уже не просто соблазнение глупой девчонки».
Парень прикрыл глаза, надеясь, что его самообладание не подвело и не показало, насколько сейчас он зол на самого себя.
- Почему ты меня не остановила?
- Думаешь, я не пыталась? – еще один нож в спину самому себе. Как он мог не понять, насколько глубоко погрузился в свои иллюзии, что не заметил очевидного?
- И все-таки ты слабачка…
Из всех вариантов, которые она вчера успела перебрать за все то время, что наблюдала за спящим Саске, меньше всего рассчитывала на то, что их разговор перейдет на физические способности.
- При чем тут это?
- Если не смогла справиться, когда я был в таком состоянии… - Он был зол на нее за то, что она оказалась настолько беспомощной и не смогла его обезвредить, но на себя злился гораздо сильнее, и это чувство просачивалось сквозь ледяную броню, заставляя его обвинять во всем произошедшем девушку. – Допустила, чтобы тебя изнасиловали.
- Изнасиловали? С чего ты взял? – Сакура во все глаза смотрела на парня, который из последних сил пытался сдержать рвущийся наружу гнев. – Конечно, вначале я испугалась, но потом… потом все произошло по моему желанию.
Краска стыда снова вернулась на лицо, когда она призналась во всем. Что теперь Саске о ней подумает?
Дышать стало сразу легче. Все произошло по ее согласию, а это значит, что он никого не насиловал. Какое облегчение принесли эти последние три слова.
Сакура нервничала все больше с каждой секундой, отмеряемой его молчанием. Саске не произнес ни слова после ее последней реплики, не мигая смотря на лицо девушки. Она сжимала кулаки, прижимая простыню к нагому телу, и все же не смогла совладать с собой и удержать предательские слезы. Почему он молчит, почему ничего не скажет? Неужели он настолько презирает ее, что даже не находит слов?
Крупные капли падали на матрас, моментально расползаясь по ткани уродливыми пятнами.
Саске все также молча наблюдал за девушкой, трясущейся от беззвучных рыданий, низко опустившей голову, не желающей показывать ему свои переживания.
- И почему ты плачешь?
- Я… не знаю…
- Столько лет прошло, а ты до сих пор ревешь без остановки по любому поводу…
- Неправда! Я изменилась! Той Сакуры, которую ты знал, больше нет! – вывести девушку из этого состояния обидной фразой оказалось проще простого – она уже не сжималась в комок от жалости к самой себе, но слезы из глаз лить не перестали, оставляя мокрые ручейки на щеках и все так же падая на простыню.
- Ты все та же маленькая плакса.
- Нет!
- Тогда докажи это. Хватит лить слезы.
- Это… это ты виноват! – Вот такой наглости Саске никак не ожидал услышать.
- И в чем же?
- Ты ведь сожалеешь о случившемся? Странно, но среди всех чувств, что сейчас роились в нем: злости, шока, неверия в происходящее и презрения к самому себе - не было сожаления. Ему не стыдно за то, что сделал, не хочется вернуть все назад, а в голове застряла мысль, что повторись этот момент еще раз, он не стал бы ничего менять.
Ответа Сакура так и не дождалась.
- Ответь мне, черт тебя дери! - нервы сдали окончательно, девушка рванулась со своего места, желая схватить Саске за рубашку, совсем забыв о том, что выпущенная из рук простыня комом свалится на матрасе.
- Слезы не помогли. Решила попробовать более радикальные средства?
Он открыто над ней насмехался, пусть и с холодным и бесстрастным лицом, но насмехался. Сакура была зла, но даже это сильное чувство не смогло затмить смущение, прокатившееся огненной волной по всему телу. Конечно, уже поздно об этом думать, в конце концов, у Саске был отличный шанс все разглядеть, пока она спала, но ведь от девичьей стеснительности нельзя избавиться за один день.
- Ничего подобного! – простыня моментально вернулась на место. – Хотя это могло подействовать!
- Вряд ли.
- Ха! Вчера ты хотел меня! – «Мамочки, я сказала это вслух! Главное держаться! Не краснеть!»
- Ты просто под руку попалась.
- Неправда! Ты называл меня по имени.
«Черт, что еще я ей сболтнул вчера в своем бреду?» - Саске мысленно поставил галочку напротив еще одного пункта неприязни к самому себе.
- Это уже неважно. Все завершилось. Интерес пропал, – он почти ничего не помнил из этого полусна-полуяви, но даже самому себе не признавался, что эта неизвестность только разжигает любопытство и желание коснуться ее.
- Вот и отлично! – Сакура поднялась со спальника, нервно переставляя ноги, собирая одежду. – Отвернись!
И не подумает. Здесь его палатка, и он тут делает то, что хочет.
Уровень ярости поднялся еще на одно деление, когда Сакура поняла, что парень не собирается выполнять ее требование. Он уже стоял во весь рост, наблюдая, как девушка оглядывается по сторонам, в надежде найти хоть какой-нибудь укромный уголок. «И почему у него так пусто?!» - она оглянулась на Саске, который уже холодно ухмылялся, чувствуя, что победил в этом раунде.
«Ну уж нет! Я тебе не уступлю! - ничего не оставалось, как только повернуться спиной к этому наглецу и, гордо вскинув голову, отпустить единственное укрытие. – Только бы не покраснеть!»
Сакура принялась в спешке натягивать одежду, прекрасно зная, что за ней наблюдают два абсолютно бесчувственных черных глаза.
- Извращенец, - буркнула она, вместо прощания, вылетая из палатки, как пробка из бутылки шампанского, когда полностью оделась.
Ухмылка быстро исчезла, когда он остался один. Не нравилось ему, что девушка так на него действует. И вовсе не ее внешность манила парня сейчас: что же было вчера? Эти мимолетные обрывки воспоминаний и собственных ощущений не давали покоя. Он не помнил, но был абсолютно уверен, что ему вчера было хорошо, возможно, даже лучше, чем когда бы то ни было. И эта уверенность вынуждала желать повторения.
Саске тряхнул головой, снова разозлившись на самого себя, – слишком часто он стал думать не о тех вещах. Сейчас важнее совершенно другой вопрос: где сейчас этот худо-продавец, что напоил его ядом, последствия от принятия которого ему не расхлебать еще довольно долго.
Парень вышел на улицу, отмечая, как поредели ряды палаток в маленьком лагере. Вчерашний праздник был посвящен новому дню рождения Конохи. Первые дома построены, и большая часть жителей уже перетаскивала вещи, радостно предвкушая новую и счастливую жизнь. Тут и там складывались столбы, падали шатры, выносились узлы, распахивались набитые чемоданы с плохо уложенным бельем. Он обошел какую-то дамочку с разорванной коробкой. На земле лежала груда разбитой посуды – видимо, дно не выдержало и тарелки и чашки, посыпались на пол, со звоном раскалываясь на маленькие кусочки. Девушка со слезами на глазах сидела на коленях около этой бесформенной кучи, перебирая осколки, в надежде найти хоть что-то целое, пока к ней не подошел светловолосый парень и добродушно хлопнул по плечу:
- Не переживай, на счастье!
- На какое счастье?! Это ты во всем виноват! Я тебя просила складывать понемногу! Коробки старые! Но тебе ведь просто было лень сделать лишнюю ходку! И вот чем все это кончилось! – девушка схватила разорванный картон и замахнулась на парня, еле успевшего увернуться от хлесткого удара. – А ну иди сюда!
Последовала сцена погони, когда молодые люди носились между палатками, вызывая смех у местных жителей, расступающихся в сторону, давая дорогу беспокойной парочке.

49

Их чувства. Глава 17.

Вот и отлично! – Сакура поднялась со спальника, нервно переставляя ноги, собирая одежду. – Отвернись!
И не подумает. Здесь его палатка, и он тут делает то, что хочет.
Уровень ярости поднялся еще на одно деление, когда Сакура поняла, что парень не собирается выполнять ее требование. Он уже стоял во весь рост, наблюдая, как девушка оглядывается по сторонам, в надежде найти хоть какой-нибудь укромный уголок. «И почему у него так пусто?!» - она оглянулась на Саске, который уже холодно ухмылялся, чувствуя, что победил в этом раунде.
«Ну уж нет! Я тебе не уступлю! - ничего не оставалось, как только повернуться спиной к этому наглецу и, гордо вскинув голову, отпустить единственное укрытие. – Только бы не покраснеть!»
Сакура принялась в спешке натягивать одежду, прекрасно зная, что за ней наблюдают два абсолютно бесчувственных черных глаза.
- Извращенец, - буркнула она, вместо прощания, вылетая из палатки, как пробка из бутылки шампанского, когда полностью оделась.
Ухмылка быстро исчезла, когда он остался один. Не нравилось ему, что девушка так на него действует. И вовсе не ее внешность манила парня сейчас: что же было вчера? Эти мимолетные обрывки воспоминаний и собственных ощущений не давали покоя. Он не помнил, но был абсолютно уверен, что ему вчера было хорошо, возможно, даже лучше, чем когда бы то ни было. И эта уверенность вынуждала желать повторения.
Саске тряхнул головой, снова разозлившись на самого себя, – слишком часто он стал думать не о тех вещах. Сейчас важнее совершенно другой вопрос: где сейчас этот худо-продавец, что напоил его ядом, последствия от принятия которого ему не расхлебать еще довольно долго.
Парень вышел на улицу, отмечая, как поредели ряды палаток в маленьком лагере. Вчерашний праздник был посвящен новому дню рождения Конохи. Первые дома построены, и большая часть жителей уже перетаскивала вещи, радостно предвкушая новую и счастливую жизнь. Тут и там складывались столбы, падали шатры, выносились узлы, распахивались набитые чемоданы с плохо уложенным бельем. Он обошел какую-то дамочку с разорванной коробкой. На земле лежала груда разбитой посуды – видимо, дно не выдержало и тарелки и чашки, посыпались на пол, со звоном раскалываясь на маленькие кусочки. Девушка со слезами на глазах сидела на коленях около этой бесформенной кучи, перебирая осколки, в надежде найти хоть что-то целое, пока к ней не подошел светловолосый парень и добродушно хлопнул по плечу:
- Не переживай, на счастье!
- На какое счастье?! Это ты во всем виноват! Я тебя просила складывать понемногу! Коробки старые! Но тебе ведь просто было лень сделать лишнюю ходку! И вот чем все это кончилось! – девушка схватила разорванный картон и замахнулась на парня, еле успевшего увернуться от хлесткого удара. – А ну иди сюда!
Последовала сцена погони, когда молодые люди носились между палатками, вызывая смех у местных жителей, расступающихся в сторону, давая дорогу беспокойной парочке.
Саске шел, не замечая всеобщей суматохи, размышляя, как ему найти того ехидного бармена и вытрясти из него все. Он не заметил, как рядом появился шиноби, также размеренно шагая по улице.
- Смотрю, ты живой, Учиха, – Тай холодно оглядел фигуру подчиненного, уверенный, что этого парня не так-то просто убить.
Саске промолчал. Возможно, этот человек замешан во вчерашнем происшествии.
- Чего тебе надо?
- К своему капитану ты должен обращаться более уважительно, – Тай притворился, что не заметил этой холодной усмешки, означавшей, видимо, что у парня есть свое мнение по этому вопросу. – Есть догадки относительно того, кто это был?
- Нет, – Саске был почти уверен, что таинственным отравителем был Кабуто или кто-то из его подручных. Но если это так, то искать преступника в Конохе бесполезно – он уже давно скрылся. Говорить Таю о своих подозрениях он не собирался, в конце концов, командир тоже был под подозрением.
- Скрытность не пойдет тебе на пользу, малыш.
- Отвали.
- Что-то ты сегодня слишком эмоциональный, Учиха. Неужели наш маленький медик напоила тебя слабительным вместо противоядия? – Саске злился. Все-то он знает. Такая осведомленность о своих делах сильно раздражала.
- Тебе больше заняться нечем, чем только подсматривать за другими?
- К сожалению, это мой приказ. Ты под наблюдением, Учиха, и лучше бы тебе запомнить: я вижу каждый твой шаг, слышу каждое слово, знаю, о чем ты думаешь.
Они остановились посреди улицы, пристально глядя друг другу в глаза. Пустота в пустоту: черная и серая, но абсолютно одинаковая. Саске смотрел на этого человека, как на свое отражение – абсолютно не похожее снаружи, но с тем же содержанием внутри: душа, погребенная под обломками рухнувших надежд и мечтаний, цель жизни, разрушающая личность и бесконечная боль, не прекращающаяся годами бесконечного ада. Откуда он узнал об этих чувствах Тая? Просто человек никогда по доброй воле не окружит себя ледяной глыбой одиночества и отчужденности, ни разу в жизни не испытав настоящего отчаяния. Слабые люди, сломавшись, заканчивают жизнь самоубийством, не найдя другого выхода, а сильные запирались от мира в своем панцире, продолжая идти вперед, но не замечая больше тех ярких красок, что разлила перед ними палитра жизни.
- Будь осторожен в своих поступках, мальчик, – Тай скрылся так же тихо, как и появился, оставляя Саске с твердым убеждением, что сегодня явно не его день.Хорошо, что на сегодня у них было небольшое задание, иначе бы она просто разнесла кабинет на щепки. Настолько злой она еще не была ни разу. Гнев кипел, заставляя реагировать на малейшее слово, сказанное не с той интонацией, жест, косой взгляд, и девушка взрывалась, как бочка с порохом, раскидывая в разные стороны и Наруто, и Сая.
В итоге, парни просто молча шли позади, лишь бы не попадаться напарнице на глаза.
Это задание было как раз для ее взрывного настроения: поймать пару бандитов, возомнивших себя крестными отцами и терроризирующих соседнюю деревню.
Помощь Наруто и Сая даже не понадобилась. Сакура с удовольствием избавила местных жителей от этой проблемы. Трое связанных шиноби сидели на земле, в страхе наблюдая за разъяренной девушкой, мило беседующей с главой деревни.
- По-моему она стала еще агрессивней, ты так не думаешь, а, Сай? – Наруто шепотом обращался к товарищу, надеясь, что Сакура их не услышит. Но он ошибся. Девушка медленно обернулась, в солнечном свете глаза блеснули, как показалось Наруто, дьявольским зеленым пламенем, ничего хорошего для него этот взгляд не предвещал.
- С… Сакура-чан, я ничего плохого н… не имел в виду, ха-ха… - нервный смех и лицо, мгновенно покрывшееся мельчайшими капельками пота, показывали насколько парень опасается гнева своей напарницы.
Девушка уже двинулась к нему с занесенным кулаком, желая вышибить последние мозги лучшему другу, когда один из связанных бандитов, прошептал своему товарищу по несчастью:
- Вот стерва. Да еще и страшная к тому же, у меня от нее мурашки по коже…
Сакура моментально забыла Наруто, молниеносно разворачиваясь к негодяям, посмевшим обсуждать ее, и со всей силы врезая свой кулак в лицо преступника, с удовлетворением слушая хруст челюсти и звон посыпавшихся на землю зубов. Уже и так изрядно натерпевшиеся бандиты, испуганно вздрогнули, сочувствуя в душе своему дружку, но, упорно помалкивая, не желая навлечь на себя гнев куноичи.
Наруто передернуло от такого зрелища – он не помнил свою подругу такой. Что с ней случилось? Куда подевалась милая девушка с широкой улыбкой? Сейчас злобный оскал, сведенные брови да недобро сверкающие глаза придавали ей демонический облик. От такой Сакуры он хотел бежать как можно дальше.
«Вот урод! Теперь подумает, прежде чем открывать свой поганый рот! – еще более сильная буря свирепствовала в душе девушки. Она была рада гневу, поддерживая в себе его неистовое пламя, которое затмевало собой ту боль, что тупым ножом резала сердце, когда она вспоминала сегодняшнее утро и жестокие слова. – Наигрался, мальчик! Решил сбросить с себя всю ответственность?! Я, значит, во всем виновата?! Не угадал, Саске-кун! Я тебе еще покажу, кто здесь победитель!»
Ее злобное хихиканье заставило бандитов еще сильнее втянуть головы в шеи и затрястись мелкой дрожью. У Наруто же мурашки побежали по спине, когда он услышал это скрипучее карканье:
- Сакура-чан… С тобой все в порядке? – снова свирепый взгляд, и у него волосы на затылке зашевелились от этого видения. – Все-все… молчу…
Обратный путь до Конохи протек быстро, даже слишком быстро, в виду того, что Наруто и Сай спешили поскорее отделаться от общества своей напарницы. Сакура же стремилась добраться до человека, который посмел так над ней поиздеваться, и все высказать в его надменное лицо.
Полог палатки с шумом распахнулся, впуская гостью в тихую обитель своего темного хозяина. Он стоял спиной ко входу, развязывая свой пояс. [прим. автора. Я понятия не имею, как называется этот его канат и то одеяло, что вокруг ног обмотано. Если вы знаете, что это, и для чего оно нужно - расскажите…]
- Я пришла… Я пришла, чтобы… - все слова рассыпались на бессвязные слоги и никак не хотели собираться воедино, когда она столкнулась с черными льдинками.
- Так понравилось, что было вчера? Решила повторить? – говоря все это, Саске медленно обошел девушку, вставая между ней и выходом, отрезая ей пути к отступлению, пока она не заметила. Зачем он это сделал, даже самому парню было не совсем понятно.
- Да ни за что!
Он только хмыкнул, давая понять, что заметил тот жадный взгляд, который Сакура бросила на его пресс и низко сидящие брюки. Раньше все это было скрыто слоями одежды, но сейчас полы рубашки, свободно свисали по бокам, а черные брюки держали на теле только тонкие тесемки.
Саске медленно приблизился к девушке, остановившись настолько близко, чтобы чувствовать ее запах, но достаточно далеко, чтобы даже нечаянно ее не коснуться.
- Так зачем же ты тогда пришла?
Мысли в голове уже совсем спутались, и Сакура не знала, что ответить на этот вопрос. Зачем она пришла? Не помнит. Что чувствовала всего минуту назад? Не помнит. Саске снова заполнил собой весь ее внутренний мир, отодвигая в сторону все, даже личные амбиции.
- Я… я… - Голос уже не был таким гневным, а только тихим и нерешительным.
- Так чего ты хочешь?
- Хочу?.. – измененная формулировка заставила думать совсем не о том, о чем Сакура хотела поговорить весь этот день. – Хочу…
- Чего? Или кого?
- Кого? – Она знала – Саске намеренно задает эти вопросы, сбивая ее с толку, но противиться его взгляду, как зыбучим пескам, уже не могла, чем больше барахталась, тем больше погружалась на дно. – Тебя.
Слово вырвалось импульсивно, вызвав у парня холодную усмешку.
- И в чем проблема?
- Ты сам сказал, что потерял интерес.
- Допустим, он у меня снова появился, что тогда?
Это был последний рубеж. Хватит ли у нее смелости перешагнуть его или лучше оставить все как есть сейчас?
- Тогда..

50

Их чувства. Глава 18.

Простые слова
Уходя в ночь, не обернусь…
Лишь рукою усталой взмахну я.
Больше я ничего не боюсь,
Вкус свободы внезапно почуя…

Легкий ветерок проник сквозь полог, пробегая по гладкой коже, тут же покрывшейся мелкими мурашками. Давно наступило утро, и за зелеными стенами палатки там и тут раздавались голоса проснувшихся жителей.
Здесь же, внутри, было тихо. Две фигуры на спальнике, прикрытые легкой простыней, казались бы навечно замершими статуями, если бы не их ровное дыхание.
Голова Сакуры покоилась на мужском плече. Тонкая ладонь спокойно лежала на груди, то разводя пальцы в стороны, подобно вееру, то снова сжимаясь в цельную пластину.
Это утро не было похоже на те, что описывают в любовных романах, которые взахлеб читала Ино. Не было ни поцелуя, пробуждающего возлюбленного ото сна, ни объятий, даже «доброе утро» никто из них не сказал. Да она и не ожидала от Саске бурного утра. Все, что он сейчас делал – это перебирал ее волосы, пропуская прядь между пальцами, почти отпуская, позволяя ей свободно струиться, а потом снова зажимая в ладонь, лишая возможности ускользнуть от сильной руки.
То, что произошло вчера, было неразрешимой загадкой для обоих, а разговор до сих пор звенел в ушах.
- Тогда… - Сакура пристально смотрела в эти глаза, в которых сейчас отражались ее собственные – покорные. Неужели она успела сдаться всего за несколько минут пребывания с ним рядом? Этот человек влияет на нее слишком сильно, подавляя личность.
Он был так близко, казалось, протяни руку - и вот он здесь, с тобой, но, в то же время, так далеко, его душа, его мысли - они не принимают тебя, твою сущность. И что делать, когда взгляд гипнотизирует, заставляет подчиниться? Сдаться и потом ненавидеть себя или бороться и ненавидеть себя еще больше?
Рука легко взлетела вверх, плавно скользя в пространстве; ладонь, со свистом разрезая воздух, устремилась к такому любимому и ненавистному лицу. Доля секунды - и его блок легко останавливает движение, еще миг - и сильные пальцы до боли сжимают тонкое запястье, выворачивают руку, безжалостно приподнимают вверх, будто хотят вывихнуть плечо.
- Никто и никогда не останется безнаказанным, попытавшись меня ударить.
Слезы обиды навернулись на глаза: «Я даже не смогла задеть его! Это нечестно! Почему ему можно плевать мне в душу, а мне даже жалкой пощечины отвесить нельзя?!»
Руку резко отпустили, отталкивая внутрь палатки так, что она чуть не упала на тот самый спальник, что этим утром служил для нее постелью. Гневные глаза снова обернулись к своему обидчику, желая отмщения. Рот уже открылся, желая высказать недовольство, но ее снова опередили:
- Опять ревешь…
- И что с того?! Как будто тебе есть до этого дело! – Сакура решила попытаться еще. Прыжок, очередной взмах и снова легкий толчок, только уже в грудь – девушка снова на спальнике. Еще один выпад, и все повторяется сначала. Злость, обида на саму себя, на то, что в итоге этот самодовольный гордец оказался прав, и она настолько слаба, что не может его даже коснуться. Все переживания вырывались наружу слезами, которые он так жестоко высмеивал, сжатые зубы уже с трудом сдерживали горечь и разочарование, и через минуту душевные бастионы пали и чувства хлынули, как дикий поток, поднимая со дна все мелкие камушки душевных ран. – Почему все так вышло?! Почему я всю жизнь должна страдать из-за тебя?!
Саске был так спокоен, что это еще больше выводило из себя. Казалось, она бьется головой о стену, будто маленький муравей, который решил раскрошить скалу - он просто отбивал все ее удары.
- Воспринимай меня всерьез! И сражайся нормально!
- Сначала поднимись до моего уровня, – опять эти самодовольные слова, указывающие на то, что Сакура ему не ровня.
Все смешалось – слезы и ярость, ненависть и любовь, и девушка уже просто не могла разобрать этот водоворот чувств, сметающий все психологические барьеры.
- Тебе ведь совсем нет дела до того, что произошло! Лучше притвориться, что ничего не случилось?! Как притвориться, что нас с Наруто просто не существует! Как будто меня не существует! – она смотрела на парня, ожидая ответа, но эта абсолютная невозмутимость лучше всяких слов выражала его мнение.
- Какая же я дура. Знала, что ты так себя поведешь, но все равно решилась! И как я могу до сих пор любить такого, как ты? – усталость камнем упала на плечи: и утренний разговор, и задание, и мечты, которые самой себе показались наивными и детскими. Слова, слетевшие с губ, оставались незамеченными, пока горькая обида заполняла душу, но и их смысл дошел до девушки со временем.
Она тут же застыла, снова остановленная его вездесущими руками, которые, как стальные оковы держали ее запястья, не давая пошевелиться. Глаза испуганно расширились, сознавая то, что она только что произнесла вслух.
Саске вспоминал вчерашние события, снова не веря в реальность всего произошедшего. Он уже перестал удивляться собственным действиям, идущим вразрез со всеми принципами и правилами здравого смысла, но принимать это как должное все равно не хотел.
Холодная усмешка сама собой расплылась по лицу, хотя он и желал оставаться абсолютно бесстрастным. Странное животное удовлетворение наполнило тело от этих слов. Опять стал непонятен ход собственных мыслей: чего так радоваться, если эта девушка не нужна, никогда не была нужна, но сейчас она была повсюду – спасала от болезни, лечила от яда, приходила во сне и наяву. И теперь эти простые слова, сказанные в порыве праведного гнева, теплом разливались по телу, растапливая ледяной гроб одиночества. В тринадцать лет он не верил этой фразе, этим слезам, этим глазам; выкинул из головы все эти глупости, девчачий лепет, не имеющий никакого смысла.
Они выросли. И эти зеленые глаза уже не так наивны, как в тринадцать лет. Они не ждут ответа, они не удивятся отказу, они готовы к разочарованию, они уже сдались.
- Глупая.
- Да, - она уже давно не замечала горячих ручейков, текущих по щекам, – они стали таким естественным явлением с тех самых пор, как Саске вернулся. Сколько раз за этот месяц она заливалась слезами? Не сосчитать. Думала, что изменилась, и тринадцатилетняя плаксивая девчушка исчезла из этого мира. Но стоило только замаячить ее кумиру, и она снова тут как тут: наивная, маленькая, беспомощная и абсолютно никому не нужная - рвет себя на части, чтобы он заметил, понял, насколько важен для нее. И все напрасно, как всегда. – Глупая и бесполезная, как сломанная кукла. Скажи, почему тебе так нравится унижать меня? Почему ты отказываешься от всего, что вчера произошло?
- Я говорю то, что считаю нужным и, если это кого-то унижает – не мои проблемы. И от своих поступков не отрекаюсь.
- Но… - Сакура в шоке уставилась на парня, понимая, что весь сегодняшний день не имел никакого смысла. Весь ее гнев не имел никакого основания, и вся эта бравада, что сейчас прозвучала, как сцена из замшелой трагедии с плохими актерами, не имела никакого подспорья.
– Повторяю в последний раз, зачем ты пришла?
Он снова сбил ее с толку неожиданным вопросом, явно давая понять, что дискуссии закончены.
- Я… не знаю, – действительно, зачем она примчалась? Чтобы высказать этому надменному человеку все, что наболело? Чтобы разнести здесь все и стереть его холодное выражение с лица? Возможно… Но что-то говорило, что Сакура подсознательно ждала другого: что он обнимет ее и скажет, что все хорошо… От таких наивных мыслей саркастическая усмешка вмиг скривила лицо: «Жди! Чтобы Саске повел себя, как обычный парень: романтичный и нежный? Никогда такого не будет! Я состарюсь и умру прежде, чем моя мечта осуществится!»
- Чего ты хочешь?
- Не знаю…
Круг замкнулся. С этих слов их разговор начался.
Она опустила голову, упираясь макушкой ему в грудь, собираясь с мыслями. Что решить, что выбрать? Снова эта дилемма… Уйти и забыть все, как страшный сон, или все-таки рискнуть и подарить ему огрызки своего сердца?
- Что… что будет, если я скажу, чего хочу сейчас? Если… если хочу, чтобы вчерашняя ночь повторилась…
- Хочешь, чтобы я тут корчился от яда?
- Н… нет… другое…
- Я больше ничего не помню. Все остальное было сном.
- Врешь… Признай, что помнишь.
- Тогда скажи вслух, чего хочешь от меня.
- Зачем тебе нужно это услышать? - если бы он знал, зачем, но разум упорно желал услышать признание из ее уст: «С каждым днем я все меньше себя понимаю. И во всем виновата эта плакса». И опять молчание. Сакура уже поняла, что Саске не отступится, пока не услышит этих слов. Щеки порозовели, и сердце забилось учащенней. Она должна это сказать, если до сих пор на что-то надеется. - Ну… черт, не могу я этого вслух сказать.
Да, всего три каких-то слова, которые он слышал столько раз от других, сказанные тихим, еле различимым голоском за звуком их дыхания, подействовали на него так, как никогда раньше. Сегодня Саске открыл новые стороны в собственном характере: он никогда не думал, что что-то сможет захватить его внимание так, как тренировки или стремление к мести, что еще никому не удавалось, а вот Сакура побила все рекорды, заставив мысли парня крутиться только возле нее, забывая обо всем остальном, когда он сжимал ее в объятьях. Это раздражало, потому что давало ощущение того, что он обычный человек, каких миллионы, не способный контролировать себя в любой ситуации, хотя Саске отдал себе должное: ему удалось сдержать свой порыв, и это не могло не принести некоторого злобного удовлетворения собственными способностями.
И сейчас парень задумчиво перебирал ее волосы, даже не замечая собственных действий. Запихивать эмоции обратно в тесный ларец было трудным занятием, но он справлялся, должен был справиться, иначе - пропал.
Для Сакуры эта ночь тоже принесла много новых открытий, не понимая, как один и тот же человек может вести себя совершенно по-разному в двух одинаковых ситуациях. В прошлый раз Саске был под действием сыворотки, не понимал, что творил. Сегодня все было также восхитительно, даже лучше, но… Ее немного коробил этот жесткий контроль над самим собой, который парень продемонстрировал сегодня ночью. Ни одного лишнего движения или звука, будто он находится в бою, на грани жизни и смерти. Обидно. Почему просто от близости Саске она теряет всякую возможность рассуждать здраво, а он даже в такие пикантные моменты холоден, как лед.
Она подняла голову в надежде увидеть ответ на свой вопрос в его глазах, но не нашла ничего, кроме своего отражения. Рот приоткрылся, готовый задать мучавший вопрос, когда полог резко распахнулся, впуская какого-то странного мужчину. Его взгляд быстро пробежал по двум молодым людям, лежавшим тесно прижавшись. Девушка поежилась - этот взгляд был до жути холоден, даже хуже, чем у Саске.
- Учиха, есть разговор, – с этими словами он вышел, видимо, все-таки имея чувство такта, которое, как уже успела убедиться Сакура, не было присуще ее возлюбленному.
Парень быстро оделся и вышел, оставляя девушку в одиночестве гадать, что это был за человек и зачем ему понадобился Саске в такую рань… «Черт! Какая рань?! Я же опаздываю! Тсунаде-сама сегодня придет с поверкой!» - Сакура взглянула на маленькие часы в своей сумке и не поверила собственным глазам – стрелка отмеряла десять минут одиннадцатого, когда в шесть утра девушка, как штык, должна была сидеть за столом, разгребая очередную порцию бумажек.
Она быстро натянула пыльную и мятую одежду – вчера в пылу гнева не стала переодеваться после задания, а сразу примчалась сюда. Расческу искать было некогда, да и откуда было знать, где она может быть у Саске, и была ли вообще такая роскошь у парня – у Наруто вот не было, он всегда говорил: «Пятерня - моя лучшая расческа», - за что уже не раз получал от напарницы. Наскоро плеснув на лицо воды и, представляя, что устроит ей Тсунаде за опоздание, Сакура пулей вылетела из палатки, поймав себя на мысли, что уже второй раз покидает это место второпях.
Саске успел лишь заметить мелькнувшие розовые пряди и брошенное на прощанье: «Забегу вечером!», - когда девушка уже скрылась из вида, сломя голову несясь в сторону госпиталя. Так было даже лучше, не придется выслушивать очередную сцену, когда он сообщит о том, что ночное рандеву окончено. Вот только он же не приглашал ее сегодня вечером: «Быстро же она отошла от вчерашней истерики…»
Разозлившись на себя за то, что малейшее напоминание о девчонке вытесняет все остальные мысли, Саске запихал подальше свои размышления, снова обращая внимание на командира – Тай здесь, а значит, их ждет еще одно занудное задание, после которого у всех у них будет такое чувство, будто побывали в аду.
Глаза шиноби пристально наблюдали за парнем, пока тот рассматривал исчезающую вдали девушку, подмечая, как незаметно для постороннего глаза меняется его, казалось бы, бесстрастное лицо. До посещения палатки подчиненного он уже знал, что обнаружит в ней. Конечно, сутками следить за Учихой, отмечая каждый его шаг, о котором впоследствии приходилось докладывать Пятой, было неблагодарным занятием, но что поделать? Приказ есть приказ. Тсунаде-сама просила постараться не допустить возможного сближения Харуно Сакуры и Учиха Саске, помня давнюю привязанность девушки к этому человеку. Он был уверен в успехе данного задания – мальчишке никто не нужен, даже усилия прикладывать ни к чему. Однако, это неожиданное отравление неизвестно чем все перевернуло вверх дном. И в этой ситуации Таю ничего не оставалось делать, кроме как сидеть и наблюдать – что же будет дальше.
- Оставь девочку в покое… - «Первый камень брошен. Посмотрим, поднимешь ли ты его».
- Отвали. Это не твое дело, – было сильное желание удивленно поднять бровь, услышав такое высказывание: «Довольно эмоционально для мальчишки. Неужели у малышки получилось его зацепить?»
- Хочешь и из нее сделать такой же отброс общества, как сам?
Саске сам не осознавал, насколько сильно сжал кулаки, пытаясь унять рвущееся на волю желание врезать этому мужику, что всегда лезет не в свое дело с таким видом, будто он пуп вселенной. Главное - взять себя в руки и не давать провоцировать.
- Она сама сделал свой выбор.
Тай в этом сильно усомнился, предположив, что Саске предварительно довольно сильно пнул девушку в нужном направлении. Были кое-какие догадки, о которых шиноби говорить не собирался, решив сначала убедиться в их правильности.
- Ладно. Через пятнадцать минут жду тебя у северных ворот. У нас очередное задание. Твои товарищи уже в курсе. Не опаздывай.
Сакура бежала в больницу, не замечая изменений вокруг: большая часть палаток исчезла, оставив после себя неестественно-ровны­­е пятна на земле после долгого пребывания людей на этом месте. Первыми заселялись гражданские лица, а осталось только несколько десятков шатров, принадлежащих шиноби, да тем, кто собирался отстраивать собственные дома - к ним принадлежали семьи Нара, Яманака, Инудзука и другие. Самым обширным был клан Хьюга: их палатки были несколько обособлены от всего остального лагеря, а сейчас казались еще более отдаленными, так как пропали связующие шатры между ними и остальной частью деревни.
Неподалеку красовались свежевыкрашенные дома. Переезд еще не завершился, и многие продолжали таскать вещи туда-сюда, в суматохе забывая то одно, то другое. Сакура тоже получила ключи от маленькой квартирки за особые заслуги, точно так же, как и Наруто.
Посетила мысль, что мама уже наверняка собрала их скудные пожитки, два дня дожидаясь непутевой дочки. О том, что устроит родительница, когда девушка вернется домой, думать не хотелось, к тому же веселый напарник уже бежал навстречу: «Как же все это не вовремя!»
Наруто, завидев вдалеке Сакуру, сначала не знал, как себя повести: скрыться из виду, притворившись, что не заметил, или все-таки поздороваться? Победило второе. Он подбежал к явно спешащей по делам подруге, радостно улыбаясь и немного смущаясь.
- Привет, Сакура-чан! – приветствие получилось несколько скомканным, так как парень немного стушевался, запнувшись на первом слове.
- Да-да, привет, Наруто. Тебе что-то нужно? Я очень спешу.
- А… ничего!
Сакура мило улыбнулась и уже повернулась, чтобы продолжить свой путь, когда возглас друга остановил ее.
– Сакура-чан, я тебе хотел кое-что сказать.
- Только побыстрее…
- Ну… это… я…
- Если ничего серьезного, то давай потом, хорошо? – и, в очередной раз взглянув на часы, девушка понеслась в госпиталь, чертыхаясь на каждом шагу, совершенно не замечая эту странную неуверенность в голосе Наруто.
- Хорошо… - сказанные тихо слова она уже не могла услышать, скрывшись за очередной палаткой. Парень остался стоять посередине дороги. Он хотел извиниться за свое поведение. Вчера, находясь в шоке после общения со злобной Сакурой, Наруто наткнулся на Хинату, бесцельно бродившую по улице.
Девушка, как всегда, отводила глаза и тихо разговаривала с ним, попеременно краснея, теперь он знал причину этого румянца, выскакивающего на щеках девушки всякий раз, как только она вскидывала на него свой восхищенный взгляд. Ему было стыдно, но после видения гневной напарницы, кидающейся на всех подряд, как цепная собака, парню захотелось подольше поговорить с Хинатой, так резко отличающейся от его подруги – более нежной и спокойной, с взглядом, полным тепла и доброты, а не ярости, на грани сумасшествия.
Он удивился, но беседа с юной Хьюга была довольно увлекательной, хоть Наруто и не мог поддержать большинство тем разговора или Хината боялась отвечать, запинаясь на каждом слове. Она была милой в своей стеснительности, и ему льстило то, что именно он является причиной всей этой девичьей робости. Молодые люди проговорили до самой ночи, медленно прогуливаясь мимо палаток, ловя хитрые взгляды местных жителей, подмигивающих герою деревни и наследнице самого могучего клана Конохи.
Все эти взгляды, казалось бы, должны были смущать, но Наруто нисколько не расстраивался – он в компании прекрасной девушки – ему просто нечего стыдиться.
Но теперь, увидев Сакуру, он почувствовал себя виноватым за то, что наслаждался вечером с другой девушкой, как будто предал напарницу, хотя между ними ничего не было.
- Привет, Наруто-кун! – после вчерашней прогулки Хината слегка осмелела, окрыленная надеждой, ведь весь вечер парень провел с ней и только с ней, не заговаривая на тему Сакуры и ее достоинств.
- А, это ты, Хината, привет, - он еще раз кинул взгляд туда, где несколько минут назад Сакура завернула за угол, и столкнулся со светло-серыми глазами, как никогда раньше, ярко сверкающими на утреннем солнышке.
Его унылый тон несколько приубавил ее уверенности, но девушка решила идти до конца.
- Эээ… Наруто-кун, давай погуляем сегодня вечером?
- Извини, я не смогу.
- П… понятно… наверное, у тебя задание? – надежда теплилась в груди еще какое-то время, - тогда, возможно, завтра…
- Нет. Прости, но я не думаю, что нам удастся еще раз прогуляться вместе… - Наруто не хотел говорить так жестоко – корил самого себя за ошибку, заметив, как лицо Хинаты постепенно потеряло все яркие краски, и мертвенная бледность выступила на гладкой коже.
- Ну… тогда… и… звини, что навязалась, – девушка сорвалась с места и убежала прочь.
Сколько прошло времени, пока бежала, она не помнила, но остановилась только тогда, когда прямо перед собой увидела защитную стену. Тяжело дыша, прислонилась к ее шершавой поверхности, закусывая нижнюю губу, заставляя подбородок не трястись, а слезы не капать на землю: «И на что я только надеялась, дурочка. Мне уже отказали один раз. Стоило только ему просто поболтать со мной пару часов, и я уже растаяла. Дура! Теперь осталось только забиться в угол и упиваться жалостью к самой себе. Снова».
Ноги ослабли, и девушка опустилась на землю, прижавшись спиной к холодному камню. А в голове вертелся один вопрос: «Почему сердце не может быть таким же, как эта стена? Безразличным и бесчувственным, чтобы не биться так сильно каждый раз, как только завидит его вдали?»
Время шло, отмеряя секунды постепенно успокаивающимся биением сердца. Маленькая фигурка, скрючившись, сидела у стены, казалась маленькой соринкой на фоне огромного белого камня. Здесь было тихо, и никто не нарушал мерный ход мыслей, рисующий страшные картины будущего.
Придя в себя после неприятного разговора, Хината поднялась с земли, деловито отряхивая короткие штаны. Она кое-что для себя решила, с тупой болью прощаясь с прошлым, уходя от своего укрытия, даже не оглянувшись на землю, на которой красовалось одно единственное слово, аккуратно выведенное тонкими пальцами:
«Забудь.»
От гараны: Если бы меня не попросили кидать главы побольше, то я бы наверно остановилась на таком размере фанфика, но если попросили, то я постараюсь увеличить размерчик фанфика =))

Что-то изменилось. Что-то определенно было не так, как всегда. Когда в простом сером рисунке блеснул яркий мазок? Сначала один, затем второй, а сейчас их накопилось слишком много, чтобы простой серый рисунок можно было назвать таковым. Теперь это смесь, яркая и совсем непонятная. И именно это и раздражало.
Он привык, что вся жизнь идет так, как запланировано, не кем-то неизвестным, а им самим. Так лучше. Четкая цель, четкие задачи, и он выполняет их одну за другой, достигая желаемого. Но сейчас все было немного не так, едва ощутимо, но где-то эти нити, с помощью которых Саске управлял своей судьбой, ослабли.
Все началось с его возвращения в Коноху. С каждым прожитым здесь мигом будущее переставало иметь четкие очертания. Но где, где этот маленький камень, о который он споткнулся в самый неподходящий момент?
Все время задаваясь этим вопросом, Саске все также со стороны наблюдал за постепенными изменениями в своей четко отрегулированной жизни: сначала он потерял одного члена команды, затем им подсунули жутко самодовольного командира, пытающегося контролировать каждый шаг своих подчиненных, и Сакура… конечно же, без этой девчонки не могло обойтись.
Он думал, что проблемой будет Наруто, всегда сующий нос, куда не просят, и поэтому упустил тот момент, когда Сакура стала не только девочкой из прошлого, но и из настоящего.
С того злосчастного отравления прошла уйма времени: неделя, две? Да кто их считает? В мире шиноби даже десять секунд могут решить твою судьбу, а тут…
Каждый вечер девушка проводила в этой маленькой и пустой палатке, и, надо заметить, - не только вечера. Но ни разу у Саске не возникло желания прогнать ее. Это веселое ежедневное щебетание обо всем на свете невольно заставляло обращать на нее внимание, отвлекало от мрачных мыслей, которыми он жил все предыдущие годы. К тому же, теперь, оставаясь в одиночестве, он все чаще думал только о Сакуре, не замечая всего остального. Лучше уж пусть надоедает снаружи, чем докучать ему в голове.
Рассуждения были прерваны. Как всегда, без предупреждения, в палатку вломился Тай, холодно оглядывая помещение, как будто тут могло что-то измениться. Сквозь отдернутый полог была видна предрассветная Коноха. Ночь уже не владела миром, но и день еще не вступил в свои права, окутывая все вокруг серым светом, но этот свет не был унылым, как показалось Саске вначале, была в нем какая-то примесь цвета, делающего этот предрассветный туман чуточку ярче, хотя, возможно, ему так показалось только сегодня.
Бесконечные бумажки… наконец-то, они закончились. Сакура потянулась и откинулась на стуле, закидывая ноги на стол. Пока никто не видит, можно позволить себе такую наглость.
В жизни, наконец-то, все стало хорошо. Но брови хмурятся, и задумчивое выражение лица не хочет сменяться радостным и довольным. Все-таки было кое-что, чего девушка никак не могла пропустить.
Да, теперь она буквально каждый день ночует не в своей палатке или новой квартире, теперь она всегда с ним. И вроде бы все должно петь от счастья, ведь мечта сбылась – Саске здесь, рядом, с тобой… Но девушка не чувствовала этого. Телесно-то он, конечно, был рядом, но вот его душа все также оставалась под замком, и до нее было не добраться. Да, она всегда приходила к нему сама, несмотря на протесты матери, не подозревающей, где все время пропадает ее дочь. Да, она много болтала, рассказывая о том, о сем, пытаясь втянуть Саске в разговор, задавая различные вопросы и, как обычно, получая либо короткие ответы, либо молчание; но было кое-что, чего даже в мыслях Сакура не хотела упоминать – это его семья, прошлое и причина, по которой вернулся. Тогда все было так внезапно, что они с Наруто и не успели понять, как их вечно кочующий друг стал жить по соседству. Что же привело его обратно домой? Ей так необходимо было это знать, но спросить напрямую она ни за что бы не смогла – просто боялась, что неосторожное слово выведет Саске из себя, и он выгонит девушку прочь.
Было и еще кое-что, что совсем не нравилось Сакуре, точнее не нравилось ее женской натуре, – это холодность парня: «Ну почему, почему он как ледышка? Совершенно не теряет самообладания. Никогда». И это было обиднее всего: «Неужели я настолько непривлекательна, что даже со мной вместе он не может ослабить контроль над собой? Я вот рассуждать не могу связно в такие моменты, а он…»
В дверь постучали, и девушка поспешила принять деловой вид, прежде чем позволить войти.
- Сакура-сан, вас вызывает Хокаге-сама.
Тяжело вздохнув, она отправилась на встречу с Тсунаде. «Раз можешь гулять по пять часов, значит не так уж много у тебя дел!» - теперь на Сакуру скинули еще больше работы, а Пятая еще добавляла заданий для команды, и девушке приходилось вертеться, как белка в колесе, пытаясь искупить свою вину. «Саске, ты даже не представляешь, на какие жертвы мне пришлось пойти ради тебя!» - вспомнилось, как она отказалась от проживания в квартире, отдав ключи маме со словами: «Я решила пожить самостоятельно».
- Поверить не могу, собственноручно отказалась от удобств, – бормотала Сакура, проходя по коридорам резиденции Хокаге.
Дверь была чуть приоткрыта, поэтому девушка просто вошла внутрь, удивившись странному собранию: помимо Тсунаде, в кабинете находились Ино, Хината и Тен-тен.
- Отлично. Значит, все в сборе, – женщина уже открыла рот, чтобы посвятить девушек в страшную тайну того, для чего же она всех их собрала, как в кабинет тихо проскользнула Шизуне с каким-то свитком.
- Извините, Тсунаде-сама. Срочное донесение, – Пятая быстро начала вчитываться в аккуратные иероглифы. После минуты всеобщего молчания усталый вздох оповестил куноичи, что можно расслабиться. – Шизуне, собирай команду и отправляйся на место.
- Есть, – правая рука моментально удалилась выполнять приказ, оставив молодых девушек стоять с таким выражением на лицах, будто им совсем безразлично все то, что здесь сейчас произошло.
- Итак, вернемся к делу. Для вас есть задание. На границе Страны Огня есть маленькая деревенька – ничего необычного, но это важный стратегический пункт. Она находится на единственном холме в округе, с которого просматривается огромная территория. В последнее время в соседней стране было обнаружено какое-то странное движение, настораживающее местных наблюдателей. Ваше задание: разведать обстановку и выяснить, насколько опасны для Страны Огня эти волнения. Служащие на границе из той деревеньки более подробно вам все расскажут. Вопросы есть?
- Эээ… да, – Сакура оглядела своих будущих спутниц, не желая никого обидеть. – Почему именно таким составом? Не проще ли было послать одну сплоченную команду?
- Нет, не проще. Дело в том, что эта деревня не обычная. Поэтому я и отправляю вас, – заглянув каждой куноичи в глаза, Тсунаде продолжила свои пояснения. – Я хотела назначить Шизуне командиром группы, но ей экстренно пришлось отправиться на другое задание, поэтому командовать будет…
Еще один осмотр и женщина остановила свой взгляд на Сакуре, потом нахмурилась и отвернулась. «Еще не простила того опоздания», - подумала Харуно, виновато опуская глаза.
- Тен-Тен. Принимаешь командование. Подойди ко мне и возьми карту, пояснения и свиток со сведениями, которые вы передадите главе деревни.
Совершенно ничего не понимая и недоумевая по поводу внезапно свалившейся на нее ответственности, Тен-тен на деревянных ногах подошла к столу, молча, как кукла, исполняя поручения.
- Больше вопросов нет?.. Тогда отправляйтесь, как только соберетесь в дорогу. Свободны.
- Есть, – дружный девичий глас стал прощанием для женщины, тепло улыбнувшейся вслед куноичи. С ними все будет хорошо, не могло не быть хорошо, они - талантливые, сильные шиноби и такие же сильные духом девушки. Они способны побороться за себя и свое будущее. Все будет хорошо, иначе она - не Хокаге.
Через час веселое щебетание у северных ворот Конохи оживило тишину леса. Девушки прощались со своими друзьями и товарищами, а некоторые даже с любимыми.
- Теперь и я узнаю, что такое быть командиром группы, - лукаво сказала Тен-тен, тыкая пальцем в грудь Неджи.
- Главное, чтобы с вами ничего не случилось. Все-таки одни идете, – Хьюга, взволнованно оглядел состав группы: взбалмошная красотка, неуверенная наследница, взрывной медик и смешливая напарница – такой набор не внушал парню спокойствия.
- Не недооценивай нас! – моментально обиделась Тен-тен, отворачиваясь к своим подругам. – Выходим! Пора доказать этим зарвавшимся парням, что мы – настоящие куноичи!
Такой девиз понравился всем, и девушки выдвинулись в указанном направлении, быстро скрывшись в густых зарослях деревьев.
Сакура немного нервничала, потому что из-за спешки со сборами она даже не успела попрощаться с Саске и сказать ему, куда направилась: «Хотя, он, наверное, даже и не вспомнит обо мне за все эти дни», - от таких мыслей ее сразу охватило уныние, и весь азарт от предстоящей миссии отошел на второе место, а пьедестал почета, как всегда, занял один единственный человек с холодными глазами.
Хината же была полна оптимизма и возлагала на предстоящее задание большие надежды: «Вот он, мой шанс. Вдали от дома, от Наруто-куна, я, наконец, смогу избавиться от наваждения, и мои чувства пройдут». Но как же ей не хотелось отпускать все то тепло, что всегда окутывало сердце, как только рядом появлялся парень: «Нет, я не должна так думать. Хватит стучаться в запертую дверь! Пора закончить этот бесконечный цикл надежд и разочарований!»
«Я докажу Неджи, что я тоже не слабая и отлично справлюсь с обязанностями командира!» - все еще негодовала Тен-Тен - ущемленная гордость все никак не хотела успокаиваться. Да, она любила этого человека, но его надменность и постоянное опекунство, будто она сама никогда ни с чем не сможет справиться, очень часто выводили из себя.
Одна Ино была полна энтузиазма исключительно из любопытства и радости смены обстановки – у нее не было проблем, разве что, как почти у всех девушек, мучила неразделенная любовь, от которой она старалась отмахнуться, пытаясь не замечать назойливого чувства: «Мне и одной хорошо. Я счастлива! Мне ничего не надо!» Но внутри ехидно посмеивался какой-то бесенок, нашептывая, что одиночество никого еще не сделало счастливым.
Вот так вот, нагруженные своими проблемами, куноичи двигались, легко, словно бабочки, порхая по веткам, приближаясь к цели.
Странно. Уже давно стемнело, а розоволосой бестии до сих пор нет. Его не должно было это волновать, нужно радоваться – долгожданная передышка, но почему-то взгляд через каждую минуту обращался на полог палатки, ожидая, что вот сейчас он отодвинется и улыбающаяся девушка пройдет внутрь с неизменными приветствиями и очередной историей из жизни Конохи.
Видимо, сегодня гостей не предвидится - Саске решил лечь спать. Маленький спальник показался необычайно огромным – сейчас рядом не было девчонки. Начиная раздражаться, парень закрыл глаза… И невольно стал прислушиваться к звукам снаружи, возможно, ее голос или быстрые шаги оповестят о приходе: «Да что ж такое?! Мне абсолютно без разницы, придет она или нет. Я всегда один и мне так комфортно». Самовнушение оказалось не слишком эффективным, а раздражение все росло, и, в конце концов, отбросив всякую мысль о сне, парень снова оделся и вышел на улицу, намереваясь прогуляться, а, возможно, и потренироваться ночью.
Неожиданно, интуиция забила тревогу, и, повинуясь ее зову, Саске быстро поднял кулак. Послышался глухое уханье и звук падающего тела на землю.
- Ты чего творишь, {censored}?! – возмутился Наруто. Он всего-то хотел поприветствовать друга, хлопнув его по плечу, и ни с того, ни с сего получил.
- Не подходи ко мне сзади. Это может плохо кончиться… для тебя, – несколько довольный отлично сработавшими рефлексами, Саске все еще не до конца выместил свое раздражение из-за девушки, которая не пришла, и из-за себя, из-за того, что, вопреки всем рассуждениям, все-таки ждет ее.
- Хватит выпендриваться! Я тебя пригласить хотел!
- Парнями не интересуюсь.
- Саске-урод! Я не это имел в виду! – Наруто начинал злиться. Да за кого его принимает этот напыщенный {censored}?! – Хотел позвать тебя в раменную. Сегодня открытие их нового заведения.
- Пригласи своих дружков. Мне некогда.
- Да ладно тебе. Сай пропал куда-то, а Сакура-чан на задание сегодня днем отправилась, и Тсунаде-баа-чан сказала, что оно продлится дней десять, не меньше.
Раздражение стало еще больше, когда Саске почувствовал некоторую обиду на то, что Сакура даже не посчитала нужным поставить его в известность; а затем оно и вовсе превратилось в гнев, когда он понял, что снова думает о ней.
Не отвечая на предложение Наруто, парень развернулся и быстро направился обратно в свою палатку.
- Эй, Саске! Ты куда?!
- Отвали. «Как же бесит. Мне не важно, мне все безразлично! Плевать, слышишь?!» Но зеленые глаза после такого долгого отсутствия снова были здесь, весело прищурившись и молчаливо упрекая: «Врешь».

51

Их чувства. Глава 19.

Вот прошло уже шесть дней, и группа куноичи, как могла, спешила в деревню. Сколько всего они переделали за это время: наблюдали за границей, шпионили, убегали от преследования, потому что Ино не удалось незаметно вытянуть сведения, переселившись в чужое тело, и даже поправили деятельность местной больницы, дав несколько ценных указаний.
Обратная дорога протекала не так весело и беспечно, как когда девушки отправлялись на задание. Атмосфера напряженного молчания давила на куноичи, подстегивая их к скорейшему возвращению. Первой шествовала Тен-Тен, нервно оглядываясь по сторонам и иногда бросая взгляды в сторону Ино, раздраженно отодвигающую ветки деревьев, все время норовившие ударить по лицу. Замыкала всех Сакура с Хинатой на спине – сейчас была ее очередь нести подругу, бесчувственным мешком свисающую с девушки.
Когда маленький отряд прибыл на место для выполнения миссии, то оказалось, что таким составом их отправили потому, что вся деревня была заселена исключительно женщинами – этакий приют для обездоленных и просто не желающих иметь дело с мужчинами. Юная Хьюга сразу прониклась всеобщей взаимопомощью и доброжелательностью­­, остальные же только подозрительно оглядывались по сторонам, думая, что жить совсем без парней слишком скучно. В итоге, Хината рассорилась со всеми и заявила, будто собирается остаться жить в этой отдаленной деревне на границе страны Огня, повергнув тем самым своих подруг в настоящий шок.
- Вы просто ничего не понимаете! Я хочу забыть, и здесь самое подходящее место, чтобы начать все заново!
- Совсем сдурела?! – орала Ино, не обращая внимания на недоуменные взгляды со всех сторон. – Из-за какого-то сопляка решила жизнь свою калечить! Найди другого и живи с ним долго и счастливо!
Спорили девушки довольно долго, но никакие уговоры не помогли переубедить Хинату, твердо уверенную в том, что никто из собравшихся не понимает ее боль и отчаяние.
И вот задание выполнено, и куноичи продвигались домой. Сакура вспомнила, как прощалась с подругой, думая, что уже никогда не увидит ее, заливалась слезами, а Ино просто взяла и вырубила девушку, ударив в живот, как всем показалось - с истинным наслаждением:
- Я просто не знаю, что мы скажем ее семье, когда вернемся домой без наследницы, – такое объяснение устроило всех, и, предварительно влив в Хинату небольшую дозу снотворного, команда выдвинулась домой.
Первым, кого встретили куноичи, прибыв в Коноху, был Киба. Пока он находился в трансе от количества вылившейся на него информации, девушки спихнули ему на руки начинающую просыпаться Хинату и быстро скрылись, предварительно попросив парня отвести напарницу домой.
- Эээ… я не совсем понял, что от меня требуется, - начал было Киба, но куноичи уже и след простыл.
- Ммм… где я?
- Хината, ты в порядке?
- Я? – девушка в недоумении уставилась на лицо друга и тут же удивленно раскрыла глаза. Она вспомнила, как Ино ударила ее, а потом - провал. Значит, ее насильно вернули домой. – Да. Все нормально.
Только сейчас она заметила, что ее держат на руках, бережно прижимая к груди, рядом сидит Акамару и жалобно поскуливает, явно не желая делить внимание хозяина с кем-то другим.
- Отпусти меня, – ступив ногами на землю, девушка поняла, что ослабла и вряд ли без посторонней помощи сможет куда-то пойти. Киба аккуратно подхватил ее за талию, чтобы она не упала.
- Ты уверена, что все хорошо?
Ответить девушка не успела – как раз в это время их заметил вездесущий герой Конохи.
- О! Хината! Так вы вернулись с задания!
- Да, - тихо прошептала девушка, не глядя на парня.
- А что с тобой? Заболела?
- Н… нет, – Наруто заметил, как она теснее прижалась к Кибе, пряча лицо на его груди. Взгляд опустился ниже и брови парня сошлись на переносице, когда он увидел руку Кибы, лежащую на талии Хинаты.
Ему стало неприятно. Как так получилось, что эту девушку обнимает другой парень? Она же влюблена в него, в Наруто! Чувство недовольства стало еще больше, когда он подумал, будто Хината могла сменить своего кумира, вот так запросто перекинув все внимание на Кибу: «Так не должно быть! Я здесь герой! И ей нужен я, а не этот собачник!»
- Хината, может, тебе помочь дойти до дома? – предложил Наруто, уверенный, что она согласится.
- Нет, – девушка даже не удостоила его взглядом, поэтому и не заметила отвисшую челюсть и удивленно расширенные глаза. – Киба-кун меня проводит.
С этими словами Хината вцепилась в своего напарника, не желая больше разговаривать с Наруто.
Парочка медленно направилась в сторону палаток клана Хьюга, в то время как Узумаки все еще стоял на улице, недоуменно глядя вслед девушке, не так давно смотревшей на него с таким обожанием, а сейчас уже в обнимку уходящей с другим.
- Я чего-то не понял, - промямлил парень, чувствуя, как что-то оборвалось в душе в этот момент: «Чего непонятного? Тебя только что отшили!» - во весь голос хохотал Лис, так, что тряслись решетки его клетки.
Скука смертная. Заняться абсолютно нечем, и этот лес скоро превратится в гору золы, потому что тренировки – единственное, что помогает избавиться от назойливых мыслей о розоволосой девчонке.
Самому себе ни за что бы не признался, но Саске скучал. Вот уже пятый день ее нет в деревне, а он весь извелся, накапливая обиду за то, что Сакура все время трепалась о том, как он ей дорог, но не посчитала нужным сказать, куда идет. Да как она посмела отнестись к нему с таким безразличием, и почему его это так задевает? Он злился с каждым разом все больше, потому что понимал - ему совсем не безразлично все, что с ней связано.
Лес вокруг уже лишился большинства своих самых могучих собратьев, от которых остались одни только обгоревшие пеньки, все еще дымящиеся и тлеющие.
Ерунда. Такие ничтожные нагрузки никогда не смогут изгнать из головы уже успевшую там как следует ужиться Сакуру. Только чакру зря потратил. Хотелось рычать от злости и биться головой о землю - лишь бы помогло.
- Веселимся?
И как этот мужик его постоянно находит, где бы он ни был.
- Интересно… - Тай окинул взглядом всю эту искусственно созданную поляну, больше похожую на круг ада с черной землей и выжженной травой. – Ты бы поосторожнее с катоном, а то вдруг заденешь кого?
Видимо, он себя имел в виду, потому что на левой руке отчетливо виднелось красное пятно – ожог. Саске про себя мстительно усмехнулся: наконец-то, возмездие достигло этого узурпатора.
- Плевать. Зазевался - не мои проблемы.
- Так скучаешь по малышке, что пол-леса спалил… Не думал, что она так важна для тебя.
Уголок губ нервно дрогнул, а руки зачесались в желании сложить печати и поджарить командира еще раз, только теперь умышленно. Какое право он имеет совать нос в его дела, да еще делать вид, что так оно и должно быть?
- Не твое дело, – нет, совсем другое надо было ответить: опровергнуть, придумать другой предлог - но только не это. Теперь он сам себя выдал, и виной всему эмоции, которые уже пятый день не хотели забираться обратно в тесный ларец.
- Какие мы нежные, да, Учиха? Девочка бросила, и ты чуть ли не рыдаешь.
- Отвали, – еще одно слово и единственным, кто тут рыдает, будет этот АНБУ.
- Не получится. Нужно не допустить искоренения всей лесополосы. Будем тренироваться вместе. Только запомни, мальчик: я не собираюсь тебя жалеть. Отвлечешься - умрешь.
- Посмотрим.
Солнце уже вставало и ужасалось, насколько окружающий ландшафт переменился с тех пор, как оно покидало место своей работы вечером. Обуглившиеся пеньки, выжженная трава, выкорчеванные с корнем деревья, истыканная кунаями земля, в крошку стертые камни. А посреди всего этого кошмара без сил лежали два шиноби, тяжело дыша.
Давно у него не было такой тренировки, когда все чувства напряжены до предела, когда одно неверное движение может стоить оторванной конечности, когда адреналин приливает в кровь сильнее, чем в самый разгар смертельной битвы. Он был твердо уверен, что только такая тренировка способна сделать из третьесортного ниндзя настоящего шиноби, если, конечно, тот сможет продержаться до конца.
Повернул голову и довольно хмыкнул – рядом точно так же, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, лежал Тай.
- Неплохо, малыш.
- Ты тоже.
Возможно, для кого-то другого эти слова казались брошенными объедками собаке с господского стола, но только не этим двоим. Броские фразы с витиеватыми эпитетами – не для них. Для Саске же это простое «неплохо» было желаннее, чем восхищенные вопли. Сейчас похвала Тая была знаком признания его как достойного шиноби, и это приносило столько же радости, как в тот день, когда отец похвалил за освоение катона. Не думал парень, что когда-нибудь он снова испытает это чувство. Когда же этот человек успел завоевать такое уважение? Ведь все, что он делал, должно было вызывать только злость и ненависть.
Немного отдышавшись, шиноби начали подниматься, не уступая друг другу даже в таком деле. Обратный путь до деревни проходил в молчании – оба сосредоточились на том, чтобы, не уронив достоинства, добраться до деревни и заняться каждый своим делом.
Еле передвигая ноги, Саске, наконец, добрел до палатки. Люди, проходившие мимо, смотрели на последнего Учиху, как на диковинное животное не потому, что он был единственным представителем клана. Вид у него был еще тот: когда-то белая рубашка теперь приобрела стойкий серо-черный цвет и свисала с пояса, цепляясь за катану; тело покрыто ссадинами, и запекшаяся кровь уже давно смешалась с грязью; лицо тоже не отличалось чистотой, и только яркие черные глаза с красными сосудами, вздувшимися от напряжения и бессонницы, сверкали на нем, как начищенные стекла; грязные волосы были подпалены собственными дзюцу и теперь бесформенными патлами свисали по бокам лица.
Но сейчас его это мало волновало. Хоть чувство отвращения к своему грязному и потному телу преобладало над многими, но вот смертельную усталость перебороть так и не смогло. Саске повалился на спальник, как бревно. Он думал, что изнурительная тренировка выветрит из головы все посторонние мысли, и не ошибся. Все, о чем он думал в порыве этого испытания, был план того, как одолеть противника. Но стоило только всему завершиться, как переживания вернулись обратно, и девчонка с живыми зелеными глазами снова захватила в плен все его мысли: «Ладно. Делай, что хочешь. Сейчас я просто не в состоянии тебя прогнать…» Он уснул, видя ее широкую улыбку.
Тсунаде требовала немедленного отчета, но Тай упорно молчал.
- Я в последний раз спрашиваю, что произошло и почему ты в таком виде?
- Тренировка, Хокаге-сама, – она уже начинала злиться. Конечно, после физических упражнений люди немного помяты, но не настолько же! АНБУ выглядел как после потасовки: с множественными ожогами по всему телу и в обуглившейся форме.
- Ладно. В таком случае я жду отчета.
- Ничего нового. Действия Учихи подозрений не вызывают.
– Черт! Неужели он действительно вернулся?
Тсунаде в это совсем не верилось – слишком все гладко выходит. Такие люди, уйдя единожды, не возвращаются просто так, из прихоти. Она знала - у мальчишки всегда были свои цели, которые не для всех были понятны, а сейчас не были понятны и ей. Что же привело его в Коноху? Когда он раскроется?
- А как насчет второго задания?
- Также. Сближения не наблюдается, – он знал, что по головке за это не погладят, но все равно продолжал упорно молчать об отношениях молодых людей. Мальчишка меняется и сам этого не осознает. Для других он все такой же холодный и бесчувственный, но Тай видит, что все эти мимолетные изменения как будто волны постепенно подтачивают камень, делая его гладким.
- Хорошо. Продолжай наблюдение и… приведи себя в порядок. Ужас какой-то.
- Есть, – Тай покинул кабинет, под пристальными взорами куноичи, толпившихся в коридоре.
Сакура во все глаза смотрела на потрепанного бойца АНБУ в грязной, потрескавшейся маске. Его облик был странно знакомым, но вот где она его встречала, припомнить не могла.
Теперь настала их очередь отчитываться за задание. Тсунаде, как всегда, молча слушала, читая какие-то документы, и у девушек зародилась слабая надежда на то, что все пройдет гладко, но она не оправдалась. Хокаге, наконец, дочитала и подняла голову, нахмурив брови.
- Где Хината?
Куноичи замялись, Тен-Тен опустила голову, уставив виноватый взгляд в пол, Ино сделал вид, что осматривает стены, но получила локтем в бок.
- Что?
- Ты виновата, ты и отвечай, - злобно прошипела Сакура.
- Кхм… ну, в общем… Хината… она… ранена.
- Насколько тяжело?
- Думаю, смертельно, - все в шоке уставились на Ино, которая как ни в чем не бывало рассматривала свои ногти.
- И почему вы ей до сих пор не помогли?
- Боюсь, это не лечится… - таким же обыденным тоном произнесла Яманака.
- Ерунда. Так куда она ранена?
- В голову, – Тсунаде уже вставала из-за стола, решив мчаться на помощь куноичи.
- Так что с ней? Сотрясение, Черепно-мозговая? Что?
- Ничего из перечисленного. Проблемы у нее совсем по другой части, – тут Ино картинно покрутила у виска, без слов давая понять, о какой ране идет речь.
- Вы тут шутить со мной вздумали?! – рявкнула Пятая, со всего размаху ударяя ладонью по столу, так, что все бумаги разлетелись в разные стороны. – Где Хьюга? Спрашиваю последний раз!
- Уже дома. Мы отправили ее к родным до того, как идти сюда.
- Так. Ладно. Пропустим ваши идиотские объяснения. Что с заданием?
Тен-Тен сразу же подхватила инициативу, как командир группы, давая полный отчет всему, что они успели сделать. Шпионаж не принес больших результатов, так как Ино была раскрыта. Поэтому девушки мало что могли сказать о странном волнении по ту сторону границы, чувствуя вину за то, что не смогли выполнить такой простой миссии.
Весь день свободна. Все-таки Пятая сжалилась над девушками и отпустила на сегодня по домам, разрешив отдохнуть.
Сакура не знала, чем себя занять. В больницу идти не хотелось, домой тоже, а к Саске – просто боялась.
Коноха уже походила на ту деревню, которая была раньше – кроме госпиталя везде красовались новые дома, ресторанчики постепенно заполняли улицы, достраивалась баня. Девушка шла по улице, пиная камешки, когда наткнулась на здание книжного магазина, одиноко притаившегося сбоку от дороги.
Она толкнула двери, вдыхая запах нового помещения – свежевысохшей краски и новых деревянных стеллажей. Видимо, магазин еще не открылся, потому что кругом в коробках и связках аккуратными стопками лежали книги, все абсолютно разные – от огромных научных фолиантов до детских сказок в ярких обложках.
Хозяин – маленький старик в очках с такими толстыми линзами, что глаза через них казались огромными, как у голодного котенка, кряхтя, ставил книги на полки, время от времени вытирая пыльные руки о передник.
Он обернулся на звон колокольчика, заметив Сакуру.
- Доброе утро.
- Доброе, – девушка тихо прохаживалась мимо новых изданий и старых книг, уцелевших после бесконечных несчастий, наваливающихся на горожан, пока не остановилась у большой стопки с медицинскими справочниками и энциклопедиями. Преследуя чисто профессиональный интерес, она перебирала книги, читая названия, иногда открывала их, слушая хруст переплета и шелест недавно отпечатанных страниц. Переложив так книг пять или шесть, Сакура нашла в этой стопке издание, вряд ли имеющее сходство с медициной.
– Ээээ… я… можно мне ее купить?
Старик обернулся. Он совсем забыл о посетительнице, занятый раскладыванием товара, и сейчас смотрел на девушку, будто она только что вошла. Затем он опустил взгляд на книгу, которую она держала в руках, а Сакура покраснела под этим пытливым взглядом.
- Вы уверены, что это именно то, что вам нужно?
- Д… да… - ей было неловко. Вдруг кто-нибудь узнает о странной покупке, тогда держись!
Старик пожал плечами. Сколько уже застенчивых девушек покупали подобные издания просто из любопытства, и все краснели и смущались. Это не его дело.
Покупка сделана, и Сакура, боязливо пряча приобретение в подсумок, побежала в свою палатку, плотно задергивая полог, полная уверенности, что это именно то, что нужно.
Половина дня уже прошла, когда она перелистнула очередную страницу, снова покрываясь румянцем с ног до головы. Неужели люди способны решиться на такое? Даже вторая половина Сакуры в полном шоке следила за повествованием, не решаясь высказать собственное мнение. Смелости вряд ли хватит пойти на такое, но нужно собраться. С другой стороны, как отреагирует Саске на такое предложение? И снова румянец на все лицо, когда она представила, как будет объяснять парню, чего хочет.
Была не была! Сакура положила книгу на свой косо сколоченный комод и вышла на улицу, решительно шагая в сторону палатки Саске. Пока смелость не покинула, она вошла внутрь, застав парня за надеванием рубашки, мокрые волосы сосульками свисали с головы. Он стоял спиной ко входу, но прекрасно понял, кто его неожиданный гость – слишком знаком был звук этих шагов.
- Привет!
Даже не обернувшись, Саске продолжил свое занятие. Возможно, поступал глупо, но не мог перебороть себя. Если пренебрегают им, то он будет отвечать тем же.
Саске? – никакой реакции. Это было странно – раньше он хотя бы взглянул бы в ее сторону, а сейчас ведет себя так, будто не слышит. – Саске…
Такой холодный прием больно ударил по уже и так порядком расшатавшимся нервам куноичи, но она попыталась успокоиться – знала же, что за это время парень вряд ли о ней вспомнит.
Девушка обошла угрюмого парня и посмотрела в его надменное лицо, через силу натягивая улыбку. Саске вот уже вторую минуту продолжал надевать рубашку, делая вид, что в палатке кроме него никого нет.
- Саске… - и снова молчание. Странно, но вместе со злостью, поднявшейся на такое приветствие, на глаза навернулись слезы. Она никак не могла понять, почему испытывает настолько разные чувства: одновременно хотелось и кричать, и реветь, и кинуться к нему в объятья, и разорвать на кусочки. – Почему ты не отвечаешь? Что я такого сделала?
Голос треснул на самом последнем слове, потеряв всю свою твердость. Саске поднял глаза, всматриваясь в ее уже искривившееся лицо, готовое заплакать. Странно, но последнее время он не мог смотреть на эти огромные в призме слез глаза спокойно. Было желание отбросить все свои цели, все планы и мысли и просто вытереть эти слезы, уже стекающие по щекам. И почему его вдруг стало задевать то, что именно он является причиной этим прозрачным каплям? Почему захотелось отступить, сказать что-нибудь, от чего вместо слез появится улыбка, сделать что-нибудь, от чего вместо всхлипываний будет смех?
Сакура посмотрела в его глаза и увидела в них странную тень, которой там никогда раньше не было - мелькнула, как черная кошка, и исчезла, снова уступая место непробиваемому холоду. Возможно, она была там всего секунду, но и этого краткого мига хватило, чтобы девушка сорвалась с места и прижалась к Саске, заливая слезами только что надетую рубашку:
- Я… я так соскучилась, а ты… - он стоял, не шевелясь, не в состоянии сделать хоть что-то. Этот надрывный лепет пробивался сквозь все его барьеры, просачивался через все так тщательно заколоченные трещины, сковывая тело. И только глаза сверкали таким давно забытым теплом – она вернулась: плакса и задавака, шумная и сумасшедшая, но она здесь. Парень пытался справиться с этими внезапно нахлынувшими чувствами, не желая подчиняться их мягкому давлению.
Сакура подняла голову, но снова увидела в этих глазах только свое отражение. Никаких чувств. Но сегодня она обязательно заставит его отбросить этот ледяной панцирь.
Вспомнилась сегодняшняя покупка, и румянец заплясал на щеках яркими красными вспышками.
- Что? – подозрение закралось в душу, когда он всмотрелся в лицо девушки. Она смотрела уже как-то совсем по-другому, не жалостливо, а будто хотела продырявить его взглядом.
- Я… ну… это… - цвет лица Сакуры быстро менялся из ярко-красного в смертельно-белый, когда она представляла себе все то, на что уже согласилась со своим внутренним «Я». – У меня к тебе… просьба… так сказать…
Сакура быстро повернулась, так что они поменялись местами – теперь парень стоял лицом ко входу. Затем последовал мягкий толчок, от которого он слегка отклонился, наконец, догадавшись, в какую сторону клонит девушка – сзади был спальник.
- Я… хочу все сама сделать… - Саске только хмыкнул, глядя, как подрагивают ее руки и лицо полыхает ярче вспышек катона.
Она вела себя необычно – раньше боялась даже заикнуться о таких вещах, одним взглядом выражая желание, а теперь брала инициативу в свои руки. Саске решил посмотреть, что будет дальше, поддаваясь ее мягкому давлению.
Сакура остановилась, закусив нижнюю губу, не зная, с чего начать, и решила воспользоваться старым проверенным способом – поцелуем. Его губы были такими пьянящими, что она готова была забыть все, снова ощущая эти восхитительные эмоции, но одернула себя - не это сейчас является ее целью. Нехотя отстранившись, девушка стала снимать его рубашку негнущимися пальцами, а лицо заалело еще ярче.
«Глаза боятся, а руки делают, – вторая Сакура в нетерпении подстегивала стеснительную сестрицу, - вперед, подруга!»
Остались только штаны, девушка закусила губу, но снимать их не стала, толкая парня на спальник и падая следом, когда он уцепился за ее талию.
- Ты специально, - в очередной раз вспыхнула Сакура, поднимаясь на колени и оказавшись тем самым верхом на Саске. Он уже потянулся к молнии на ее кофте, когда получил легкий удар по ладони. - Нет. Я сказала, что все сделаю сама, – ее самоуверенный тон вызвал усмешку – он в любой момент может вернуть себе первенство в этой игре. Но Сакура догадывалась, что парень так просто не сдастся, поэтому схватила его запястья, прижимая к матрасу. Нити чакры сковали руки – не сильно, но все же достаточно, чтобы удержать его от свободы действий, хотя этого не хватит, чтобы Саске не смог вырваться.
Он молча смотрел на свою пленительницу. Эта игра не совсем ему нравилась – парень привык всегда и во всем быть первым, быть хозяином положения, а тут нужно уступить первенство. Ну что ж, он мог позволить ей покомандовать. В конце концов, прервать все это можно в любой момент.
Сакура замерла, положив свои ладони на его грудь. И что теперь делать? Она вспомнила все, что прочитала, и снова предательский румянец вспыхнул на щеках. Саске пристально наблюдал за ее действиями, и это нервировало больше всего, но нужно перебороть себя – слишком многое зависит от этого.
Пальцы слегка царапнули кожу, отчего она немного покраснела. Сакура наклонилась, оказавшись совсем близко от пристальных глаз. Снова стало стыдно, и она прикрыла его веки ладонью, прижимаясь к губам, сложенным в холодной усмешке.
Поцелуй прервался и через несколько секунд он почувствовал ее прикосновение на своей шее. Девушка сначала лизнула, а потом прикусила жилку на коже, почувствовав, как под ладонью дрогнули его веки. Она улыбнулась: «Значит, еще не все потеряно».
Губы плавно спускались вниз, иногда чуть покусывая кожу. Сакура несколько осмелела, заметив реакцию Саске на свои действия. Он вдруг вздрогнул, почувствовав, как влажные губы обхватили его сосок: «Черт, где она понабралась этого всего за шесть дней?» Пока она дразнила его, руки продвинулись ниже, дергая за шнурки на брюках. Один миг – и он уже полностью обнажен, в то время как Сакура все еще в одежде. Девушка как будто прочитала его мысли и медленно расстегнула замок своей безрукавки. Сейчас глаза были свободны, и Саске пристально наблюдал за тем, как она скинула кофту, а затем и лифчик, все-таки немного покраснев. Юбка и шорты полетели следом вместе с нижним бельем.
Сакура опьянела от этих новых для себя ощущений – сейчас она командовала, а Саске вынужден был ей подчиниться. Сейчас она могла позволить себе делать все, что хочет, и он не остановит ее.
Девушка снова склонилась над ним, целуя живот и спускаясь ниже. Он замер, понимая, что она собирается сделать, но не угадал – Сакура нежно провела кончиками ногтей по внутренней стороне его бедер, а затем повторила этот путь языком. Он прикрыл глаза, чувствуя, что скоро будет не в состоянии прятаться за ледяной маской, желая как можно быстрее вернуть контроль над ситуацией, Саске дернул руки, пытаясь освободиться из пут. Но оковы держали довольно крепко, а Сакура уже коснулась кончика его плоти языком, заставив его сжать кулаки и шумно вздохнуть от неожиданности, забыть, что он только что собирался сделать.
Она опять улыбнулась, услышав тихий вздох. Ей так понравилась новая роль, что девушка решила не останавливаться на достигнутом. Саске лишь в очередной раз дернулся, не имея сил устоять под ее мягким натиском.
- Черт, - все, что сейчас делала Сакура, никак не укладывалось в голове и поэтому заставляло реагировать еще сильнее. Лицо уже потеряло равнодушное выражение: брови сведены, глаза зажмурены, а рот приоткрыт в беззвучном стоне. Он снова дернул руки, пытаясь освободиться и чувствуя, как чакра поддается. Еще чуть-чуть…
Девушка медленно поднялась, скользя по парню всем телом, слыша, как он неровно дышит, и снова улыбнулась - она победила. Сакура легла так, чтобы его плоть прижималась к ее, но не имела возможности пройти дальше, и поерзала, в который раз слыша такой сладкий для нее вздох. Очень медленно она начала садиться, чувствуя, как Саске весь напрягся, сжимая кулаки.
Наконец, нити ослабли и выпустили его из плена. Руки ухватили девушку за ягодицы и потянули вниз. Теперь пришла ее очередь вздыхать от удовольствия – Саске снова взял контроль на себя.
- Хватит, – Саске дернул ее на себя и быстро перевернулся, оказавшись сверху.
Сакура уже открыла рот, чтобы возразить, но так ничего и не произнесла, она почувствовала толчок внутри себя, снова задохнувшись. Уже было наплевать на все – она обхватила талию парня ногами, прижимаясь как можно теснее, одними губами выдыхая такое любимое имя.
Все равно было и Саске – разум не хотел снова становиться холодным и расчетливым, расплавленный ее неумелыми ласками. Все, что сейчас оставалось - это последовать примеру Сакуры, в забытье выгибающейся всем телом. Волна удовольствия заставила зажмуриться и без сил повалиться на девушку, уже затихшую после очередного вздоха.
Такого он никогда не испытывал, удивляясь, как этой девчонке удалось сломать все замки его самоконтроля так быстро. Мысли вернулись в привычное русло: «Все это зашло слишком далеко. Я стал зависеть от нее. Пора с этим заканчивать».
Девушка мирно лежала рядом, прижимаясь к нему, и радостно улыбалась, не подозревая, какие мысли в голове у Саске.
Он резко встал, собирая свои вещи и кидая Сакуре ее безрукавку.
- Собирайся и уходи.
Девушка села на спальнике, не совсем понимая, чего от нее хотят.
- Что?
- Собирайся и уходи отсюда.
- Почему? – она ничего не понимала. Только что все было так замечательно, а сейчас он требует ее ухода.
-Ты мне надоела.
- Саске, но почему? Тебе ведь нравится быть со мной… - цепляясь за последнюю надежду, Сакура в шоке сидела на спальнике, с силой сжимая дрожащие руки, продолжая задавать вопросы и получать горькие ответы.
- Глупости, - он все же смог изобразить холодную усмешку, избегая ее взгляда. Да, девушка была во всем права – рядом с ней было хорошо, спокойно и совсем не одиноко: «Нет, мне это все не нужно». – Ты сама ко мне приходила. Я давал тебе то, что ты хотела. Но мне эти игры наскучили. Ты раздражаешь. В последний раз повторяю – иди домой.
Сакура больше ничего не сказала, не в состоянии пошевелиться. Саске ведь был прав – она действительно приходила сюда сама, но… разве он сам не рад был ее приходу? Никогда ничего не говорил, не прогонял. А сейчас… В глазах вдруг потухла золотая искорка, и из блестящих изумрудов они превратились в фальшивую подделку с тусклым свечением.
Девушка молча поднялась, спокойно оделась и направилась к выходу:
- Я тебя ненавижу, – тихие слова, и она исчезла.
Саске стоял, разглядывая полог. «Ненавижу» - это слово, как тысячи кинжалов, воткнулось в сердце. Он ведь думал, что его это не должно волновать, но волновало. С каждым звуком этого слова сердце больно сжималось, и он понимал, что стал еще более одиноким, чем раньше. Теперь она его ненавидит. Ненавидит. Он уже сделал шаг, желая догнать, остановить, заставить забрать эти слова назад, вернуть ее, но остановился, больно сжимая кулаки. Нет. Все правильно, так и должно быть. Именно этого он добивался минуту назад. Вот только сердце не хотело мириться с таким суждением, всеми силами стремясь к ней и снова проигрывая битву рассудку.

52

Их чувства. Глава 20.

- Такой солнечный день… и куда все подевались? – Наруто брел по улицам, задаваясь этим нехитрым вопросом вот уже третьи сутки. Было скучно изо дня в день ничем не заниматься.
Тренировка не получалась должным образом, и его друзей не было рядом, чтобы провести с ними время: Сай на очередном специальном задании, что так бесило, потому что ему-то их не давали, да и Сакуру найти никак не удавалось.
Мысли снова вернулись к Хинате, которая отвергла его помощь. Как же так получилось?
Но ответ на вопрос найти не удалось, потому что мимо пронесся Саске, сбив парня с ног.
- Придурок! Ты чего творишь?! – Но Учиха не остановился, продолжая свой путь, расталкивая прохожих, грозящих вслед шиноби кулаками.
Наруто поднялся с земли, отряхивая штаны, продолжая обзывать своего друга последними словами, когда заметил Суйгетсу, Карин и еще одного шиноби, спешащих к резиденции Хокаге.
- Да что за день-то сегодня такой!? Все несутся куда-то! Эй вы! Стойте!

Все впустую. Все это было зря. Зачем он возвращался в Коноху, если не нашел тут того, что искал? Он, как дурак, откладывал поиски только по одной причине – из-за Сакуры, не желая искать ответы на свои вопросы. Теперь он их знает. Третий день занимался сбором информации и вот результат – этот человек уже давно мертв. А ведь Коноха не настолько огромна, чтобы нельзя было получить ответ за два месяца.
Саске бесцельно брел по улице, зная, что должен сделать теперь – уйти. В этой деревне его больше ничего не держит… почти. Вот уже третий день он не преставая думает о тех брошенных на прощанье словах: «Я тебя ненавижу». Снова непроизвольно сжались кулаки. Хорошо, что он за эти три дня с ней ни разу не встретился, просто чувствовал, что увидев, наплюет на все и заставит вернуться.
В палатке было тихо. Суйгетсу и Карин ждали его с кислыми выражениями на лицах, и вовсе не очередная перебранка была причиной - они уже все знали. Саске не нашел то, что искал, а значит, еще одна страница их жизни перевернется – снова в путь. Впервые, не хотелось покидать место очередной остановки, ставшей новым домом, которого у них не было так давно.
Саске прошел внутрь, притворившись, что не замечает этих недовольных взглядов, брошенных в его сторону. На стуле лежал какой-то странный сверток.
- Чье это?
- Не знаю. Когда мы пришли, он тут уже был. – Суйгетсу обиженно отвернулся, зная, что пытаться переубедить Саске то же самое, что пытаться сделать из океана пресноводный водоем.
Парень подошел к стулу, развернул толстый конверт. Слова на маленьком клочке бумаги, видимо, оторванном от какого-то свитка, повергли его в шок. Быстро заглянув в конверт, он достал оттуда еще один листок и красную бандану Сакуры.
Ни слова не говоря, Саске выбежал из палатки, бросая письмо, которое плавно, как перышко опустилось на пол.
- Что это с ним? – удивился Суйгетсу, впервые наблюдая настолько взволнованного напарника. Он подобрал брошенное послание, тоже вчитываясь в строчки и ехидно ухмыляясь. – Интересно.
- Ну, что там? – парень передал записку Карин, и захихикал, когда злобный румянец покрыл щеки девушки. – Твою…
- Надо догнать его.
Шиноби вышли из палатки, намереваясь последовать за напарником, когда прямо перед ними появился Тай.
- Где Учиха? – они замялись, не желая выдавать товарища, да и вообще не имея особого удовольствия разговаривать с командиром. – Я спрашиваю, где Учиха?
Карин бросила беспомощный взгляд на Суйгетсу, ища в нем поддержку, тот только кивнул, и девушка протянула Таю листок:
«Бедная девочка… Так страдала… Но теперь она у меня. Если хочешь, увидеть – найдешь меня по этим координатам. Протектор подтвердит, что я не лгу.
И поспеши, а то девушка может не дождаться».

Тай оторвал глаза от листка, всматриваясь в лица шиноби, стоящих перед ним.
- Быстро к Тсунаде-сама. – Никак он не предполагал, что все обернется этим. Хокаге должна знать о случившемся, и еще неизвестно, что она сделает с ним за то, что молчал все это время.
Конечно, лучше бы они последовали за Саске, но Тай никогда не выходил на миссию, не узнав хоть что-то о своем враге и не проработав плана. По лицам двух шиноби стало понятно, что они прекрасно знают, кто стоит за этим похищением. Проблема была в другом: эти двое не раскроют рот хотя бы из-за того, что терпеть не могут своего командира.
На пути их догнал Наруто, требуя разъяснений.
- Куда это вы так спешите?
- Отвали, мелкий! Не до тебя сейчас! – Сйгетсу глянул на парня, думая, что еще его им не хватало.
- Я не мелкий! – Наруто решил выяснить, что стряслось. Если у его друга проблемы - нужно помочь.
Тай покосился в сторону шиноби, но промолчал. Возможно, им понадобится помощь, поэтому парнишка, как нельзя кстати. Лишь бы успеть доложить Пятой и отправиться в путь.

И как можно было так попасться?!
Сакура лежала, раздумывая над деталями той недолгой битвы, и до сих пор корила себя за то, что потеряла бдительность. В итоге, теперь она связана по рукам и ногам, валяется на холодном каменном полу в кромешной тьме и не может пошевелиться. Сколько времени прошло уже с этого злосчастного похищения? Час, день? Она не знала. Вокруг была темнота, от которой хотелось выть, но девушка стискивала зубы. Веревки держали крепко, и вырваться никак не удавалось – да, видимо, тот урок, на котором обучали технике освобождения, они с Наруто вместе прогуляли.
Левое плечо было вывихнуто и нестерпимо болело, все тело покрыто ссадинами, губа разбита.
В мертвенной тишине слышно только собственное дыхание, да шуршание крыс в противоположном углу. Девушка недоумевала: зачем она понадобилась ему? Что задумал этот человек?
Но размышление прервал гул шагов по коридору. Со скрипом открылась дверь, впуская тусклый свет, на миг осветивший помещение, в котором она провела все это время: грязный пол, покрытый толстым слоем пыли, голые каменные стены и та самая кучка крыс в углу, испуганно разбежавшаяся по норам, как только открылась дверь.
Ее, как мешок, взвалили на плечо, даже не подумав о плачевном состоянии, и куда-то понесли. Что это будет? Очередная дыра с мерзкими тварями по соседству или нет? Возможно, сейчас она завершит свой путь и отправится на небеса?
Яркий свет – как дверь в тот самый мир, куда все мечтают попасть после смерти, но это всего лишь выход. Ее тюрьма находилась в лесу, под тенью вековых деревьев. Здесь уже ждал он – человек в черном плаще. Из под капюшона блеснули очки, когда он подошел к девушке, все так же, словно мешок, брошенной на траву.
Встал рядом. Через несколько мгновений темная тень мелькнула в чаще – кто-то приближался. Птица взволнованно вспорхнула со своего гнезда, когда неизвестный приземлился на землю с ветки.
Сакура во все глаза смотрела на вновь прибывшего: меньше всего она ожидала увидеть здесь его. Саске же, как всегда, бесстрастно смотрел на своего противника, даже не взглянув в ее сторону.
- Ты вовремя. Еще немного, и я бы устал ждать.
- Отпусти ее. – Он пытался, правда, пытался мыслить холодно и равнодушно, как обычно. Но ничего не получалось. А сейчас, увидев Сакуру в таком состоянии, парень просто клокотал от ярости, сжимая катану так, что костяшки пальцев белели. «Надо сдержаться. Спешка ведет только к ошибкам, а ошибки к смерти», - но никакие уверения не помогали. Она жива, но все еще в смертельной опасности… и все из-за него.
- Ну-ну.. не торопись, Саске-кун. Я хочу, чтобы ты погостил здесь недолго…
И так было ясно, к чему все это – ублюдок не смог справиться с ним в честном бою и теперь решил использовать все возможные средства.
Саске стоял неподвижно, активировав Шаринган, в напряжении думая, как освободить девушку и убить этого мутанта.
- Брось оружие.
- Пфф… отними.
Злобный оскал было видно даже в тени капюшона, надвинутого на лицо.
- Не ты здесь ставишь условия.
Резкая боль, когда дернули волосы, и к горлу покатил комок, когда Сакура почувствовала острое лезвие у своей шеи.
- Брось!
Раздумывать было некогда, и Саске разжал ладонь, отшвыривая клинок, упавший в зеленую траву.
- Совсем спятил?! – Сакура импульсивно метнулась вперед, поддаваясь эмоциям, и тонкая алая струйка вмиг сбежала по коже, скатываясь за воротник.
Он дернулся, заметив эту рану, и дав врагу еще один шанс убедиться – эта девчонка важна для Саске. Хитрая усмешка скривила ту часть лица, что была видна из-под капюшона, а кунай поплотнее прижался к шее пленницы.
- Если используешь Шаринган – ей конец.
Убить этого ублюдка будет не сложно, но что если не успеет? Взгляд на Сакуру: она еле стояла на ногах, но держалась, лишь бы не казаться ему слабой.
Глаза снова черные и непроницаемые. В этот раз на карту поставлено слишком много, чтобы он мог так безрассудно рисковать.
- Хороший мальчик.
- Чего ты хочешь?
- Всего лишь уничтожить тебя. – Саске напрягся. Если он решит убить его сейчас, то все это было напрасно – Сакуру в живых точно не оставят. – Но сначала… Хочу вскрыть твое тело и узнать, что кроме Шарингана так привлекло Орочимару-сама.
- Хорошо. – Теперь хотя бы ясно - у них есть время, чтобы придумать план и выбраться отсюда, прикончить этого гада, и больше никогда не иметь подобной проблемы.
- Уходи отсюда! Чего приперся?! – Не нужны ей эти бессмысленные жертвы. Да и зачем он вообще это делает? Саске же ясно дал понять, что она для него всего лишь очередное развлечение.
- Не слушай ее. – Удар по щеке, и девушка почти без сознания повисла на руке своего мучителя.
Парень заскрежетал зубами оттого, что не может ее защитить сейчас. Нужно потерпеть, и этот фанатик заплатит за все.
Ему завязали глаза и стянули руки за спиной толстой веревкой так, чтобы нельзя было сложить ни одной печати. Провели по коридору и заперли. Так даже лучше. В одиночестве можно привести свои эмоции в порядок. Им нужно время, но его, как всегда, катастрофически не хватает. Он не собирается умирать здесь на операционном столе с вынутыми внутренностями, чтобы позабавить этого чокнутого Кабуто.
Удалось выиграть около часа, пока этот очкарик подготовит все для своих пыток. И все-таки он неисправимый идиот, раз считает, что эти веревки смогут удержать его здесь. Еще немного и вот она – свобода, хотя… проблем еще слишком много, чтобы можно было радоваться.
Саске замер, прислушиваясь к звукам снаружи: кто-то шаркает ногой - значит, охрана, как и предполагалось. Мозг напряженно работал в поисках оптимального решения проблемы: ему нужно выбраться отсюда, найти Сакуру и убить этого очкарика, который отравляет ему жизнь несколько лет. Он корил себя за то, что до сих пор откладывал – сейчас никаких бы проблем не было.
План разработан, и парень немедленно приступил к его осуществлению. Оглушительный удар в железную дверь всполошил охранника, который и так с опаской поглядывал на закрытую камеру, боясь того, кто внутри: «Это же тот Учиха, что убил самого Орочимару. Черт! Я один с ним не справлюсь!» Еще один удар в дверь заставил охранника нервно вздрогнуть и отойти на расстояние:
- За…заглохни там, ублюдок! – шум прекратился, и шиноби почувствовал себя более уверенно.
Третий стук уже не так пугал охранника, и он, уже осмелев от своей первой победы, открыл дверь ступая в темноту камеры.
- Я сказал заткн… - договорить он не успел, получив удар по шее.
Саске холодно смотрел на бесчувственное тело, не испытывая ни капли жалости – идиотам не место в мире шиноби.
Осталось найти Сакуру. Пользуясь техникой перевоплощения, принять облик своего горе-охранника, закрыть дверь и направиться по коридору вглубь убежища.
Бесконечные туннели, связанные между собой узкими проходами, тусклое освещение и пронизывающий до костей холод – как все это было знакомо. Три года в этих катакомбах были необходимы, и он не испытывал к этому месту отвращения, впрочем, ностальгию они тоже не навевали.
Это убежище – одно из немногих уцелело, после смерти Орочимару. Все самые большие были уничтожены, но, видимо, Кабуто удалось сохранить информацию об этом месте в тайне, иначе шиноби Конохи не оставили бы тут все, как есть.
Где же ее держат? Саске шел по коридорам, вспоминая расположение комнат – если четыре стены без окон можно было так назвать. Завернув за очередной угол, он, наконец, увидел дверь, рядом с которой точно также стоял охранник. Вероятно, это именно то, что нужно.
Также неспешно парень подошел к двери.
- Ты чего это тут ошиваешься?
- Да, так.
Шиноби поднял глаза, чтобы взглянуть на своего коллегу и тут же застыл на месте. Ни одного слова не успело вырваться из его рта – Мангекьё Шаринган уже захватил сознание в свои смертельные объятья.
Саске был доволен, наблюдая, как человек сползает по стенке, падая бесформенной кучей у его ног.
Дверь оказалась не заперта, и парень несколько удивился такой беспечности. Он прошел внутрь, силясь в кромешной темноте разглядеть хоть что-то. Свет из коридора, наконец-то, добрался до противоположной стены, где неподвижно лежала девушка, чуть дыша. На щеке выступил огромный фиолетовый синяк от удара Кабуто, в уголке губ запеклась кровь, да и плечо сильно опухло. Грязные волосы нечесаными прядями спадали на лицо, но все равно казались диковинным чудом на этом грязном каменном полу.
Саске подошел ближе, садясь на корточки рядом с девушкой, которая так и не открыла глаза на его появление. Он дотронулся до ее здоровой щеки, вытирая грязь.
- Не трогай меня. – Голос был несколько хрипловат от той раны на шее, которая уже успела засохнуть и загрязниться от нескончаемой пыли этой душной камеры. – Зачем пришел?
- За тобой.
Эти слова, которые раньше обязательно подняли бы в душе волны радости, сейчас оставили только горький осадок – обида была слишком сильной, чтобы Сакура заметила такое необычное поведение парня, волнующегося за кого-то.
- Иди отсюда. Ты мне не нужен. Я сама смогу выбраться.
Холодно оглядев ее фигуру, Саске пришел к выводу, что она даже говорить с трудом, не то что передвигаться, может. К тому же, в его планы не входило бросать ее тут, даже если девушка не желает принимать его помощи.
- Сомневаюсь.
Больше не слушая протесты, Саске поднял ее на руки, все еще не развязав веревки.
- Отпусти меня! – взвизгнула Сакура, пытаясь вырваться, что у нее совсем не получалось – столько дней без воды и пищи так ослабили ее организм, что пошевелить ногой или рукой удавалось с трудом.
- Тихо.
Короткое слово, сказанное почти беззвучно, но все равно сохранившее интонацию, не терпящую никаких возражений, заставило ее замолчать и вспомнить о самом главном – они в логове врага.
Саске бесшумно передвигался по коридорам, злясь на то, что снова придется отложить последний бой с Кабуто – Сакуре срочно нужна помощь. Придется выбираться отсюда и, как позорным трусам, бежать в Коноху за подмогой. Ему претил такой поступок, но ничего сделать было нельзя – девушка на руках уже второй раз теряла сознание.
Выход был перед глазами, но он не торопился выбираться наружу. То, что его встретили час назад, говорило о том, что повсюду сидят шиноби, которые охраняют вход, чтобы ни одна живая душа не смогла проскочить незамеченной.
- Черт, - всех вычислить и обезвредить явно не удастся, да и состояние Сакуры, подталкивало парня к скорейшему решению этой проблемы.
Посадив девушку, снова провалившуюся в обморок, у стены, Саске прокрался к выходу. Два охранника у лестницы не успели почувствовать боли от удара кунаями в спину, которые он уже успел забрать у тех двух бедолаг внизу. Пополнив запасы оружия тем, что удалось найти у мертвых противников, Саске вернулся за Сакурой.
Еле разлепив глаза, она невидящим взглядам уставилась на его лицо.
- Где я?
Парень не обратил внимания на ее вопрос, следя за окрестностями, пытаясь быстро и незаметно прокрасться мимо возможных мест расположения шпионов Кабуто. Нужно как можно дальше уйти от этого убежища.
Он бы бежал без остановки, но Сакура явно не перенет такой долгой дороги. Вынужденный привал раздражал парня так же, как и то, что им пришлось сбегать поджав хвост, а не встречать врага лицом к лицу. Быстро разрезав веревки, Саске, наконец, освободил девушку, опять потерявшую сознание. Оглядевшись по сторонам, увидел дикую яблоню. Отлично.
И что делать? Сакура не хотела приходить в себя, надсадно дыша и абсолютно неподвижно сидя у ствола дерева. Шлепок по здоровой щеке принес небольшой результат – девушка нахмурилась и приоткрыла глаза.
- Ешь. – Конечно, больного вряд ли можно кормить яблоками, но что делать, если им нужно спешить?
- Не хочу. – Сакура попыталась поднять руку, чтобы оттолкнуть еду, но не смогла – мешал вывих плеча.
- Ешь.
- Оставь меня в покое. Дай я умру.
- Дура. – Саске больно сжал ее подбородок, заставив смотреть на себя. – Уже сдалась? Хочешь сдохнуть здесь, как последняя слабачка?
Слова подействовали, и в безжизненных глазах снова загорелся мятежный огонек.
- Я не слабая!
- Тогда ешь.
Она повиновалась, не отрывая своего ненавидящего взгляда от лица Саске. Жевать было трудно – челюсть болела от недавнего удара.
- Все. – Укусив всего два раза, Сакура поняла, что больше съесть не сможет – организм уже отвык от пищи, и эти два кусочка казались тремя тарелками с раменом.
Было так противно, что он кормит ее с руки, как какого-то домашнего зверька. Еще более отвратительно то, что без его помощи ничего не может сделать, даже встать. Какой же слабой и бесполезной она должна ему казаться.
Саске ощупал плечо куноичи под недовольным взглядом.
- Хватит лапать меня.
- И что будет, если не перестану?
Сакура злилась, прекрасно понимая, что не в состоянии сейчас защитить себя, и все слова звучат лишь пустой угрозой. Хотя для него они всегда и были таковыми – даже абсолютно здоровая она не смогла бы с ним сравниться. Девушка уже хотела высказать все, что думает об этом надменном хаме, когда почувствовала резкую боль в плече – Саске вправил вывих, отвлекая внимание на себя. Оторвав от рубашки лоскут, он забинтовал ее израненую шею, все также продолжая игнорировать нападки.
- Идем. – Хотел снова взять девушку на руки, но ей удалось оттолкнуть новоявленного помощника правой рукой.
- Я сама. – Опираясь все той же рукой о ствол дерева, Сакура пыталась подняться, но ноги не слушались и совсем не хотели держать тяжелое тело, постоянно разъезжаясь в разные стороны. «Я смогу!» - от усердия жилка вздулась на лбу, капельки пота стекали по лицу, но результат был тот же – сил не хватало подняться.
Саске надоело смотреть на эти жалкие потуги, и он без разговоров снова поднял девушку на руки, получив еще одну порцию протестов и оскорблений.
- Мне некогда с тобой возиться. – Сакура обиженно отвернулась, закусив губу, прекрасно понимая, что если бы не она, у Саске был бы шанс прикончить Кабуто, а не сбегать из убежища, стремясь поскорее доставить ее домой.
- Зачем ты все это делаешь?
Он не знал, что ответить, быстро перескакивая с ветки на ветку, пристально наблюдая за дорогой. Да и что мог сказать, чтобы не выдать себя? Ничего. Рассказать ей, что первый раз за столько лет по-настоящему испугался? Испугался, что не успеет спасти человека, который стал очень дорог, ведь когда-то был настолько слаб, что ничего не смог сделать. Его семья, его родные и друзья – все они были убиты, а он был так беспомощен, что просто бежал, желая сохранить свою жизнь. И сейчас - она стала той заменой этой самой семьи и тоже подверглась смертельной опасности. Саске как будто заново пережил все то, что случилось столько лет назад, и уже ни о чем не думал, когда пустился на ее поиски. В этот раз он сделает все, чтобы защитить то, что дорого. Все.
Опять молчание. Сакура прикрыла глаза, не желая больше мириться с бесконечным равнодушием. Она больше ничего не спросит у этого человека – он ей не нужен. Простого «спасибо» по возвращении будет вполне достаточно. В конце концов, это он виноват в том, что она попала в такую переделку.
Пока убегали, девушка успела кое-как залечить шею и синяк на лице, а также облегчить боль в левом плече. После таких несложных действий она чувствовала себя так, словно провела самую сложную в своей жизни операцию.
Силы были на исходе, и она опять закрыла глаза, практически засыпая на руках у Саске, продолжающего свой путь.
Он видел, что девушка устала, и понимал, что очередной привал просто необходим. Спрыгнув на землю, парень сел у толстого ствола, прячась в корнях, торчащих на поверхности земли. Конечно, не лучшее укрытие, но выбирать не приходится. Сакура уже спала, доверчиво прижавшись к его груди.
Сколько времени прошло, когда шиноби вдруг почувствовал постороннее присутствие? Час? Два? Он не знал, но чувство опасности подавало сигналы – они здесь уже не одни.
- Кого я вижу… - Кабуто спрыгнул с соседнего дерева, снимая капюшон своего неизменно черного плаща. – Никогда не думал, что девчонка тебе настолько важна, что решишь рисковать своей жизнью ради нее.
Саске осторожно положил спящую девушку на траву, вставая напротив врага, готовясь к любой опасности.
- Конечно, я знал ,что ты с ней решил поразвлечься… Но никогда не думал, что это может настолько тебя увлечь. Было забавно следить за вами все это время. Правда, твой новый друг несколько мешался. Этот, белобрысый из АНБУ.
Саске сжал в руке кунай, внимательно следя за тем, как Кабуто достал катану: «Ублюдок, это мое оружие».
- Интересный меч, правда? – Ехидно улыбнулся последователь Орочимару, играя кусанаги. – Будет еще забавнее убить тебя твоим же клинком!
Саске не стал ждать и напал первый, выпуская сюрекены в сторону Кабуто, который с легкостью отбил их.
- Знаешь, я всегда знал, что Орочимару-сама самый сильный саннин. Такому, как ты, никогда не удалось бы победить его! – Змеиная рука, пыталась достать Учиху, клацая бесконечными ртами с ядовитыми клыками, пытаясь обвиться вокруг ног или рук. Саске увернулся в последний момент, уходя от атаки, и снова метнул кунаи, которые пролетели мимо, воткнувшись в ствол дерева. Невидимая леска натянулась, давая возможность шиноби пропустить по ней разряды чидори.
Враг сумел избежать удара током, а Катон, пущенный вслед все по тем же ниточкам, опалил часть плаща, заставив Кабуто скинуть тлеющую накидку и злобно покоситься на парня.
Медик продолжал использовать техники Орочимару, явно упиваясь своей силой, посмеиваясь, видя, как змеи вынуждают Саске искать пути отступления и не дают применять дзюцу.
- Ничего ты без меча не можешь! – еще один выпад, и Саске отпрыгнул в сторону, открывая врагу дорогу к Сакуре, уже начинающей просыпаться.
Слишком поздно он понял свою ошибку, видя, как Кабуто злорадно улыбнулся, блеснув в полумраке леса своими очками. Новая цель этого фанатика еще не до конца пришла в себя, в недоумении оглядываясь по сторонам.
Лезвие кусанаги сверкнуло на лучах солнца, пробившихся сквозь густую крону, готовое в любую секунду пронзить тело куноичи, беспомощно сидящей у корней.
Зеленые глаза удивленно расширились, когда клинок проткнул плоть, мягко скользя между тканями, разрывая мышцы и выходя наружу. Кровь алыми лепестками падала на землю, окрашивая траву своими смертельными красками.
Саске схватился за лезвие, не давая возможности Кабуто вытащить клинок из своего тела.
- Ты ведь знаешь, Саске-кун, что кусанаги нельзя отбить… - Конечно, знал, поэтому и подставил себя. Сакура сейчас настолько слаба, что не успеет среагировать на атаку, тем более быстро уйти от нее.
Змеи обвили тело, не давая пошевелиться, а Кабуто ехидно улыбался, представляя скорую кончину своего врага, за которым охотился столько лет. Девушка у дерева в шоке наблюдала за происходящим, не веря в то, что Саске может быть побежден.
- Я знаю все о тебе, Саске-кун. Все твои техники, все уловки. Ничего тебе не поможет. Это конец.
- Пфф… Ты прав. Это конец. – Грудь болела, сдавленная гибкими телами змей, проткнутая кусанаги. Легкое пробито. Значит, ему осталось совсем немного, но надо успеть забрать на тот свет этого ублюдка, иначе зря старался, пытаясь уберечь Сакуру. – Для тебя.
Мгновение, и черные языки пламени, заплясали на одежде и коже, поглащая Кабуто, не ожидавшего такого поворота событий. Он слишком расслабился, думая, что Учиха уже побежден и совсем забыл об этих глазах, которые так желал Орочимару. Сейчас они беспощадно следили за тем, как Аматератсу пожирает тело самого верного последователя великого саннина, издающего предсмертные крики.
Еще миг, и от Кабуто осталась только кисть с обуглившейся кожей. Техника рассеялась, и змеи исчезли, вернув Саске способность передвигаться.
- Черт, - кусанаги вытащен и отброшен в сторону. Кровь из раны продолжала течь, пачкая одежду. Тело ослабло, и парень повалился на землю, захлебываясь кровью, попавшей в легкие, пытающиеся освободиться от такого количества жидкости.
Сакура быстро, как могла, подобралась к Саске, не веря своим глазам. Он уже почти закрыл глаза, теряя сознание от потери крови и боли.
- Ты… дурак, - только и смогла она выговорить, сжимая дрожащие руки. Нужно было срочно помочь, залечить рану, и девушка, превозмогая боль в плече, поднесла ладони к груди парня.
Ничего не получалось – чакры осталось слишком мало, и силы были на исходе – она еще не восстановилась после стольких дней заточения, но Сакура не собиралась отступать: «Я столько лет училась, тренировалась! Я всегда хотела защищать их. Саске и Наруто. Но снова, как всегда, только мешаю. Я должна его спасти. Должна!» Слезы ручьями стекали по лицу, но она их не замечала, отдавая все внимание медицинским техникам, наблюдая за слабеющим дыханием Саске.
Рана постепенно затягивалась, пока и вовсе не исчезла. Хотя лечение и заняло больше времени, чем обычно, Сакура была довольна результатом, готовая без сил повалиться радом с парнем.
- Саске? Ты слышишь меня? – Но он не приходил в себя. – Саске?
Она не заметила, как рядом мелькнули тени. Команда Учихи под руководством Тая, Наруто и Тсунаде. Взглянув на фигуру неподвижно лежащего шиноби, Хокаге устало закрыла глаза. Наруто рванулся вперед, желая помочь другу, но был остановлен сильной рукой Тая.
- Черт, - Суйгетсу не знал, что делать, наблюдая за неестественно серым лицом Карин. Ее кумир – человек, которого она считала непобедимым, сейчас бездыханно лежал на траве. Девушка зажмурилась, не желая верить в происходящее, вытирая слезы, под стеклами очков.
- Это она во всем виновата! – Сакура вздрогнула, услышав эти слова, зная, что Карин права. Она оказалась настолько слаба, что не смогла защититься. Она была настолько слаба, что не смогла самостоятельно выбраться. Она была настолько слаба, что не смогла уклониться от атаки. Она была настолько слаба, что не успела вовремя залечить рану. Она виновата. Только она.
- Прекрати. – Суйгетсу с силой сжал руку напарницы, заставляя ее посмотреть на себя. – Саске сам сделал выбор.
Тай подошел к неподвижно сидящей Сакуре, все еще продолжающей держать руки с зеленой чакрой на груди Саске.
- Пойдем, девочка. Ему уже не поможешь.
- Нет! Не трогайте меня! – Она не знала, откуда взялась эта сила, но оттолкнула шиноби, попытавшегося поднять ее на ноги. – Он не умер! Слышите! Не умер!
Сакура снова обратила свой взгляд на лицо парня, потерявшее все жизненные краски. Отчаяние затопило душу, накрывая черными водами. Не мог он умереть. Не мог.
- Дурак! Дурак! Дурак!
Тсунаде было больно смотреть на свою ученицу. Именно из-за этого она так настойчиво просила Тая предотвратить общение молодых людей. Женщина вспомнила, как сама в молодости точно также сидела рядом с телом своего любимого, не желая слушать доводы рассудка.
Она подошла ближе, садясь напротив Сакуры. Янтарные глаза встретились с зелеными.
- Тсунаде-сама… вы ведь сможете…
Хокаге не стала отвечать, не желая давать ложную надежду и причинять тем самым еще большую боль девушке. Пятая протянула руки, накрывая ладони своей ученицы. Сейчас она снова готова отдать все, чтобы парень открыл глаза, ведь эта девочка, как отражение ее самой – такой хрупкой на вид, но с железным стержнем внутри. Она столько вытерпела за эти годы, столько пережила. Она достойна счастья, и заглядывая в эти зеленые глаза, Тсунаде просто не могла отказать.
-Нет, Сакура. Я не смогу… МЫ сможем.

53

Их чувства. Конец.




Флэшбэк:
- Я тебя ненавижу. – Тихие слова, и она исчезла.
Саске стоял, разглядывая полог. «Ненавижу» - как тысячи кинжалов воткнулись в сердце. Он ведь думал, что его это не должно волновать, но волновало. С каждым звуком этого слова сердце больно сжималось, и он понимал, что стал еще более одиноким, чем раньше. Теперь она его ненавидит. Ненавидит. Он уже сделал шаг, желая догнать, остановить, заставить забрать эти слова назад, вернуть ее, но, остановился, до боли сжимая кулаки. Нет. Все правильно, так и должно быть. Именно этого он добивался минуту назад. Вот только сердце не хотело мириться с таким суждением, всеми силами стремясь к ней, и снова проигрывая битву рассудку.

Пустота. Она ничего не чувствует. Просто идет вперед, совсем не разбирая дороги, не замечая прохожих – их радостные лица сейчас были противны. Нужно уйти подальше, туда, где никто не найдет, пока она не придет в себя. Погода не волновала, хотя черные тучи закрыли солнце, и на улице было черно, как ночью. Вспышка молнии и оглушительный гром, как рев ее собственного сердца раздался в округе. Внешне ничего не изменилось, даже плакать не хотелось. Слез не было. Их больше не осталось. Да и могут ли быть слезы у пустой оболочки с безжизненным взглядом? Нет. Не могут.
Вот показалась река. В темноте ее вода была черной и манящей. Неожиданно сама себе показалась грязной и мерзкой. Возникло непреодолимое желание смыть с себя все его прикосновения, все поцелуи. Всё.
Скидывать одежду сил не было, и Сакура, как была, зашла в воду, когда сзади послышался шорох. Чутье не успело подать сигнала об опасности, и когда девушка обернулась, все, что успела вымолвить:
- Ты?..

Глава 21.

Никак не получается. Этот парень совсем не хочет возвращаться в мир живых. Тсунаде смотрела на него и не могла понять, в чем же причина? Рана затянулась, все в норме, но что же мешает сердцу забиться? Женщина подняла глаза: Сакура из последних сил старалась, почти теряя сознание, и уже даже не замечала, что ее дзюцу перестало действовать из-за недостатка чакры, а руки просто лежали на груди Саске.
Пятая закусила губу, вспоминая подобные случаи – человеку вроде бы ничего не мешает жить, нет никаких повреждений, но один раз переступив черту в сознании, он уже не хочет возвращаться. Парень как раз из этой категории. «Вот дурак! Просыпайся! У тебя тут еще долг перед Сакурой!» - женщина надавила на грудную клетку, скапливая небольшое количество чакры в ладонях и резко выпуская. Саске дернулся, но биения сердца до сих пор не чувствовалось.
- Открой же свои чертовы глаза!

Так светло. И идти так легко. Меня ничто не волнует, ничто не тревожит. Так спокойно...
Что там? Чьи-то силуэты… Их так много, и все они машут мне. Быть того не может! Это же…
- Давно не виделись! – все рады мне, все улыбаются, хлопают по плечам, говорят, что я вырос.
Они все вокруг меня. Впервые чувствую себя так спокойно, как раньше… И хочу улыбнуться, как раньше… Когда все мы были вместе.
Родители. Они тоже здесь. Тоже улыбаются. Итачи. Теперь все спокойны. Здесь нет проблем, нет ненависти, нет злости. Здесь хорошо и мирно. Хочу остаться с ними. Там я никому не нужен.
- Саске!
Кто это? Ааа… она… и зачем кричит? Что ей нужно от меня?
- Саске! – Вот опять. Зовет, но сама не знает зачем. Без меня всем станет только лучше. Здесь вся моя семья, и я останусь с ними…
Что это? Почему все исчезает? Почему их силуэты меркнут, а свет гаснет? Я не хочу!..

Снова мир. Зеленые кроны и солнечные лучи, пробивающиеся сквозь их покров. И две пары глаз с таким облегчением смотрящие на него. Он жив.
Саске медленно сел, недоумевающее оглядываясь по сторонам. Даже вздохнуть не успел, когда на него прыгнула Сакура, сжимая шею. И откуда только сила взялась? Она же ели ноги передвигает.
А это еще кто? Карин. Тоже ревет без остановки и душит в своих объятьях. Никогда не думал, что увидит ее такой. Тушь растеклась под глазами, придавая ей вид призрака, но девушка ничего не замечала, прижимаясь к своему кумиру.
- Саске! Я так испугалась.
- Ты дурак! – Сакура обнимала с другой стороны, заливая слезами потрепанную рубашку.
- Как всегда. Забираешь все внимание себе. – Хмыкнул Суйгетсу. Пытался не показать вида, но тоже был жутко рад, что напарник жив, пусть и не совсем здоров.
Наруто лишь глупо улыбался, смахивая слезинки, которые так и не успели скатиться по лицу. Еще засмеют, что ревет, как девчонка. Парень поражался выдержке шиноби, стоящего рядом - Тай только кивнул в знак одобрения, и ни один мускул не дрогнул на этом холодном лице. Как камень с души свалился – мальчишка не умер. Значит, он был прав – этого Учиху чертовски сложно убить.
Все-таки им удалось заставить биться это сердце. Тсунаде устало прикрыла веки, довольно улыбаясь. Как же она устала… Сакура тоже, наверняка, валится с ног. И правда, напряжение спало, и девушка почти без чувств повисла на Саске, который, все также непонимающе, смотрел на собравшихся.

До деревни добирались долго. Тормозило наличие в группе двух больных: Сакуры, которая постоянно спала на спине Тая и Саске, с трудом передвигающегося, поддерживаемого Наруто и Суйгетсу. Привалы делали часто, чтобы Тсунаде могла осмотреть ребят.
Очередная остановка. Сакура уже проснулась и сидела у дерева, наблюдая за суетой вокруг. Саске был напротив, точно также, молча осматривая окрестности. Карин подбежала к напарнику и плюхнулась рядом, прижимаясь к руке кумира. Он же совершенно не реагировал, продолжая свое нехитрое занятие.
- Саске!.. – девушка как кошка терлась о его плечо, бесконечно счастливая оттого, что он жив.
Как ей тоже хотелось вот так сидеть с ним рядом и обнимать. И что эта ведьма делает? Почему лапает его? Сакура нахмурилась, сжимая кулак на правой руке. Она продолжала смотреть, пока не встретилась с черным взглядом, как обычно, холодным и бесчувственным, и еще эта ледяная ухмылка, которая выводила из себя - парень прекрасно знает, что может ее ранить.
Сакура уже собиралась отвернуться, когда наткнулась на второй взгляд - Карин в упор смотрела на нее, выражая всю свою ненависть. А потом прошептала одними губами, ехидно усмехаясь: «Он мой».
«Да забирай!» - Сакура отвернулась, притворяясь, что ее все это абсолютно не волнует. Вот только на душе скребли кошки. Стало как-то пусто и одиноко. Совсем как в тот день, когда Саске ее выгнал.
- Сакура-чан! Ты чего такая грустная? – Наруто добродушно улыбался, садясь рядом с девушкой.
- Да так… просто скучно…
- Ха! Хочешь, расскажу, что Сай в очередной раз натворил?
Она кивнула, не особо желая знать еще одну пошлую выходку своего напарника. Наруто, как бы не замечая ее настроения, наклонился к самому уху подруги и что-то прошептал, вызвав взрыв смеха:
- Ой! Вот придурок! – Девушка снова подняла глаза и теперь уже сама ехидно ухмылялась: Саске не сводил глаз с парочки напротив, которая так мило шепталась о чем-то своем, и все под тем же взглядом прижалась губами к щеке Наруто, и слегка покраснела, видя его недоумевающий взгляд. – Спасибо.
- Хе! Да не за что! – Он сам не знал, за что благодарят, но улыбнулся, радуясь такой неожиданной награде.
Сакура снова глянула в сторону Саске и хмыкнула, показывая язык: «Вот тебе!»
Парень весь напрягся, видя, как она целует Наруто. Шаринган активировался непроизвольно вместе с мыслью, возникшей в голове: «Убью гада». Убить захотелось и Сакуру, когда она показала язык. Маленькая нахалка в открытую над ним насмехалась.
Когда Наруто снова наклонился к девушке, собираясь что-то сказать, чутье подало сигнал, заставив резко отклонился, едва успевая увернуться от сюрекена, пролетевшего в сантиметре от головы, воткнувшегося в ствол позади.
- Какого хрена?! Саске, ты чего творишь?!
Но Учиха молчал, буравя взглядом Сакуру, которая тоже не отводила глаз, сжимая кулак на здоровой руке. Наруто непонимающе смотрел на своих друзей, не зная, что и делать – между этими двумя, как будто воздух накалился, готовый взорваться в любой момент. Никто не сказал ни слова, да и выражение лица у обоих было мрачно-холодным.
– Да что тут происходит?
- Сам не догадаешься, белобрысик? – хохотнул Суйгетсу, наблюдая за напарником. Так забавно было видеть эту маленькую сценку, доказывающую, что даже у такого куска льда есть немного чувства.
- Привал окончен! Выдвигаемся! – Тсунаде прекратила все споры, решив как можно скорее добраться до Конохи. Она никого не оповестила об уходе. Пронеслась мимо служащих, лишь услышав о том, что любимая ученица в беде. Шизуне уже, наверное, всю округу на ноги подняла, в поисках наставницы.

Саске провел в больнице несколько дней, точно так же как и Сакура. К обоим часто приходил Наруто, не зная в чем причина, но пытаясь помирить друзей, постоянно рассказывая о них. В итоге, Сакура запустила в него корзиной с фруктами, когда парень в очередной раз повествовал о Саске, а Учиха активировал Чидори, угрожающе наставляя ее на друга, пока тот не прекратил щебетание о «прекрасной Сакуре-чан».
Выписали обоих в один день. Встретившись в вестибюле, молодые люди лишь мрачно покосились друг на друга и разошлись каждый в свою сторону.
Сакура снова занялась работой, вернувшись к обязанностям медика и куноичи. Все было, как всегда, с той лишь разницей, что улыбаться она стала реже. Внутри было как-то пусто, и девушка жила, механически выполняя все, что требовалось: утром на работу, вечером домой, спать и снова на работу.
Вот и очередной день настал. Она сидит за столом, разгребая завалы, готовясь к утреннему обходу пациентов. Коноха за окном уже совсем восстановилась, если не считать пары недостроенных домов и общественных зданий. Взгляд наполнился теплом, разглядывая яркие крыши, возобновившуюся суету и всеобщую радость от того, что деревня вернулась в свою прежнюю форму. Сакура повернула голову, и легкая улыбка вмиг исчезла, уступая место печали и горечи. Большой пустырь на том месте, где раньше был квартал клана Учиха, наполнял болью каждую клеточку. Никто не собирался отстраивать здесь все заново, даже Саске. Для него это место давно перестало быть домом.
Тряхнув головой, девушка поднялась из-за стола с твердым намерением продолжать работать, а не разглядывать пейзаж за окном, когда, как всегда, без стука, влетела Ино, видимо, чем-то взволнованная.
- Сакура! Пойдем скорее!
- Что случилось?
- Быстрее же, клушка! – Яманака уже хватала подругу за руку, пытаясь вытянуть из комнаты.
- Да что произошло?
- Саске-кун! Он собирается уйти из Конохи! Я только что подслушала! Быстрее! Его надо остановить!
Сакура вдруг встрепенулась. Одно дело, когда он здесь, рядом, пусть не обращает внимания, пусть отвергает, но, по крайней мере, всегда можно убедиться, что он жив и здоров. А тут! Саске уйдет, и все исчезнет!
- Где он?
- Был в палате Дзюго.
Перепрыгивая через две ступеньки, девушка неслась вниз, пугая больных и врачей, боясь не успеть истратить свой последний шанс.

- Ты уже все решил? – Дзюго печально посмотрел в окно, наблюдая, как яркая птичка влетает в раскрытые ставни и садится к нему на голову.
- Да. Мы уходим через пятнадцать минут. Ты идешь?
- Нет. Сакура-сан говорит, что лечение продвигается успешно. И я, правда, чувствую себя намного лучше. Уже нет желания наброситься на первого, кто войдет в дверь.
Саске кивнул, не зная, что ответить. Возможно, Дзюго лучше остаться здесь, но… так не хотелось расставаться с тем, с кем столько пережил. Их команда уже столько лет вместе, и он привык, что напарники всегда рядом, со всеми своими странностями и раздражающим поведением. Теперь их дороги расходятся, и еще на одного человека, которому он безгранично доверял, стало меньше.
- Саске… Сакура-сан… ты и ее оставишь?
Да откуда всем и каждому в этой деревне известно о его личной жизни?! Он знал, что в Конохе редко что можно утаить, но когда это его напарник стал сборщиком сплетен?

Саске покинул палату в некотором замешательстве, направляясь к выходу из больницы, когда на него налетела Сакура.
- Опять сбегаешь?
- Нет.
Девушка выглядела очень взволнованной: глаза расширены, воротничок на халате смят, да и бейджик с именем почти отлетел от кармана, к которому был прикреплен.
- Просто здесь меня больше ничего не держит.
- А почему ты не можешь просто остаться?
- Человеку нужна веская причина, чтобы оставаться на месте. У меня ее нет.
- Если у тебя будет эта причина, ты останешься?
Он посмотрел на нее, размышляя, какую такую причину она могла придумать, чтобы заставить не уходить. На ум ничего не приходило, разве что снова себя предложит: «А я мог бы остаться, если бы…» Нет! Вспомнилось, как волновался, когда увидел ее с кунаем у горла. Сколько ошибок совершил, боясь действовать, как всегда – расчетливо и быстро.
- Да.
- Тогда... Я хочу с тобой сразиться!
- Пфф…
- Если выиграю, то ты останешься здесь… со мной! – Она не хотела, но все-таки добавила два последних слова.
- Ты проиграешь.
- А это мы еще посмотрим. – Сакура была настроена решительно, готовая приложить все усилия для достижения своей цели.
Когда-то давно точно также Наруто пытался остановить друга, силой заставить его вернуться домой, в Коноху. Теперь ее очередь вбить этому самодовольному парню в голову правильные мысли.
Девушка шла впереди, придумывая способ того, как победить Саске. Парень шагал следом. Не думал, что их прощание будет таким. Через несколько минут все завершится, и он уйдет, и больше не увидит ни эти зеленые глаза, ни розовые волосы, ни почувствует вкуса этих губ, сладкого от только что съеденной конфеты. Все внутри протестовало против такого поступка. Но остаться, не имея на то причины… с другой стороны, где-то там, куда занесет их команду, он тоже может не найти, к чему стремиться, и что тогда? Цель можно поставить и здесь, выбирай любую. Но он уже нашел свой путь и отступать от своих слов не собирался, разве что произойдет что-то, что может заставить поменять решение…

Они вышли за пределы деревни, облюбовав небольшую поляну. Лес уже в страхе содрогнулся, предчувствуя очередную жестокую схватку, способную истребить очередной кусочек природы.
Вполне подходящее место для последнего сражения. Сакура демонстративно надела перчатки, готовясь к битве, в то время как Саске спокойно наблюдал за ней, стоя напротив.
Удар, и земля разверзлась, подбираясь к шиноби. Легко отпрыгнув в сторону, он лишь хмыкнул, не предпринимая никаких действий, и снова приземлился на твердую почву.
Сакура злилась, понимая, что ей не поймать Саске – он слишком быстр, да к тому же этот его Шаринган. Гендзюцу тоже не пройдут. Что же делать? Ей никак нельзя проиграть! Никак! Где же то решение, что принесет успех? В голову ничего не приходило, разве что в ближний бой перейти…
Саске все также уходил от любой атаки, так и не применив ни одной техники. Сакура била снова и снова. Думая, что вот сейчас достанет его… но парень исчезал, тут же появляясь за ее спиной. Совсем ничего не получалось.
Бой продолжался недолго, а девушка уже дышала с трудом, в то время как Саске равнодушно стоял в стороне, даже не запачкавшись.
Сил почти не осталось, и земля вокруг превратилась в сплошную дыру от разрушительных техник.
- Черт, - Сакура чувствовала, что больше не в состоянии продолжать битву, истратив почти всю чакру, а ведь она его даже не задела: «Последний удар. Если и сейчас не получится, то я абсолютное ничтожество!»
Саске смотрел на ее жалкие попытки совладать с ним, на лицо, полное решимости достигнуть невыполнимой цели. Последняя битва, последняя встреча. Самая последняя… Эта тонкая ниточка, что связывала их, сейчас порвется, навсегда. «Нет».
Девушка подлетела к парню, поставив все на эту последнюю атаку. Удар, и он отлетел, ударившись спиной о ствол дерева. Все кости ныли от столкновения с кулаком куноичи, в шоке наблюдавшей за произошедшим. Она была уверена, что Саске снова увернется – столько раз уворачивался. Этот удар ничем не отличался от остальных, которые он с легкостью парировал.
- Ты… - было только одно объяснение всему, что случилось. – Ты…
Она подбежала к Саске, сжимающему грудь: «Хорошо приложила. Кажется, пара ребер сломана». Сакура села рядом, заглядывая в глаза парню, потеряв дар речи от своей догадки:
- Ты… ты поддался. Ты ведь поддался…
- Н..нет. – Говорить тоже было трудно. Легкие сдавливало, когда пытался хоть что-то произнести.
- Да! Ты поддался!
- К..какая разница? Ты выиграла… - Сам поражался своему безрассудству, но не смог бы иначе. Когда подумал, что все закончится через секунду, даже меньше, чем через секунду, что-то сломалось внутри. Решетка клетки, будто его ребра, не выдержали натиска эмоций и хрустнули, выпуская вихрь наружу. Теперь стало понятно, почему он не сможет покинуть эту деревню, что его здесь так держит.
Она не знала, как реагировать. С одной стороны, хотелось ликовать – теперь он никуда не уйдет и будет с ней всегда. Но с другой – это было нечестно.
- Радуйся… … Победа, есть победа… не важно - как.
В этих словах была доля правды, ведь в мире шиноби ценилось выполнение своей задачи любым способом, будь то шпионаж, пытки, нож в спину, убийство безоружного. Многие посчитали бы это бесчеловечным, для ниндзя же не было таких понятий, как честный поединок – убей, неважно как, узнай, без разницы, каким способом. Их всегда учили действовать скрытно, незаметно, и такой пустяк, как подсуженная победа не должен был волновать. Главное - победа.
- Да. Выиграла. Но ты поддался! Почему? – еще одна догадка заставила и так удивленные глаза расшириться еще больше. – Ты… ты…
Саске отвернулся, не желая видеть ее медленно расплывающееся в улыбке лицо. Он тоже открыл для себя это только сейчас и уже понял, что самая трудная битва за всю его жизнь только начинается. Прямо сейчас…
- Скажи мне это!
- Что? – притвориться, что не знает, о чем говорит Сакура.
- Скажи!
- Я не понимаю, чего ты хочешь.
- Врешь! Скажи! – Девушка потрясла парня за ворот рубашки, совсем забыв о ранах, которые сама же и нанесла. – Я хочу услышать ЭТО!
- Нет.
- Я не отстану, пока не скажешь!
Саске знал, что девчонка настроена серьезно. Видел в ее глазах огонек этой настойчивости. Если будет молчать, она просидит тут ни один день, выбивая из него признание.
- Я…
Сакура придвинулась поближе, сверкая изумрудами своих глаз, вся в предвкушении, ожидая услышать такие заветные слова.
- Я…
Если подумать, он впервые в жизни говорит это вслух. Точнее пытается сказать. В горле пересохло, Саске не знал, куда себя деть, пытаясь выпихнуть из себя единственную фразу. Отвратительное чувство. Неуверенность, смущение, досада на самого себя - все эти эмоции парень никак не мог назвать привычными для себя. Это жутко бесило. Он снова отвернулся, не в состоянии произнести вслух того, что чувствует.
- Скажи же! Скажи: «Я люблю тебя»!
- Нет.
- Скажи! Это же так просто! Вот я, например, люблю тебя! Хоть ты и засранец, каких свет не видывал! Ты же тоже меня любишь!
- Нет. – Глупо притворяться, когда она уже все поняла. Теперь есть только два выхода: либо убить девчонку, либо признаться. И он не мог решить, какой из вариантов легче.
- Врешь.
Что делать? Саске просто не мог сказать такую простую фразу. Но как это у других получается? Например, у нее. Эти три слова так легко слетают с губ, что она их почти не замечает. Но он так не может.
- Давай я помогу тебе! – Девушка хитро улыбнулась, садясь к нему на колени. – Повторяй за мной! Лю…
Молчание. Саске лишь сжал губы, явно не собираясь признавать, что испытывает настолько сильное чувство к кому-то.
- Ну! Говори, люб-лю…
И все тоже молчание в ответ. Сакура медленно теряла терпение, как проснувшийся вулкан, готовая взорваться в любой момент:
- Говори. «Люблю»!
- Люблю.
Тихо, почти незаметно. Она скорее прочитала по губам, чем услышала это.
- Еще раз! Я не слышала! – Совсем спятила? Он сейчас как будто море вплавь пересек, а она требует повторения?! – Скажи громче!
Он угрожающе посмотрел на нее, активируя Шаринган.
- Я тебя не боюсь. Хоть что делай! Эти твои цирковые трюки не пройдут! Говори!
И когда это он перестал одним взглядом красных глаз внушать окружающим страх? Хотя нет, не окружающим, только ей. Что бы ни сделал - она не боялась. Наверное, даже чидори сейчас не заставит ее уступить. Хотя… может попробовать?
Голубое сияние засияло перед лицом девушки, угрожающе свистя, предупреждая о смертельной опасности. Сакура же, нисколько не испугавшись, продолжала сидеть на коленях Саске, прожигая его своим взглядом.
- Я повторю: твои угрозы мне не страшны. Ты не сможешь меня ударить.
- И что же мне помешает? – Действительно, что? Она сейчас абсолютно беззащитна, без чакры и даже не сможет увернуться.
- Сердце! – Сакура говорила это с видом пятидесятилетнего профессора, тыкая пальцем в грудь парня и заставляя его морщиться от боли.
Ну, и что с ней поделаешь? Такое рвение заслуживало похвалы, и Саске сдался этой широкой улыбке.
- Люблю. – Награда была столь же огромной, как и его труды: девушка радостно смеясь навалилась на него, крепко обнимая за шею, вызвав волну боли в груди. Она совсем забыла, что сама несколько минут назад переломала ему почти все ребра.
Поцелуй тоже получился своеобразный: лицо Саске скривилось от новой боли, когда Сакура нечаянно положила ладонь ему на грудь.
- Черт.
- Будешь знать, как обижать девушку! – Сакура снова засмеялась, помогая парню подняться, чтобы отвести в больницу. Своей чакры уже не хватило бы на лечение.

- Ха-ха! Карин облапошила какая-то малявка! Ха-ха!
- Заткнись! Иначе я тебе сейчас… - девушка не успела договорить, когда к компании на полной скорости подлетел Наруто.
- Я у вас узнать хотел, где Саске?
- Да вон, - Суйгетсу указал в сторону главных ворот и ехидно оскалился, кинув взгляд на Карин, злобно шипевшую при виде парочки, медленно входящей в деревню.
- Хорошо, что они помирились, – улыбнулся Наруто, - друзья не должны ссориться.
- Наивный. – Суйгетсу посмеялся над таким детским замечанием, предвкушая момент настоящего веселья, когда до парня дойдет, какие отношения у этих двоих.
- Что ты имеешь в виду? - Наруто нахмурился, вглядываясь в фигуры друзей. Вроде, ничего необычного. Сакура помогает Саске идти, придерживая его за локоть. Приглядевшись внимательнее, парень вдруг широко раскрыл глаза. Никому его напарница не помогала – она просто повисла на руке Учихи, мило улыбаясь, не отрывая своего взгляда от его лица. Тот в свою очередь медленно шел по улице, даже не пытаясь вырваться. Вот они остановились, и к шоку Наруто, Сакура поцеловала Саске у всех на глазах.

Отвернувшись от окна Пятая Хокаге хитро улыбнулась, увидев свою лучшую ученицу, совершившую настолько смелый поступок.
Таю было трудно понять этот странный всплеск радости – только что Тсунаде отчитывала за невыполнение приказов, и он был почти уверен, что не выйдет из этого кабинета целым и невредимым.
- А теперь… твое наказание…
Шиноби приготовился к худшему, закрывая глаза, представляя насколько каторжным трудом придется заниматься в ближайший месяц, а, возможно, и больше – всем было известно, что Сакура для Тсунаде все равно, что дочь.
- Остаешься капитаном команды Саске.
Подозрительно сощурившись, Тай искал подвох в ее словах. Стать во главе команды Учихи? Разве это наказание?
- Будешь работать на два фронта. Задания АНБУ для тебя никто не отменял.
А вот это уже было не так хорошо. Тай выслушивал, все, что говорила Хокаге, с каждым новым словом приписывая в уме еще один час к тренировке своих подчиненных. Теперь Учиха ему сторицей заплатит за прикрытие: «Держись, мальчик. С живого я тебя теперь не слезу».

Хината наблюдала из-за угла за своей подругой, немного удивившись ее поступку – сама бы так ни за что не смогла. Девушка радовалась счастью двух людей, но тень печали читалась в ее серых глазах: «Все меняется. Наша жизнь уже не будет похожа на ту, что была раньше…»
- Хината, ты идешь?
- А… д-да, Киба-кун.

- Ну, хоть кому-то в этой жизни повезло… Поздравляю, широколобая… - Грустно улыбаясь, Ино, отошла от окна, возвращаясь к своим обязанностям. Как приятно, что твои друзья становятся счастливыми после стольких лет страданий. И как странно чувствовать при этом осадок горечи, что сама до сих пор не обрела это счастье…
- Ино-сан? Что-то случилось?
- Да нет… С чего вы взяли?.. Давайте лучше проверим, как у вас дела! – И снова лучезарная улыбка. Еще не все потеряно!

Прохожие недоумевающе оглядывались на эту пару, не понимая, что такого нашла в этом мрачном и нелюдимом парне такая милая девушка как Сакура. Они совершенно разные и почти все жители были уверены – этот союз не имеет будущего.
- Знаешь, по-моему, они все тебя ненавидят… - прошептала девушка, оглядываясь по сторонам. – Теперь меня тоже будут осуждать за связь с тобой…
- Плевать. Это не их дело.
- Хм… - Мысль пришла неожиданно, и широко улыбаясь, Сакура посмотрела на свою первую и единственную любовь. – Ты прав! Это - только наши чувства!

54

Тяжелое дыхание иногда прерывалось всхлипом. Сердце, как сумасшедшее, билось в груди, разнося адреналин по всему телу. В маленькой затемненной комнате сидела девушка, зажавшись в угол. Она закрывала рот рукой, пытаясь заглушить дыхание. А рядом…в коридоре…всего за тонкой стенкой…был он. Тихие, аккуратные шаги нарушали тишину в доме. Он искал ее…методично…в каждой комнате. Он знал, далеко она убежать не могла, не с такой раной на ноге. В комнате становилось все темней, еще чуть-чуть и солнце совсем сядет за горизонт. Скрип двери…вот и он…зайдя в тихое и темное помещение, он постоял немного на пороге, давая глазам привыкнуть к тьме. Она здесь, бежать ей больше некуда. Было до такой степени темно, что она даже не видит его очертаний. «Где он?» - истерика в компании страха начала поселятся в ее сердце.
- Вот ты где.- Раздался тихий голос совсем рядом с ее ухом.
- Саске!- жалобным голосом молила девушка.- Пожалуйста, не надо.- Чуть не плакала она.
- Сакура, ты же сама прекрасно знаешь, что без этого не обойтись.- Резким движением парень поднял на ноги девушку. Розоволосая попыталась вырваться. Заметив ее попытку убежать, он прижал ее к стенке.
- Саске, я не хочу, отпусти!- Молила Сакура. Он наклонился к ее уху и прошептал:
- Не будь маленькой. Все через это проходят.- Ухо опалило теплое дыхание. От этого по позвоночнику Сакуры пробежала легкая дрожь.
- Будет больно, неприятно.- Пыталась доказать девушка.
- Будет. Но ты, же взрослая, потерпишь.- Парень провел кончиком своего носа по тонкой шее девушки до мочки уха.
- Саске, прошу.
- Нет.- Брюнет поднял руки девушки над ее головой и захватил запястья одной рукой. Другой рукой он погладил ее по плечам и спине, спускаясь к бедрам. Сакура почувствовав, что он делает, попыталась вырваться из последних сил. Саске навалился своим телом на нее, все крепче прижимая ее к стене. Девушка попыталась коленкой ударить его в пах. Брюнет увернулся и предусмотрительно, вжал свою ногу между ее, тем самым полностью обездвиживая.
- Ничего не получиться, я сильней.- Прошептал Саске девушки в губы.- Будет все так, как я хочу.- Его губы были всего в паре миллиметров от ее, и она прекрасно ощущала их тепло. Тем временем Саске закинул одну ее ногу себе на бедро и крепко прижал к себе. Она всем телом ощущала этот жар, его тела, впитывая в себя, постепенно им наполняясь.
- Саске, прошу не надо.- Сакура предпринимала попытку остановить парня. – Я не хочу боли, а без нее не обойдется.- Брюнет, услышав ее слова, тяжело вздохнул и уткнулся носом в изгиб между шеей и плечом.
- сакура, я не отрицаю, что будет больно, но недолго. Потом привыкнешь. Ты- медик и сама все прекрасно знаешь.- Приглушенным голосом убеждал ее брюнет. От его теплого дыхания во рту девушки пересохло, а ноги подогнулись. Чтобы он не почувствовал ее реакции, она закусила губу.
- Но ведь с этим можно и подождать.
- Куда дальше? Потом будет – поздно.- Парень перехватил ее поудобней.
- Черт, в таком положение будет неудобно.- Схватив Сакуру, он понес ее к кровати, что стояла неподалеку. Как только он ее положил на узкую кровать. Она оттолкнула его ногой и попыталась уползти, но он схватил ее за щиколотку, притянул к себе и навалился на нее сверху.
- Саку, это не избежно.- Девушка кричала, кусалась, царапалась, но все было четно. Парень будто не замечал стараний розоволосой. Он снял с себя перчатки. Одной он связал Сакуре тонкие руки, а другой привязал их к кровати. Сев сверху ей на ноги, чтобы она его не била, Саске достал из кармана ватку и какой-то пузырек. Девушка, увидев этот пузырек, начала вырываться, пытаясь столкнуть брюнета.
- Саку, лежи спокойно.
- Саске, только не это. Я согласна на что угодно, но только убери это!
- Ты – медик, и сама знаешь, без этого не обойтись
- Но будет больно!
- Я обещаю, что постараюсь быть нежным.
Встав с ее ног, Саске аккуратно положил ватку и пузырек на кровать. Затем нежно погладил руками ноги Сакуры от щиколотки до кален. Неспешно развел ее ноги в стороны. Одну ногу придавил к кровати своими ногами, а другую положил к себе на плечо. Крепко держа ее ногу в таком положении, он одной рукой намочил ватку веществом из пузырька.
- Саске, а может не надо?
- Надо, Сакура, надо. Уже поздно идти на попятную.- Парень оставался глух к ее мольбам. Не обращая внимания на нее, он резким движением руки…промокнул ее ранку зеленкой.
- Блин, Саске, ты же обещал быть нежным!!!
- Я всегда сдерживаю свое слово.- Он наклонился к ее ране и подул на нее.- А не надо было разводить такую трагедию из-за обработки раны.

55

Название:Что посеешь, то и пожнешь.
Автор:Атаманша Забабурина. В этой строке указываем оригинальный ник на сайте.
Бета:Kawaii_с_тесаком.
Жанр:Drama, Deathfic, Angst.
Персонажи/пары:Сакура/Саске
Рейтинг:PG
Предупреждения:смерть персонажей, возможен ООС.
Дисклеймеры:персонажи – Масаши Кишимото, сюжет – мой.
Содержание:Ссора, гордыня, кольцо и последствия - плоды его действий.
Статус:закончен.
Размер:мини.
От автора:Вот, знакомьтесь с моим миником, который мне навеялся между написаниями глав "Улица". Жду ваши мнения и критику, которые мне жизненно необходимы для совершенствования!
Что посеешь, то и пожнёшь…
«Почему я хочу догнать её?» - подумал парень, глядя на удаляющуюся девушку. Он много сказал ей гадостей. Но зачем, он не знал. «Нет, ты не подкаблучник, Саске. Ты не побежишь за ней», - сам себе сказал парень и пошёл в сторону своего дома.
Этой ночью ему снилась она, его Сакура. Та Сакура, которая искренне улыбалась и смеялась. Не та, которую он видел вчера вечером: зелёные глаза девушки были наполнены злобой и обидой, губы превратились в тонкую полоску, изящные ручки были сжаты в кулаки. Он никогда не говорил ей, что любит её, но она и не просила. Он мог часами молчать, слушая её весёлую болтовню. Ему было с ней комфортно, хорошо, легко. Можно ли это назвать любовью? Кто-то скажет «да», а кто-то «нет».
Наутро, когда солнышко отправило свои лучики в комнату, парень начал жмуриться и нехотя открыл глаза. «Почему открыты шторы?» - не понял он вначале. Но, когда он окончательно проснулся, то сообразил: «Сакура, ты всегда закрывала шторы вечером, зная, как я не люблю солнце по утрам... Что ж, нужно самому привыкнуть их закрывать». Встав с кровати, Саске отправился на кухню, где ему пришлось готовить завтрак самостоятельно, чего он уже давно не делал.
Саске держал кружку горячего кофе в руке и ждал, пока оно остынет, смотря в окно, где ярко светило солнышко на ясном небе. Он вспомнил, как год назад Сакура переехала к нему, как они распаковывали её чемоданы, как смеялись. Потом вспомнил, как страшно разругались позавчера, и девушка, собрав все свои вещи, переехала обратно. А вчера она позвонила, сказав, что забыла отдать ему ключи от квартиры и предложила встретиться. Но вместо мирной встречи, которая могла бы стать путём к примирению, получился ещё один скандал, который лишь усугубил их ссору. Саске напрочь забыл о чувствах девушки и бил по самым больным местам, которые только ему были известны. Зачем? Чего он хотел этим добиться? Не понятно. Люди часто делают и говорят, а потом думают. Но самое ужасное, если человек сделал, подумал, понял, что неправ, но не захотел что-либо исправить…
Шли месяцы, менялись поры года, но Саске ничего не делал, чтобы найти Сакуру для того чтобы помириться или хотя бы извиниться за свои слова. Несмотря на то, что девушка постоянно приходила к нему во снах, и порой, кажется, даже видел Сакуру среди прохожих… Саске всё равно говорил себе, что ему плевать на неё. Хотя по-прежнему вспоминал её, когда забывал закрывать шторы, готовил завтрак, обед или ужин. Даже встречаясь с другими девушками, он всё время сравнивал их с Сакурой, что приносило ему одно разочарование: одинаковых людей не бывает, все мы уникальны.
Что мешало молодому человеку помириться с девушкой, без которой он не мог жить? Злейший враг любого человека – гордыня. Первоначально эта были лишь гордость и чувство собственного достоинства, что не есть плохо. Но потом они стали перерастать в высокомерие, гордыню и лицемерие. Нельзя сказать, что виной тому только сам парень, хотя это он позволил им расти, пусть почву создавало общество. Но он не искоренил эту гадость, когда это было сделать проще простого. Что посеешь, то и пожнёшь…
Однажды, когда Саске собирался на работу, его ручка выскочила из портмоне и, упав на пол, закатилась под тумбочку.
– Чёрт! – выругался он, нагибаясь за «беглянкой».
Но под тумбочкой вместо ручки он нащупал что-то другое. Это оказалось маленькое серебряное колечко с красивым изумрудом. «Любимое кольцо Сакуры», - сразу же вспомнил Саске. Немного подумав, он решил, что девушка всё равно живёт недалеко, и поэтому он успеет зайти и отдать кольцо до работы.
Шагая в сторону дома Сакуры, Саске чувствовал непонятную радость, которая, как не прискорбно внешне никак не отразилась на его лице. Наверное, всё-таки он скучал по ней и мысль, что через несколько минут он снова увидит её розовые локоны и удивлённые зелёные глаза, вызывала эту радость. Сколько прошло уже времени с того вечера их последней встречи? Ровно два года. За это время могло произойти много чего, но эта мысль не посетила голову брюнета.
Надавив на звонок, Саске принял свой обычный безразличный вид и стал ждать. Дверь открылась, а на пороге возникла молодая рыжая незнакомка. Она удивлённо смотрела на парня.
– Сакура дома? – спокойно спросил Саске.
Глаза рыжеволосой вначале расширились от ужаса, а потом заблестели от слёз.
– Она… она… – девушка явно пыталась что-то сказать, но это ей никак не хотело даваться, – она… умерла... Простите.
Сказав это, рыжая захлопнула дверь, не дав Саске даже переварить услышанное. Его маска безразличия с треском развалилась на мелкие кусочки. Он с силой надавил на звонок второй раз, третий, четвёртый, но дверь ему больше не открыли. Напрочь забыв о работе, он побежал в цветочный магазин семьи Яманако. Ино Яманако, лучшая подруга Сакуры, должна была ему объяснить, что за «бред», по его мнению, ему сказала эта обкуренная или нанюхавшаяся сумасшедшая.
Когда мы не хотим воспринимать реальность, наш мозг создаёт барьер, благодаря которому мы считаем то или иное бредом сумасшедшего. Именно это происходило и с Саске.
– Саске? – удивлённо спросила Ино, смотря на запыхавшегося парня в слегка помятом костюме, глаза которого выражали непонятную бурю эмоций, а не хладнокровие и отчуждённость.
– Ино, где Сакура? – спросил он и сразу же продолжил. – Я пошёл к ней домой, а мне там какая-то сумасшедшая заявила, что она умерла.
– Ты ничего не знаешь, – констатировала факт блондинка без всякого удивления.
– Во-первых, – начал парень, будто не услышав слова Ино. – Кто эта рыжая? Во-вторых, она курит, нюхает или колется?
– Саске, эта рыжая – двоюродная сестра Сакуры, Макото, и она не наркоманка.
Блондинка подошла к двери своего магазина и перевернула табличку на «закрыто», понимая, что разговор предстоит долгий и не лёгкий.
– Она умерла, – повторила Ино слова Макото. – Её сбила машина.
Барьер, который его мозг создал, дабы защититься от реальности, не мог более существовать после слов Яманако.
– Когда? – тихо спросил Саске.
– 19 мая 2009 года, ровно два года назад.
«Тот день, когда она отдала мне ключи», - сразу вспомнил парень.
– Как? – почти беззвучно спросил Саске.
– Она шла по улице около круглосуточного магазина, было часов восемь. Машина резко вылетела из-за поворота, но она как будто не услышала её и пошла дальше… – Ино запнулась. Что случилось дальше описывать не надо - и так понятно.
– Я выходила тогда из магазина с продуктами, – решилась продолжить блондинка, хотя голос её дрожал, а глаза блестели от слёз, готовых литься бесконечно. – Как только я поняла, что произошло, кинула сумки и побежала к ней. Водитель, выскочив из машины, звонил в «скорую». Она говорила, захлёбываясь собственной кровью, я не всё поняла… – Ино снова умолкла.
Ей было сложно вспоминать тот день. День, когда дорогой ей человек умирал у неё на руках, а она ничего не могла сделать. И это ужасное ощущение, как на её руках лежит её лучшая мёртвая подруга. Сил больше себя сдерживать не было – слёзы потекли по щекам, капая то на одежду, то на пол.
– Что… она сказала? – спросил брюнет.
Его взгляд был направлен в пустоту, будто он не здесь, а где-то там. Хотя он слышал каждое слово Ино, каждый её всхлип, но его будто здесь не было. Он исчез…
– Она повторяла твоё имя и что-то «дурак», «люблю», «прощаю». Я не помню всех слов, но они написаны на надгробье… Вы поссорились тогда?
Саске кивнул: сил говорить не было. «Сон! Сон!» - лихорадочно повторял он. Кому понравится, чтобы такое было правдой? Ему хотелось плакать, но он не мог: не было сил. Он хотел сломать что-нибудь, разбить, рвать на себе волосы, кричать, но сил не было. Силы исчезли…
– Какое кладбище? – наконец спросил он.
Когда Ино объяснила, на каком кладбище похоронили Сакуру, Саске направился к двери, но его остановил голос блондинки.
– Давай… я цветы тебе дам… розы красивые… есть…
– Нет, она любит сирень, – сказал парень и осёкся. – Любила.
Выйдя из магазина, он направился к своему дому: там во дворе росла сирень. Хорошо, что сейчас конец мая, а не зима, например. Зимой найти сирень очень трудно.
Доехав до кладбища на машине, Саске направился к могиле, которая сразу бросилась ему в глаза. На памятнике было счастливое лицо Сакуры. Она улыбалась той самой искренней улыбкой, которую он так любил. Надпись рядом с счастливым лицом была такова:
«Саске… дурак… не злюсь… люблю… прощаю… не говорите… ему… пусть… не знает…» - последние слова Сакуры Харуно в день смерти 19.05.2009г.
Парень рухнул на колени. Он забыл, как дышать, и, словно рыба, хватал губами воздух, который всё равно не достигал лёгких. «Вот почему Ино не удивилась, что я ничего не знаю. Это ты, Сакура, так захотела. Знала же, что я не буду тебя искать, но буду любить. Если бы не кольцо я бы никогда не узнал… Но если бы я переступил через свою гордость, догнал бы тебя и сказал, что люблю, ничего бы этого не было. Мы бы пошли ко мне домой, а это значит, что ты не проходила бы рядом с круглосуточным магазином, и что не было бы никакой машины…» - думал Саске. И тут до него дошло самое главное.
– Моя гордыня убила тебя, – озвучил он свою мысль вслух.
Через полчаса брюнет покинул кладбище, оставив после себя сирень и обещание: «Я скоро к тебе опять приеду. С новой сиренью». Произнося это, он смотрел на счастливое лицо Сакуры и ему начало казаться, что это она ему улыбается и радуется сирени, которую он ей оставляет. Пока парень ехал домой, на него нахлынули воспоминания: их первая встреча, первое свидание, их первый с Сакурой поцелуй, первая ночь, первая ссора...
Выйдя из машины, Саске решил пойти в тот самый круглосуточный магазин. «Вот тут это произошло, видимо», - подумал парень, переходя дорогу. Порой, уходя в свои мысли, мы будто покидаем этот мир, оставляя в нём лишь своё тело, свою оболочку. Саске ослепил яркий свет и только тогда он услышал визг тормозов. Он не побежал, нет, он остановился, подумав: «Машина». Ни единой мысли у него больше не возникло в голове. Удар… Саске чувствует, как отлетает в сторону, ударяясь об асфальт. «Сакура, маленькая моя девочка, как же тебе было больно тогда», - лёжа думал парень. Он не пытался шевелиться, он просто лежал.
– Саске! – закричала Ино.
Бедняжке ещё раз не повезло. Она опять выходила из этого чёртового магазина и стала свидетельницей ещё одной аварии. Это было как дежавю: снова машина сбивает человека на её глазах, снова она кидает сумки и спешит к пострадавшему, снова водитель вызывает «скорую», снова она ничего не может сделать…
Увидев Ино, рухнувшую рядом с ним, Саске заговорил, хотя давалось ему это с большим трудом: он захлёбывался кровью, в глазах начинало темнеть.
– Хочу быть рядом… с ней… потом... – сказав это, брюнет подумал: «Сакура, котёнок мой, как же ты смогла сказать так много Ино?! Это же так сложно и больно».
– Нет, ты выживешь! – кричала Ино, мотая головой. Она была вся бледная, руки тряслись, слёзы не останавливались. У неё началась истерика, что было в принципе не удивительно.
– Нет… – сказал Саске, прикрыв глаза. Когда он их открыл, он не видел перед собой Ино, перед ним была Сакура, и она была немного напугана. С трудом, но парень вновь заговорил: – Сакура… я дурак… люблю… тебя… очень… иду… к тебе…
Сказав это, Саске закрыл глаза и его сердце остановилось. Приехавшие врачи были удивлены после осмотра тела: парень должен был выжить. Удар не был таким сильным, как тогда, когда сбили Сакуру. Но он будто сам ушёл. Не захотел больше жить или не было сил, чтобы жить дальше. Мы умираем не только от болезней, ран и травм. Мы умираем тогда, когда нам не зачем жить или мы слишком устали, чтобы жить и бороться дальше. Мы умираем, когда разрешаем себе умереть. С человеком происходит то, на что он заранее дал своё согласие. Неизвестно, может и Сакура подумывала, что лучше умереть, чем жить без любимого человека…
Ино выполнила просьбу Саске. Его похоронили рядом с Сакурой. На памятнике его лицо украшала довольная ухмылочка, которую так любила Сакура. Надписью также были последние слова:
«Хочу быть рядом… с ней… потом... Сакура… я дурак… люблю… тебя… очень… иду… к тебе…» - последние слова Саске Учихи в день смерти 19.05.2011г.

56

Название: Всё так сложно…Глава 1
Автор: КсюSHа (_mИс@_)
Жанр: Романтика, юмор.
Рейтинг: NG-15
Пейринг: Сакура и Саске, Наруто и Хината, Сакура и Сай, Араи и Сай.
Дисклеймер: Кишимото Масаши.
Статус: закончен.
Предупреждение от автора: Все ниже сказанное плод моего ненормально больного воображения.
Размещение: где хотите только указывайте автора
Глава 1 «Новость».
Сакура сидела на кресле в гостиной и не находила себе места. Дело в том, что её лучший друг детства Наруто отправился на задание с отрядом АНБУ, и до сих пор не вернулся. После его ухода прошло же 4 дня. Жена Наруто Хината уже вся извела себя. Сакура пытается её успокоить, в её положении ей нервничать вообще нельзя! Так как это может отразиться на ребёнке. Да, Хината беременна, и Сакура является её лечащим врачом. Она следит за тем, как проходит беременность, и розоволосая куноичи волнуется за ребёнка, как за собственного. Как ни как, а это её будущий крестник. Наруто работал в отряде АНБУ с 17 лет. Белобрысый парень не чем не изменился, только что он стал более серьёзным. Ведь теперь у него есть семья…. Саске в деревню так и не вернулся. Сакура решила оставить мысль о том, что Учиха, когда ни будь, вернётся и ответит взаимностью. Куноичи нашла свою вторую любовь. Эта любовь потихоньку заполняла прежнее место Саске.
- О чём задумалась? – Парень подошёл сзади Сакуры, обнял её и нежно поцеловал в ушко.
- Да так, о Наруто…. – Сакура посмотрела на парня, - Сай, не беспокойся у меня всё хорошо.
Сакура улыбнулась. Да, тот человек, что вытащил Сакуру из бездны безответной любви, был Сай. Он был готов отдать всё и умереть в любое время ради любимой девушки. Позже Сакура поняла, что Сай ей не безразличен. Когда девушке исполнилось 18, она переехала к Саю, а свой родительский дом продала. Пара была вместе уже целый год. По началу всё было хорошо, но последнее время Сай часто стал задерживаться на работе, Сакура его не винила, потому что сама частенько работала сверхурочно. В основном всё шло хорошо.
- Да не волнуйся ты так. – Спокойно сказал ей Сай и сел на колени перед Сакурой, - Ты же знаешь Наруто, он обязательно вернётся. Тем более у него дома беременная Хината…
- Ты прав, это ведь Наруто Узумаки. – Сказала Сакура и взмахнула руками, как бы показывая личность блондина, но вдруг сразу погрустнела, - Но я всё равно волнуюсь…. Мне кажется, что скоро произойдёт что-то плохое, это что-то перевернёт все наши жизни. Это предчувствие не покидает меня, с того момента, как Наруто ушёл на миссию.
Сай насторожился.
- Всё будет хорошо. Это у тебя просто от волнения.
- Думаю, ты прав…. Надо отдохнуть…. – Сакура встала и направилась в сторону спальни.
Сай проводил её взволнованным взглядом.
«Неужели, она всё знает?» - подумал он и отправился в спальню за Сакурой.
Пока Сай размышлял о своём, куноичи успела сходить в душ и переодеться в ночную сорочку. Парень отправился в душ, а Сакура начала причесывать волосы. Как вдруг услышала, что в дверь кто-то стучится.
- Кто это в такое время? – Сказала она сама себе и отправилась открывать дверь.
Открыв дверь, она увидела стоящего на пороге Наруто в форме АНБУ, только без маски.
- НАРУТО!!!! – Закричала Сакура и кинулась на шею другу.
- Я тоже тебя рад видеть Сакура-чан! – Весело сказал Наруто, когда Сакура с него слезла.
С размаху розоволосая куноичи двинула Наруто прямо в нос.
- Ай! Сакура-чан, за что!? Как больно! – Стонал блондин, держась за нос.
- Это тебе за то, что ты был на миссии так долго! И за то, что заставил нервничать меня и Хинату! Думаю, ты в курсе, что в её положении ей нельзя волноваться! Бака!
- Это всё бабка Цунаде! Ей вообще на пенсии пора уже! Она уже старая! Пора мне уже становиться Хокаге! Ай! Сакура-чан это за что!?
- Не называй Цунаде бабкой! Она великий правитель и просто хороший человек…. – Сказала Сакура.
- Хм…. Подумаешь, пенсионер….
- Что ты сказал!?
- Нет ничего Сакура-чан, ничего! – Начал отмазываться Наруто, махая руками в знак несогласия.
- Что, это ты на пороге стоишь? Заходи…. – Не успела Сакура закончить, как её перебил Наруто.
- Сакура-чан, у меня сюрприз…. – Улыбаясь, сказал блондин.
- Твои сюрпризы не несут за собой ничего хорошего.
Наруто лукаво улыбнулся.
- Я насчёт Саске….
- Наруто! Я столько раз говорила тебе, что это бесполезно! Если он не хочет, это его проблемы! Не наши! Тебя дома ожидает целых две проблемы! Иди лучше туда и хорошенько отдохни.
- Нет, Сакура-чан!
- Наруто, ты, что не понял!?
- Сакура-чан! Саске вернулся!
- Ч-что? – Сакура пошатнулась, в глазах потемнело. Но она сразу же взяла себя в руки.
- Саске иди сюда! Ты, что там стоишь!? – Крикнул Наруто.
Из-за дерева появился высокий брюнет. На нем было белое кимоно, перевязанное тёмно синем поясом и таким же цветом штаны, за спиной висела катана. Волосы непослушно стояли сзади. А чёрные глубокие глаза медленно поднимались на Сакуру. В его глазах девушка заметила удивление. Она сразу же поняла, что забыла накинуть халат. Что насчёт Наруто ему было фиолетово, он уже привык, что Сакура забывает накинуть, что ни будь поверх ночнушки, когда открывает дверь. Сакура густо покраснела. На ней была одета нежно розовая шёлковая сорочка. Её длина закрывала только попу. Держалась она на бретельках, а вырез на груди, хоть и не демонстрировал все прелести Сакуры, но хорошо подчёркивал. Саске немного покраснел и, отведя глаза в сторону, спокойным голосом сказал:
- Ну, здравствуй, Сакура.
- Приятно видеть тебя снова в Конохе. – Сказала Сакура с ноткой фальши в голосе, и Саске и Наруто это заметили.
На плечи Сакуры упала что-то тёплое. Она почувствовала, что её кто-то обнимает.
- Ты снова забыла халат… - Спокойный нежный голос Сая, - О, Наруто ты вернулся! – Нотка удивления, - Чувствую, у тебя будет сегодня весёлая ночка, Хината тебя подрисерует….
- Сай! – Строга сказала Сакура.
По телу Наруто пробежались мурашки.
«Беременная женщина, это похуже любого Орочимару!» - Подумал Наруто.
- Ух, ты! Кто у нас здесь есть! – Сказал Сай и устремился вперёд к Саске, - Я так полагаю, ты Учиха Саске?
- Да. А ты?
Сай хитро улыбнулся.
- Я парень Сакуры…. Сай.
Сай протянул Учихе руку для рукопожатия. Саске неохотно пожал руку брюнету с фальшивой улыбкой. Саске кинул непонимающий взгляд на Наруто.
- Чёрт надо было сначала всё объяснить!!!! Вот я идиот!
- Ты о чём Наруто? – Сакура почувствовала, что атмосфера между двумя брюнетами накаляется, и крикнула, - Сай, пойдём в дом! Наруто нужно домой. Да и Саске тоже. Приятно было тебя увидеть Саске. До встречи!
Сай стоял на месте.
- Сай! Ты что оглох!? – Зеленоглазая занервничала не на шутку.
Наруто понял, чего боится Сакура. Он тоже почувствовал напряжение между Саске и Саем.
- Был рад познакомиться, Саске… - Ехидно сказал Сай, - Не прощаемся.
- Да, - ответил Саске, - До свидания, Сакура. Я тоже был рад тебя увидеть. Наруто пойдём!
Сакура заметила, что в глазах Учихе что-то промелькнуло. Это что-то было похоже на ревность. Но девушка решила не обращать на это внимание.
Наруто и Саске уже прилично отошли от дома Сакуры и Сая, как вдруг Наруто сказала:
- Надо было тебе всё сначала объяснить…
- Надо было! Ты чем думал Наруто! – Блондин не понимал, почему его друг злится, - Кто вообще этот Сай!? От куда он взялся!?
Пока Наруто всё объяснял Саске, Сакура молча зашла в дом следом за Саем. Её мучил вопрос:
Зачем Саске вернулся, после стольких лет отсутствия? И почему он и Сай так невзлюбили друг друга.
- Сакура, тебе нужно расслабиться и отдохнуть. – Шепнул на ухо Сакуре Сай и начал целовать шею.
Сакура легонько оттолкнула парня.
- Нет, Сай, перестань. Я не могу…. То есть не хочу сегодня…
- Понял, не дурак! – Сай широко улыбнулся, - Иди, поспи.
- Да…. – Сказала куноичи и направилась в спальню.
- Чёртов Учиха… - Шепнул Сай, когда Сакура скрылась за дверью, - Он может помешать и всё испортить….
Когда парень зашёл в спальню, то увидел, что Сакура уже спит. Он нежно провёл своей рукой по её коротким розовым волосам и тоже лёг в постель. Сай смотрел, какое у Сакуры печальное лицо во сне. Он примерно знал из-за чего оно такое, но старался не обращать внимание. Через некоторое время брюнет тоже погрузился в мир сновидений.

57

Название: Всё так сложно…Глава 2
Автор: КсюSHа (_mИс@_)
Жанр: Романтика, юмор.
Рейтинг: NG-15
Пейринг:Сакура и Саске- основной, Наруто и Хината, Сакура и Сай,  Араи и Сай.
Дисклеймер: Кишимото Масаши.
Статус: закончен.
Предупреждение от автора: Все ниже сказанное плод моего ненормально больного воображения.
Размещение: где хотите только указывайте автора

Глава 2 «Улыбка».
Саске проснулся рано утром. Спать совсем не хотелось. Из его головы не выходил образ розоволосой куноичи.
«Что это такое!?» - думал он, - «Она не выходит у меня из головы…. Ещё этот Сай… Чёрт!» - Саске резко сел на кровати, - «Я что ревную!?».
Учиха встал и направился в душ, а перед его глазами стояли две девушки. Одна совсем маленькая с большими наивными зелёными глазами, длинными нежно розовыми волосами и искренней улыбкой. И другая, в коротенькой шёлковой ночнушки под цвет её коротких волос, цвета цветущей сакуры, и глаза полные боли, что он причинил ей, но тогда он не увидел той искренней улыбки. И сомневался, что когда ни будь, ещё увидит такую улыбку, обращённую к нему…
-------------------------------------------------------
День близился к вечеру. У Сакуры не было времени, что бы думать об Учихе, и вообще думать о чём-то своём. Работы у неё было навалом.
- Бумаги, бумаги, бумаги. Чёрт, у меня уже голова чугунная от них…. – Сказала Сакура.
Внезапно в комнату влетела невысокая девушка с волосами цвета солнца и фиолетовыми глазами.
- Сакура-сан! У нас там пациент, которого мы не можем вылечить, потому что он брыкается и врывается. Крича, что у него всё в порядке. Хотя у него всё тело в порезах! Нам нужна ваша помощь.
- Араи, ты, что так беспокоишься. Наверняка это Наруто….
- Нет! Если бы это был Наруто, я бы вас сразу позвала.
- Ну, кто же это у нас ещё тут такой прыткий? – Сакура, улыбаясь, посмотрела на Араи, она всегда хорошо относилась к девушке, и часто доверяла ей.
- Учиха Саске.
Глаза Сакуры сразу же потемнели.
- В какой он палате? – Спросила она, направляясь быстрым шагом к двери.
- В 8.
- Хорошо, идём со мной, Араи. – Девушка побежала за розоволосой.
Подходя к 8 палате, Харуно услышала, как пытаются успокоить Учиху медсестры. Сакура резко открыла дверь и зашла в палату. Медсёстры сразу же отлипли от Саске и поклонились главному врачу госпиталя. Саске был удивлён появлением розоволосой куноичи, ведь он не знал, что она здесь работает.
- Аиша, Каэде, Араи, выйдите. – Строго сказала Сакура.
Медсёстры поспешили к выходу, оборачиваясь, чтобы ещё раз посмотреть на полуголого Учиху. У Саске была снята футболка. Как только дверь закрылась, Сакура подошла к кровати, на которой сидел брюнет, и строго сказала:
- Ты что вытворяешь в моей клинике! Сказали, что тебе нужна медицинская помощь, значит, она нужна! И ни каких но!
- Они все вешались на меня! И я вполне здоров! – Возразил Саске, удивившись, тону бывшей напарницы.
Сакура нежно улыбнулась и села на стул около кровати.
- Они ведь девушки. Ладно, так и быть я тебя быстренько вылечу, и ты пойдёшь домой. Кстати, что произошло?
- А ты об этом? – Спросил Учиха, показывая на раны, - Наруто решил со мной помериться силами….
- Ты его не убил? Где он? – Встревожено спросила Сакура.
- Нет, конечно! – Брюнет улыбнулся, - На нем как на собаке всё заживает! А вот на мне нет…. А он стал сильным….
- Да.
- Слушай, Сакура, а ты изменилась… - Сказал Саске, разглядывая Сакуру, пока та обрабатывала его раны, - Раньше бы ты никогда бы не накричала на меня.
- Это моя работа, следить за порядком в больнице.
- И внешне ты тоже сильно изменилась…. – Сказал Учиха, а потом понял, что только что ляпнул.
Сакура выпрямилась и непонимающе посмотрела на парня.
- А ты давно, с этим, Саем вместе?
- Где-то около года…
- И ты его любишь?
- Саске, что за глупые вопросы! Разве я жила бы в одном доме с человеком, которого не люблю? – Ответила девушка, и задумалась над своим ответом. Когда Саске вернулся, она начала сомневаться в том, что она его забыла, и теперь любит Сая.
- Ну да, ты как всегда права. – Саске заметил, что Сакура сомневается, и невольно улыбнулся.
- Вот и всё. – Сакура подняла на Саске голову и искренне улыбнулась, - Теперь у тебя будет всё в порядке. Можешь идти домой.
«Она улыбнулась, той улыбкой моего детства!» - Внутри у Саске всё ликовало.
- Спасибо.
- Да не за что, Саске. – Сказав это, Сакура встала и направилась к двери. Через несколько секунд девушка скрылась за дверью. А Саске так и остался лежать на кровати и улыбаться.
- Спасибо за улыбку… - шепнул он.

58

Название: Всё так сложно…Глава 2
Автор: КсюSHа (_mИс@_)
Жанр: Романтика, юмор.
Рейтинг: NG-15
Пейринг:Сакура и Саске- основной, Наруто и Хината, Сакура и Сай,  Араи и Сай.
Дисклеймер: Кишимото Масаши.
Статус: закончен.
Предупреждение от автора: Все ниже сказанное плод моего ненормально больного воображения.
Размещение: где хотите только указывайте автора
Глава 3 «Двойной удар».
На улицу быстро надвигался вечер. Сакура услышала стук в дверь.
- Войдите! – Крикнула розоволосая.
В комнату вошла Араи и поклонилась.
- Сакура-сан, - медленно начала она.
- Да, я тебя слушаю. – Главный врач оторвалась от бумаг и, улыбаясь, посмотрела на девушку.
- Можно мне сегодня уйти пораньше?
- Пораньше, это во сколько?
- Ну, к примеру, сейчас…
- Тебе срочно нужно? – Устало спросила Сакура.
- Да, Сакура-сан.
- Ну ладно иди…
- А вы сегодня надолго?
- Наверное, да…
- Жалко мне вас, у вас столько работы. Как вы всё успеваете!? – Удивилась Араи.
- Работаю сверхурочно…. Иди, давай, Араи, не отвлекая меня!
- Да…. До свидания Сакура-сан.
- Угу…
Араи пулей вылетела из кабинета Сакуры, она знала, что испытывать её терпение нельзя.
Через 15 минут Харуно снова услышала стук в дверь.
- Войдите! – Устало крикнула она.
В кабинете появилась невысокая женщина. С карими глазами и светлыми волосами.
- Цунаде-сама! Как вы здесь оказались!? – Удивлённо спросила Сакура.
- И тебе привет, Сакура. – Улыбнулась Пятая Хокаге, - Снова работаешь сверхурочно?
- Да…. Приходится….
Цунаде заметила, как её ученица пошатывается от усталости.
- Я собственно, зачем пришла. Я пришла сказать, что даю тебе отпуск! – Весело сказала Пятая.
- Отпуск?
- Да. Сакура, ты только посмотри на себя! Тебе ещё только 18…
- Скоро 19 будет! – Возразила розоволосая.
- Неважно! Ты себя сильно перетруждаешь! Сейчас ты собираешь вещички и идёшь домой отдыхать! Через неделю вернёшься. – Хокаге улыбнулась.
- Спасибо конечно! – Сакура обрадовалась известию, - Но как же работа?
- А об этом не волнуйся! Я всем займусь.
- Спасибо Цунаде-сама! – Куноичи обняла свою наставницу.
- Не за что!
На улице шёл дождь. Не прошло и полу часа, а мокрая с ног до головы Сакура уже стояла около двери дома, в котором жила она и Сай. Она не стала предупреждать его, что сегодня придёт намного раньше. Куноичи решила сделать сюрприз. Открыв дверь, она ничего не услышала.
«Наверное, снова спит…» - Подумала она и тихими шажками направилась в их общую спальню.
Дверь была закрыта. Сакура легонько толкнула и вошла внутрь. Её взору открылась картина, которую она не как не ожидала увидеть. На постели лежало два человека…. Первый с, большими от удивления, чёрными глазами, парень лежавший сверху на небольшой блондинки с фиолетовыми глазами.
- Сакура-сан… - Шепнула она.
Сакура уронила сумку. Девушка просто встала в ступор от увиденного. Она была в шоке, она не могла ни сдвинуться с места, ни сказать, что-либо.
В это время Сай, замотался в простыню и, подойдя к розоволосой, сказал:
- Сакура, ты всё не так поняла….
- Давно? – Только это сказала Сакура, не отводя глаз от Араи.
- Что давно?
- Давно, это у вас? – Повторила она.
- Сакура, ты всё не так поняла….
Не успел Сай закончить, как мокрая Сакура подняла на него глаза полные ненависти, что Саю стало не по себе, он знал какова Сакура в гневе.
- Я спрашиваю, давно ли это у вас происходит!?!?!? – Голос перешёл на крик.
- Пол года….
- Понятно… - Тихо сказала Харуно, и со всей силы, что только была у неё, ударила Сая по лицу.
Парень отлетел на метров 5 от девушки, снося всё на своём пути. Пока Сай пытался подняться, Сакура схватила с тумбочки фотографию, на которой были запечатлены она, Наруто и Саске, когда им было по 12 лет, и пулей вылетела из дома.

Глава 4 «Под дождём».
Сакура отбежала от дома на приличное расстояние и дала волю эмоциям. Девушка села в лужу на колени и заплакала. Она не могла поверить, что человек, которому она отдала всё самое дорогое, да, что там, человек, которому она в первую очередь отдала себя, предал её! Шёл дождь, но всё равно было видно, как по щекам Сакуры текли слёзы. Она не находила объяснений, тому, что Сай и Араи врали ей, врали целых пол года. Только сейчас куноичи поняла, что всё это время жила во лжи. Розоволосой стало ещё хуже, она заплакала ещё сильней.
«Больно, больно…» - Думала она.
Сердце ужасно болело. Казалось, что ещё чуть-чуть, и оно разорвётся.
Становилось холодно. Тело Сакуры дрожала от холода и от душевной боли. С коротких розовых волос капала вода, одежда пропиталась водой, и теперь была насквозь мокрая, ко всему этому девушка сидела в луже. Но ей было плевать, что с ней и где она находится. Вдруг её голову посетила мысль:
«Фотография!» - Сакура зашарила рукой в кармане и вытащила фотографию.
Она не понимала, зачем тогда схватила её. Что её натолкнуло на это. Посмотрев на фото Сакура снова заплакала. Тело дрожало.
Внезапно дождь прекратился. Харуно медленно подняла свои заплаканные зелёные глаза, из которых до сих пор текли слёзы, и увидела зонтик. На плечи упала что-то тёплое. Девушка почувствовала, что её поднимают с колен, она услышала голос.
- Сакура! Сакура! Ты слышишь меня!
Сакура слышала всё это как во сне. Из-за слез, она ничего не видела. Голос казался таким знакомым и тёплым, что Сакура приказала себе:
«Встряхнись! Приди в себя! Я должна узнать кто это!»
Девушка резко протёрла глаза и увидела, что перед ней стоит в одной футболке:
- Саске… - Шепнула она и потеряла сознание от впечатлений за сегодняшний день, и от холода.

Глава 5 «Мысли…».
На дворе стоит глубокая ночь. На улице не души. Только слышно, как упрямый дождь барабанит по крышам домов.
В просторной тёмной комнате, на кресле, сидит парень с глубокими чёрными глазами, как сама ночь. Он не спит. Он просто молча наблюдает за спящей, свернувшейся в калачик, восемнадцати летней девушкой. Её волосы, цвета цветущей сакуры, размотались по подушки, и так смешно легли на столь безмятежное лицо, что парню так и хотелось подойти и убрать пряди волос с её лица. Но он почему-то не давал волю себе, поступить так, как ему хочется….
«Да, что это со мной происходит!?» - Думал он, - «И это та самая маленькая девочка, которая бесила меня, всё моё детство, проведённое в Конохе!? И теперь, это та самая девушка, которая сводит меня с ума одним своим видом!?»
Мысли Саске путались. Последний в своём роду Учиха схватился за чёрные волосы и начал, в своей голове, прокручивать всё, что там находилось.
«Что с ней произошло? Почему она сидела под дождём и плакала? Почему она сидела в луже? Почему, потеряла сознание? Почему, я вообще принёс её к себе домой? Зачем я её переодел, и…. – Саске густо покраснел, он и вправду переодел Сакуру, потому что оставлять её такую мокрую было нельзя, - … и, почему я так забочусь о ней?».
«Потому что она тебе не безразлична…» - Подсказывал внутренний голос.
- Возможно…. – Шепнул Саске и нежно улыбнулся.
Внезапно Саске услышал, как Сакура зашевелилась на кровати под одеялом. Парень резко поднял свои чёрные глаза и встретился с сонными зелёными…
- Что…. – Непонимающе шепнула Сакура.
Глава 6 «Так болит сердце».
Первое что почувствовала девушка, это был шок. Ну, сами подумайте, она просыпается в незнакомой тёмной комнате, в чужой кровати, в чужой одежде.
- Что я здесь делаю? – Сорвалось с губ Сакуры.
- Ты была на улице, сидела в луже под дождём и плакала…. – Саске растерялся.
- Да, Сай…. – Девушка обняла колени, и слёзы сами потекли рекой.
- Что? Так в этом виноват тот козёл?
- Это уже не важно…. Саске скажи мне, почему меня все предают? Что такого плохого я всем сделала.
Учиха молчал, он не знал что ответить.
- Ты ушёл, тогда, давно, очень давно, бросил меня, сказал, что я тебя достала….
Саске хотел что-то возразить, но Сакура его перебила:
- Не говори ничего…. – Девушка посмотрела на Саске грустным взглядом, - А теперь ты вернулся, и этим ты делаешь мне только больнее…. Моя мать плохо отнеслась к моему решению остаться в Конохе, ведь сама она уехала в страну Тумана. Она не смерилась с мыслью, что я осталась жить с Саем…. Мама сказала, что я не являюсь больше её дочерью. После этих слов она исчезла из моей жизни, а через три месяца я узнала, что мама погибла…
Сердце парня сжалось. Он знал, как это больно, потерять семью.
- А теперь и этот ублюдок…. Сай и Араи…. Я жила во лжи пол года. Пока я засиживалась на работе, Сай спал с моей лучшей работницей, а я ей всегда доверяла. Но дело не в том. Я отдала Саю все, что у меня было. Я доверяла ему, верила, а он просто кинул меня!
Сакура снова заплакала
«Всё хорошо, что хорошо кончается».
Саске сел рядом с плачущей девушкой. Не отдавая себе отчета, он начал гладить её по шёлковым розовым волосам. Сакура лишь сильнее прильнула к Саске. Парень крепко обнял девушку и спросил:
- Ты всё ещё любишь его?
Сакура подняла глаза и внимательно посмотрела на Саске. В его глазах она отчётливо прочитала отчаяние.
- Нет, я никогда его не любила, - Сакура сильнее прижалась к Саске, - Я всегда любила, и буду любить только тебя. Это всё было не детская увлечённость, это была настоящая любовь…. А Сай, просто напоминал мне о тебе, наверное, по этому мне было с ним так хорошо….
- Сакура…. – Начал Саске.
Сакура зажмурилась, она была готова к любому ответу.
- Я люблю тебя…. Прости….
Девушка удивлённо подняла свои изумрудные глаза на брюнета.
- Это правда?
- Да. Простишь?
- Конечно же да…. – Сакура коснулась своим носом носа Саске и добавила, - Я тебя люблю….
Брюнет нежно поцеловал девушку. Время для них остановилось. Всё шло замечательно, но вдруг, Саске оторвался от губ любимой и сказал:
- Сакура….
- Да.
- Выходи за меня замуж!
Сакура потеряла дар речи. Саске внимательно изучал реакцию девушки.
- Ну, ты можешь не торопиться с ответом….
- Да! Да! И только да! – Куноичи прыгнула на Саске, и они оба упали с кровати. Саске поймал девушку на себя. Пара слилась в страстном поцелуе. Потом поцелуй перешел, во что-то большее. И так продолжалось всю ночь…
Через месяц Саске и Сакура поженились, а ещё через 7 месяцев у них родился мальчик. Саске был в не себя от радости. Он чуть не задушил в объятиях Наруто, когда он сообщил ему эту новость. Дело в том, что Саске был в это время в соседней деревне на миссии. Новоиспечённый папочка примчался в госпиталь со скоростью света. В этой семье всё шло хорошо.
Наруто так пока и не стал Хокаге, но Цунаде уже частенько напоминает ему, что она скоро пойдёт на пенсию, и её место не займёт ни кто кроме Наруто.
А Сай так и остался один. Араи бросила его. Её мучила вина перед Сакурой. Девушка так и уехала из деревни, Сакура её не простила. Сай часто встречает Сакуру, Саске и ихнего малыша в парке. Он с завистью смотрит на молодую семью. В такие моменты Саю тоже хочется спокойной семейной жизни, и он, проходя мимо, с тоской вспоминает то время, когда он и Сакура жили вдвоём. Но не всё потерянно, жизнь не кончена. И у взрослых шиноби Конохи всё идёт своим чередом, и жизнь продолжается.

59

Автор: Sakura13
Название: Смысл жизни
Жанр: романтика
Пейринг: Саске/Сакура
Статус: закончен
Размещение: где угодно только с шапкой.
«Ради кого мне жить , друзья меня не понимают, жить ради соперничества с Ино, глупо. Парень которого я люблю не обращает на меня внимание . У меня нету смысла жизни .» - девушка стояла на крае крыши .Она хотела зделать шаг на встречу смерти , как вдруг кто то взял ее за руку . Девушка обернулась , она увидела перед собой ЕГО . Парень с приятной внешностью , черными волосами и такими же черными глазами .
- Ты что с ума сошла ?
-Отпусти !!!
Парень наоборот потянул её на себя , подальше от края .
- Да кто ты такая что бы так просто лишить себя жизни ?
- Это моя жизнь !!!
« Зачем ты пришёл , я и так влюбилась в тебя и страдаю от того что ты меня не замечаешь .»
- Отстань !!!
Из глаз Сакури полились слезы . Саске потащил её за собой , так же как и Сакура он жил в этом доме с которого она собиралась пригнуть . Он завёл девушку в свою квартиру . Жилище у брюнета было завешано картинами . Его родители погибли в автокатастрофе , остался только Саске и его брат Итачи и то он живет в Европе . Брюнет усадил девушку в кресло а сам пошёл на кухню . Через пару минут он вернулся держа в руке чашку с горячем чаем .
- Вот держи , это тебя успокоит .
Девушка взела чашку .
- Спасибо.
Сакура сделала глоток, приятное тепло рознеслось по всему телу .
- А и правда , помогает .
- Почему ты хотела пригнуть ?
- В моей жизни только страдания , нету ради чего точнее ради кого жить .
- А ты не задумывалась, что кому то ты очень нужна .
- Твои слова напомнили мне некотарие строки из одной книги:
А знаешь ли ты , что каждую ночь кто то
думает о тебе перед тем как заснуть ? Для
кого то ты означаешь весь мир . Кто то мог бы
не родится, но родился ради тебя .
Кто то, о чьём существовании
ты даже не подозреваешь , любит тебя.
После того как ты совершаешь самую большую
ошибку, следует что то хорошее. Когда
тебе кажется , что весь мир отвернулся от тебя ,
посмотри , возможно, на самом деле это ты
отвернулась от него .
- Хорошие слова .
Они ещё долго о чем то болтали . Когда наступила ночь девушка ушла к себе домой .
Прошёл уже месяц после этой ситуации за это время Саске и Сакура стали больше общатся и хорошо подружились .
« Давай будем друзьями – этими словами миллионы людей в мире пытаются закончить отношения, хотя как раз именно с них надо всё начинать .»- читала в своей книжке Сакура .
Они оба чувствовали что то больше чем дружба .
Девушка повернула голову 4:46 . Ее целую ночь мучала безсоница . Тихонько прозвенел мобильник , пришла SMS-ка
« Ты спишь ?»
Эта SMS-ка была от Саске . Сакура взелась бистро писать ответ
« Нет . Не могу заснуть »
« Тогда приходи в парк через 10 минут »
Девушка начала собираться , виходила она из квартиры тихонько, что бы не розбудить маму .
К парку было пару минут ходьби . Когда Сакура пришла , он уже был на месте . Девушка подошла к Саске .
- Смотри . – он показал в сторону рассвета .
Сакура молча повернула голову , и правда было очень красиво . Он взял ее за руку , в эти моменты слова были лишними . Они просто стояли и любовались закатом , держась за руки .
Первым тишину нарушил Саске
- Тебе нравится ?
- Да , очень .
Их глаза встретились
- Сакура… я тебя люблю .
Саске обнял девушку , зарывшись в ее мягкие волосы.
- Я тебя тоже люблю .- прошептала Сакура .
« Теперь я нашла смысл моей жизни . Он – мой смысл , он – моя жизнь ….»

60

Название: Попробуй меня.
Авторы: 1. Iriska / irinka и 2. Alisia.
Пейринг: Саске/Сакура.
Жанр: романтика, юмор, AU.
Предупреждения: хентай, ОС, молодежный жаргон, нецензурная лексика.
Рейтинг: NC-17.
Размер: макси.
Содержание: Противостояние любви и ненависти. Целое ассорти чувств и ощущений. Эмоции, страсть, любовь, нежность, радость, злоба, искренность и ненависть. Если все это можно попробовать, то какой вкус мы откроем для себя?
Статус: в процессе
Дополнительно: Иллюстрации
Дисклеймеры: персонажи – Масаши Кишимото, сюжет – наш.
Размещение: без разрешения – запрещено!
От авторов: следующая глава будет последней.

1. Манго?
Сладкий, ароматный манго символизирует собой энергию, и его часто называют «яблоком тропиков». Манго в подарок — предложение одного пола другому провести страстный и величественный секс.

— Простите, сколько? — улыбаясь, переспросила девушка у водителя такси лет сорока. Он окинул пассажирку взглядом и понял почти сразу, что она приехала из Осаки. Об этом говорили ему ее улыбчивость, открытость, яркие светлые глаза с задоринкой и толикой извинения за то, что она не расслышала цену.
«В Осаке вечно все такие... Невинные овечки, тошно даже иногда», — несмотря на свои мысли, таксист приветливо ей улыбнулся в ответ и повторил:
— С вас 660 йен за посадку и еще 650 за проезд.
— Ну, ничего себе у вас цены! — искренне удивилась девушка. — Ну, куда деваться, — снова улыбнулась она, открывая кошелек, доставая 1310 йен и передавая их водителю.
Приняв оплату, таксист повез девушку по указанному адресу на улицу Мэджидори. Домчались они довольно быстро — пробок не было, как всегда, а со светофорами им просто повезло. Водитель помог девушке выгрузить ее чемодан и, оставив его на тротуаре, как было сказано, напротив огромного парка, вежливо откланялся и уехал.
Девушка осмотрела улицу — вообще она была просто огромной. Но то, что поразило больше всего, было не размеры Мэджидори, а самый большой парк Токио, простирающийся почти напротив ее нового дома.
«Вот так сюрприз родители сделали», — улыбнулась бывшая жительница Осаки, мечтательно цокнув. Затем, она достала письмо из сумки, которое мама и папа ей сказали читать лишь после того, как ее привезут на ту самую улицу.
«Любимой Сакуре»  — гласили надписи на конверте, перевязанном зеленой ленточкой.
«Как всегда мама постаралась», — девушка ласково улыбнулась и осторожно открыла письмо.
«Cакура, ты сама знаешь, что мы не очень-то были за эту идею, но это было твое желание, на твое восемнадцатилетие. Что ж, раз я обещал, значит, так и будет. Но, тем не менее, милая, мы с твоей мамой очень бы хотели, чтобы ты вернулась. Но даже если нет, мы всячески будем тебе помогать, так что не переживай. С документами в твоем новом институте проблем нет. Ты уже числишься в нем. Учти, то, что ты занимаешься в группе, очень хорошо, но это моя воля, чтобы ты закончила институт на эту специальность. Все, что от тебя требуется — лишь заниматься.»
Сакура на время остановилась, увидев разводы на бумаге и подтекшие немного чернила.
«Мама сто пудов плакала.»
Вернувшись к нужной строчке, девушка продолжила читать.
«Пожалуйста, если захочешь снова жить с нами, то приезжай сразу, мы только за. Будь осторожна там на дорогах и метро... Кстати говоря, ты ведь еще не знаешь, где находится твой дом, верно? Представитель от моей кампании в Токио выкупил последнюю квартирку тебе — двухкомнатная! Напротив парка! Вот тебе наш сюрприз! А? Держу пари, ты сейчас улыбаешься...»
— Да это точно, — тихо засмеялась девушка.
«Мы знаем, как ты любишь природу, потому надеялись, что найдем соответствующее место, хоть с маленьким ее кусочком. Ах да, твоя квартира номер двадцать семь, на седьмом этаже. Мебели там немного, только все самое необходимое. Мы постоянно будем — слышишь?! — постоянно высылать тебе деньги, так что не отнекивайся. Захочешь — оформишь квартиру, как сама того желаешь... Удачи тебе, милая, звони нам чаще пожалуйста! Целуем, папа и мама.»
Cакура еще раз перечитала письмо, все время либо усмехаясь, либо тихо смеясь. На ее довольную мордашку даже поглядывали прохожие с неким удивлением и заинтересованностью. Затем, осмотревшись, девушка взяла чемодан и пошла в сторону дома, который действительно оказался недалеко. Единственное, что омрачало эту картину (наверняка это была мера осторожности ее родителей) — дом был не совсем простым. На первом этаже был своего рода ресепшен, по крайней мере, напоминал его. Там сидела какая-то женщина с невероятно строгим видом, а за ней висело много ключей — по-видимому запасных, поскольку у Сакуры был свой. Девушка пыталась пройти незамеченной, но у нее не получилось.
— Куда это вы направились, милочка? — голос лифтерши был похож на тот звук, который источают две ржавые пластины, трущиеся друг о друга, а взгляд — как у графа Дракулы в неудачный брачный период.
— Домой, — уверенно ответила Сакура.
— У тебя акцент. Ты из Осаки? Так и топай туда, здесь тебе нечего делать.
— Как бы вам объяснить... — Сакура начала доставать из сумки документы на квартиру, которые ей передал на вокзале папин представитель компании в Токио. — Вот, смотрите.
Тетка ознакомилась досконально со всеми бумагами. Даже по нескольку раз перечитывала некоторую информацию. В конце концов, крайне недовольная, она вернула документы Сакуре и, отвернувшись, процедила:
— Добро пожаловать.
Поднявшись на лифте на седьмой этаж, девушка, доставая перед своей дверью, отделанной красным деревом, ключи, перекривила даму на первом этаже. Затем, открыв с замиранием сердца замок (как никак первая собственная квартира, в которой она будет жить одна) Сакура вошла.
Тишина и покой... Пустое помещение, в котором пахнет деревом. Кажется, осиной. Ей были отделаны стены коридора, и из нее же — плинтуса. Все простенько, но со вкусом. Отец Сакуры постарался сделать так, чтобы дочери было приятно жить в этой квартире, поэтому воспользовался советами дизайнеров и напряг память, вспоминая, что нравится Сакуре, а что — нет.
Свет в квартире уже был подключен, но он сейчас не требовался — лучи солнца пробивались сквозь окна и заливали собой все комнаты, проникая даже в коридор. Странно, но блики от солнца на полу стали плясать, как если бы в квартире кто-то был и проходил мимо окна. Вскоре послышалось, как кто-то слегка ударил по стеклу, а затем — партизанский шепот:
— Ринджи! Тихо! У тебя полотенце падает, а внизу, вон, народ ходит! Не позорь меня, — голос был словно приглушенным, становилось ясно, что его источник находился снаружи, где-то за окном.
— Сам-то! Шивились быстрее, карниз узкий! А я весь вдобавок в мыле! — это было по меньшей мере странно. Тот же голос... Неужели кто-то разговаривал сам с собой, в одном полотенце, да еще и стоя на карнизе?
— Ты виноват, так что не ной! — и снова стук о стекло окна...
Сакура, прислушавшись к диалогу, сначала не знала, что ей делать. Ее успокаивало то, что голос исходил из пространства за пределами ее квартиры, но все же... Пройдя в большую комнату, она увидела зашторенную матовыми занавесками дверь балкона. Открыв его, девушка охнула от удивления и уставилась на двух парней, которые стояли на карнизе, вознеся руки кверху, словно за что-то держась. Вдобавок ко всему, один из них был...лишь в одном полотенце.
Оба парня, заметив движение занавесок, резко замолчали и уставились во все глаза на девушку. Длинные прямые волосы необычного цвета. В тени они казались бледно-рыжеватого непонятного оттенка, но, когда солнце слегка сдвинулось и луч, пробравшийся между силуэтами парней, осветил эту незнакомку, стало понятно, что ее волосы были нежно-розового цвета. Красивые большие глаза смотрели с удивлением, и в них читался неподдельный испуг. А один из незнакомцев, пока смотрел во все глаза на эту красавицу, почувствовал, как полотенце делает ему ручкой... Спохватившись, он успел его поймать, но, при этом, чуть сам не упал, удержавшись только благодаря второму странному типу.
— Здрасте, — глупо сказали они в голос, смотря на Сакуру, словно на приведение.
Они оба были примерно ее возраста. Коротко стриженные взлохмаченные темные волосы, темно-зеленые выразительные глаза, правильные черты лица и немного пухлые губы. У обоих. Словно в зеркале. Близнецы... И довольно крепкие с виду.
Девушка еще раз ахнула после того, как один из них чуть не упал с седьмого этажа. Она тут же ринулась к окнам. Сакура открыла проход в комнату, от чего помещение обдало немного прохладным ветерком, и крикнула:
— Вы оба ненормальные! Слезайте быстро!
— Девушка, я вас обожаю! — искренне восхищался тот, что был в полотенце, заскакивая внутрь. Второй же лбом со стуком прислонился к оконному стеклу, смотря себе в под ноги и безнадежно вздыхая.
— Идиот, ты ее только больше напугаешь. Скачешь тут как маньяк, — казалось, вместе с ними она впустила в свой дом суету и «живую» атмосферу.
— Да вы оба хороши! Залезай скорее! Ты ведь можешь сорваться! — одна мысль о том, что он упадет заставляла ее сердце биться еще быстрее, хотя куда уже казалось больше, ведь оно вот-вот выскочит из грудной клетки.
— Иду, иду... — второй парень через несколько секунд оказался на полу внутри квартиры. Отряхнув свою одежду, он посмотрел снова на Сакуру, переглянулся со своим братом и, подойдя к ней вплотную, обнял за талию, наклоняясь к ней так, словно собирался поцеловать. — А вдруг мы маньяки?
— Ребят, а вам не страшно? Вас двое, а я одна, — спросила она, рукой упираясь ему в грудь и одновременно отталкивая.
Как только девушка поняла, что они оба в безопасности, на сердце стало легче, но, когда она почувствовала руку на своей талии, она взяла его ладонь и отвела от себя, после чего отошла.
— Маньяки по балконам да карнизам не шляются.
— И потом, братец, я больше похожу на маньяка, чем ты, — смеясь сказал второй из них, беря Сакуру за руку и увлекая к себе в объятья.
— Да брось, Ринджи, из тебя маньяк, как из меня трактор. И отцепись ты от нашей спасительницы, — теперь и вторая рука Сакуры оказалась в плену.
— Э-э-э-э...ребят... — девушка с трудом высвободила свои руки и по-прежнему в удивлении уставилась на молодых людей. Они были так внешне похожи, но все-таки внутри них чувствовалась огромная разница. Она не знала их, но могла это утверждать — во всем проявлялись их противоположности. — Вы ведь братья, верно? — задала Сакура глупый вопрос.
Парни переглянулись и на их лицах появилась шкодливая улыбка, наверное единственное, что порой проявлялось в них общее.
— Не-е-е, ты что! Не видишь? — тот, кого звали Ринджи подошел к девушке и фамильярно оперся о ее плечо, согнув руку в локте. — Мы клоны. И нам поручено захватить этот мир, врываясь в комнаты пустующих квартир.
Слушая весь этот бред, который нес его братец, парень, стоявший чуть поодаль от них, хлопнул себя по лбу.
— Ринджи, по-моему тебе одно место продуло, и это сказалось на твоих мозгах.
— Гхм...ладно, ребят, я конечно понимаю, что лазать по карнизам — это ваше дело, но...все-таки... Ринджи, — обратилась она к одному из братьев, на котором было лишь полотенце, — и... — Сакура заинтересованно посмотрела на второго, ожидая услышать его имя.
— Тейджи. А кстати, что ты тут делаешь? На сколько я знаю в этой квартире никогда никто не жил и покупать ее не собирался...
— Ну, я теперь ее законная хозяйка, а почему ее никто не покупал? — спросила девушка у Тейджи и перевела взгляд на Ринджи. Затем она, увидев его полотенце на бедрах, отвернулась, хотя ее щеки подернулись румянцем. — Гхм...у меня из одежды-то ничего нет...
— Ам-м-м... Да я и так как-нибудь... — Ринджи тоже покраснел и замялся.
— Эта квартира, как говорят, кишит призраками. Местная легенда, так сказать. На самом деле, ее каждый раз новым покупателям распространяла соседка снизу.
— Зачем это ей? — спросила Сакура.
— Старуха с прибабахом. Кто ее знает. Ринджи, вышел бы ты, посмотрел, может твоя фанатка уже ушла?
— А че сразу я? Предлагаешь голышом по коридорам бегать???
— Ну по карнизу же ты ходил.
— Выхода не было! Эта дура меня чуть в ванной не изнасиловала, — чуть ли не обиженным тоном возмутился Ринджи.
— Знаешь... Я до сих пор понять не могу... А что я забыл на этом карнизе? — с апатичным видом спросил Тейджи.
— Так вы из-за девушки решили сбежать через окно седьмого этажа? Ребят, а у вас с головой все в порядке? — покосилась на них девушка.
— Девушка? Да это монстр! — в один голос ответили ребята.
— Она Тейджи два дня назад караулила возле парка.
— И сегодня каким-то образом проникла в квартиру к нам. Я ее увидел, решил брата предупредить. Ну, а дальше сама понимаешь...
— Ладно... — только и смогла сказать девушка. — «Ну и соседи...» — улыбнулась она своим мыслям. — Что делать-то вы теперь будете? У меня, боюсь, вам остаться никак нельзя на все время, — усмехнулась Сакура.
Тейджи посмотрел на брата и, поняв, что тот наотрез отказывается все делать сам, направился к двери.
— Оставлю-ка я вас, голубки, наедине ненадолго, — улыбнулся он и скрылся в коридоре. Раздался хлопок двери — он и вправду ушел.
— Кретин, — выругался Ринджи. — Ты на него внимания то не обращай, с ним бывает.
— О чем это он? — Сакура быстро подошла к входной двери и, открыв ее, позвала Тейджи. — Одежду ему принеси!
— Не пали контору!!! — громкий шепот раздался за спиной девушки, и в следующий миг она ощутила его ладонь на своих губах.
— Слушай, ты, контора! Совесть нужно иметь! Ладно бы ты хотя б одетый был! — девушке таки удалось убрать его руку.
— Стесняешься что ль? — отстраненно спросил Ринджи, прислушиваясь к тому, что творится снаружи — входную дверь он успел закрыть, как только девушку от входа оттащил.
— Да, стесняюсь. Ты же почти голый — только в одном полотенце!
— Прости, в следующий раз одену доспехи и сворую белого коня на конюшне прежде, чем снова залазить на карниз.
— Я не это имела ввиду, мог бы сбегать хотя в штанах... — ответила Сакура и, глянув на его весьма рельефный торс продолжила, — и в футболке...
— Я похож на горячего мачо? — Ринджи, улыбаясь стал строить из себя бодибилдера, принимая различные позы. Но, как только полотенце снова попыталось соскользнуть, вновь его поймал одной рукой, а другой продолжил кривляться.
Сакура отвернулась от него и решила наконец-то осмотреть комнату, от чего ее снова отвлекли близнецы.
— Эй, цыпочка, на меня смотри, — все так же весело крикнул Ринджи, но тут же заткнулся — ему на голову упали его шмотки и в заключении — ботинки, которые довольно больно задели его макушку.
— Переодевайся, братец, — Тейджи посмотрел на него, как на полоумного, а потом, с видом «смотри и учись» подошел к Сакуре. — Как вас зовут, прелестное создание? — спросил он, протягивая девушке ромашку.
— Эй! Это же м... — договорить Ринджи не успел, поскольку получил пяткой по ноге — благо у Тейджи рост был под два метра, как и у брата.
— Э-э-э... Сакура... — девушка уже в который раз про себя поразилась — может, с виду они и одинаковые, но внутри они абсолютно разные.
— Примите, Сакура, этот скромный дар во имя прощения нас, несносных парней, вломившихся в ваш дом без спросу!
— Что ты несешь... — бурчал Ринджи, одевая на себя футболку.
— А ты вали отсюда, не стесняй девушку своим маленьким... — теперь Ринджи не дал ему договорить, наступив брату на ногу, и затем он гордо удалился, вместе с одеждой, чуть не врезавшись лбом в косяк — поскольку среднестатистический японец был довольно маленького роста, то и квартиры делали им под стать, а о тех, кто вырастал, как братья, высокими — никто не заботился...
Cакура слушала их словесные баталии и понимала, что краснела все больше и больше...
— Ребят... Вы меня извините, но я только-только приехала в Токио, — улыбнулась она, намекая на то, что горе-девушка наверняка должна была уже уйти.
— Вот видишь, придурь, из-за тебя она разозлилась! — крикнул Тейджи. — Ладно, а если серьезно, счастлив познакомиться. Мы живем на этом же этаже, только двумя квартирами дальше. Заходи в гости, обещаю, сбегать не будем, — он совершенно не был удивлен тому, что она не из Токио — ее акцент, добродушный нрав и открытость говорили сами за себя, в прочем, как и всегда. К сожалению, на фоне деловитого, неприветливого и зажиточного города это все сверкало как белое пятно на черной материи.
— Мне тоже очень приятно познакомиться, но я не злая, просто только-только приехала и тут... — она невольно засмеялась, — такое. Мне тут нужно еще со многим свыкнуться, и вообще я в городе ничего не знаю.
— Понятно. А учишься или работаешь где?
— Ну пока и не учусь, и не работаю, буду учиться, как и все, с первого апреля (прим. авт.: занятия в Японии начинаются 1 апреля) в университете и потом подрабатывать... — правда, девушка немного приврала. Она пока не хотела разглашать свое маленькое, но существенное хобби.
— Мы с братом тоже работу хотим найти. Удачи нам троим? — с улыбкой спросил Тейджи.
В этот момент пришел его близнец, весь одетый. Посмотрев на Сакуру, он запоздало сказал:
— И ничего она не злая.
— М-м-м...ребят, а вы не могли бы оказать мне услугу... Ну, когда будете свободны, покажите мне город хоть немного, — попросила Сакура.
Братья переглянулись и хором радостно ответили:
— Конечно!
Затем, распрощавшись с девушкой и снова извинившись за все произошедшее, наконец-то оставили ее одну.
Сакура окинула взглядом свою новую комнату, обклеенную нежно персиковыми обоями, на которых едва ли можно было увидеть, бабочек, которые радовали глаз лишь при солнечном свете, появляясь, как по волшебству. В комнате, как уже Сакура успела заметить до этого, были матового цвета занавески, полностью закрывающие окно и достаточно плотные, чтобы удержать рвущиеся внутрь солнечные лучи.
Из мебели в комнате находились двуспальная кровать (право же, девушка, была удивлена, зачем такая большая), письменный стол у окна и на нем — ее ноутбук, который видимо сюда же транспортировали.
«Когда они успели только...»
Когда она прошла в дальнюю дверь, там оказалась простенькая, но красивая светло-сиреневая кухня и стол со стульями в тон.
А вот в гостиной ничего не было. Только такие же матовые занавески и обои белого цвета. Больше ничего. И не нужно было — ее родители и так многое сделали, чтобы у нее была и квартира, и университет.
Сакура звонила в токийский детский сад за пару дней до отъезда, в котором собралась немного подработать. Это было, пожалуй, единственная профессия, с которой она еще не имела дела. С графиком все было оговорено, так что теперь ей нужно было выучить дорогу к четырем местам — университету, саду, магазинам и еще одному, ради которого она сюда и приехала. Кто знает, сколько придется пересечь дорог для этого...


Вы здесь » Сайт Анимешников:3 » Фанфики по наруто » Фанфики на пейринг Саске/Сакура


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC